Подборка: 99 цитат Рика Янси

Подборка из 99 цитат Рика Янси: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Знаешь, почему человеческая раса обречена, Пеллинор? Потому что люди влюблены в сказку, что правила придуманные ими, должны соблюдаться всеми и всем.

   Знаешь, почему человеческая раса обречена, Пеллинор? Потому что люди влюблены в сказку, что правила придуманные ими, должны соблюдаться всеми и всем.

   — Джон Кернс · книга
2. «

   Мир взорвался. Его осколки дождем сыпались вокруг меня.

   Мир взорвался. Его осколки дождем сыпались вокруг меня.

   — Кэсси Салливан · книга
3. «

   «Ты собираешься уничтожить собственную цивилизацию. Ради чего? Ради какой-то девчонки?» Может, вы думаете, что такая жертва могла подтолкнуть меня к мысли, будто я какая-то особенная? Не могла. Мне было жутковато. Как будто один из нас с прибабахом, и это не я. Не вижу ничего романтичного в геноциде.

   «Ты собираешься уничтожить собственную цивилизацию. Ради чего? Ради какой-то девчонки?» Может, вы думаете, что такая жертва могла подтолкнуть меня к мысли, будто я какая-то особенная? Не могла. Мне было жутковато. Как будто один из нас с прибабахом, и это не я. Не вижу ничего романтичного в геноциде.

   — Кэсси Салливан · книга
4. «

   На войне наступает момент, когда надо переступить последнюю черту. Эта черта отделяет то, чем ты дорожишь, от того, что требует от тебя война. Если он не сможет переступить эту черту, война будет окончена, и он проиграет.

   На войне наступает момент, когда надо переступить последнюю черту. Эта черта отделяет то, чем ты дорожишь, от того, что требует от тебя война. Если он не сможет переступить эту черту, война будет окончена, и он проиграет.

   — глушитель · книга
5. «

   — Почему не молишься? — Не хочу ставить Бога в неловкое положение.

   — Почему не молишься? — Не хочу ставить Бога в неловкое положение.

   — Бритва · книга
6. «

   — Мы — рабы, все мы рабы, Уилл Генри. — Некоторые из нас — рабы страха, другие рабы разума, третьи — основного инстинкта. Но все рабы, Уилл Генри, и все чему-то служим. Вопрос должен быть поставлен так: чему мы служим? Чему посвящаем себя? Выберешь ты служение правде или лжи, надежде или отчаянию, свету или тьме? Я выбираю служению свету, даже несмотря на то, что служба эта подчас проходит во мраке. Не отчаянье побудило меня нажать курок, Уилл Генри, моею рукой двигало милосердие.

   — Мы — рабы, все мы рабы, Уилл Генри. — Некоторые из нас — рабы страха, другие рабы разума, третьи — основного инстинкта. Но все рабы, Уилл Генри, и все чему-то служим. Вопрос должен быть поставлен так: чему мы служим? Чему посвящаем себя? Выберешь ты служение правде или лжи, надежде или отчаянию, свету или тьме? Я выбираю служению свету, даже несмотря на то, что служба эта подчас проходит во мраке. Не отчаянье побудило меня нажать курок, Уилл Генри, моею рукой двигало милосердие.

   — Пеллинор Ксавьер Уортроп · книга
7. «

   Мы во многом на них похожи: неразборчивые убийцы, движимые мотивами менее ясными и едва понятными, мы также яростно боремся за территорию. Единственное различие между нами и Антропофагами заключается в том, что им ещё недостаёт опыта в притворстве и фальши, лицемерии и лжи. Они ещё не обрели умения забивать и кромсать себе подобных, мотивируя это благими намерениями и благословением свыше.

   Мы во многом на них похожи: неразборчивые убийцы, движимые мотивами менее ясными и едва понятными, мы также яростно боремся за территорию. Единственное различие между нами и Антропофагами заключается в том, что им ещё недостаёт опыта в притворстве и фальши, лицемерии и лжи. Они ещё не обрели умения забивать и кромсать себе подобных, мотивируя это благими намерениями и благословением свыше.

   — Джон Кернс · книга
8. «

   Мир — часы, они отсчитывают оставшееся время и ход их не имеет к этому никакого отношения. Мир всегда был часами. Даже звёзды будут гаснуть одна за другой, и там не останется ни света, ни холода. И это — война, бесконечная война без надежды на победу, война против обрушившихся на нас тьмы, холода и пустоты.

   Мир — часы, они отсчитывают оставшееся время и ход их не имеет к этому никакого отношения. Мир всегда был часами. Даже звёзды будут гаснуть одна за другой, и там не останется ни света, ни холода. И это — война, бесконечная война без надежды на победу, война против обрушившихся на нас тьмы, холода и пустоты.

   — Рингер · книга
9. «

   Может быть, мужчины и более сильный пол, но женщины сделаны из гораздо более крепкого материала!

   Может быть, мужчины и более сильный пол, но женщины сделаны из гораздо более крепкого материала!

   — Уильям Джеймс Генри · книга
10. «

    Воспоминания могут принести успокоение и укрепить дух, но они же могут обернуться армией призраков, лишающей последних сил.

    Воспоминания могут принести успокоение и укрепить дух, но они же могут обернуться армией призраков, лишающей последних сил.

    — Ученик монстролога · книга
11. «

    В Евангелии сказано: «Истина сделает вас свободными». — Не верьте. Порой истина закрывает дверь в камеру и запирает её на тысячи засовов.

    В Евангелии сказано: «Истина сделает вас свободными». — Не верьте. Порой истина закрывает дверь в камеру и запирает её на тысячи засовов.

    — Бен «Зомби» Пэриш · книга
12. «

    Рингер показывает на Чашку, которая сидит рядом со мной. У Чашки все время соскальзывает монокуляр. Я затягиваю ремешок. Чашка показывает большой палец, а у меня к горлу подкатывает горький комок. Семь лет. О господи! Я наклоняюсь к девчонке и кричу ей в ухо: – Держись рядом со мной, поняла? Чашка улыбается, отрицательно трясёт головой и показывает на Рингер: «Буду с ней!» Я смеюсь. Чашка молодец.

    Рингер показывает на Чашку, которая сидит рядом со мной. У Чашки все время соскальзывает монокуляр. Я затягиваю ремешок. Чашка показывает большой палец, а у меня к горлу подкатывает горький комок. Семь лет. О господи! Я наклоняюсь к девчонке и кричу ей в ухо: – Держись рядом со мной, поняла? Чашка улыбается, отрицательно трясёт головой и показывает на Рингер: «Буду с ней!» Я смеюсь. Чашка молодец.

    — Бен «Зомби» Пэриш · книга
13. «

    – Эй, что я тебе об этом говорила, солдат? – Я подавляю желание дотронуться до нее. — Первый приоритет? – Никаких плохих мыслей, – послушно отвечает Чашка. – Потому что плохие мысли?.. – Делают нас слабыми. – И что случается, когда мы становимся слабыми? – Мы умираем. – А мы хотим умереть? Чашка трясет головой: – Пока ещё нет.

    – Эй, что я тебе об этом говорила, солдат? – Я подавляю желание дотронуться до нее. — Первый приоритет? – Никаких плохих мыслей, – послушно отвечает Чашка. – Потому что плохие мысли?.. – Делают нас слабыми. – И что случается, когда мы становимся слабыми? – Мы умираем. – А мы хотим умереть? Чашка трясет головой: – Пока ещё нет.

    — Рингер · книга
14. «

    Приготовься, потому что, убив в людях все человеческое, ты останешься с бесчеловечными людьми.

    Приготовься, потому что, убив в людях все человеческое, ты останешься с бесчеловечными людьми.

    — Кэсси Салливан · книга
15. «

    Я ошибался, когда говорил, что был и тем и другим. Так не бывает. Теперь я это понял. Я должен сделать свой выбор.

    Я ошибался, когда говорил, что был и тем и другим. Так не бывает. Теперь я это понял. Я должен сделать свой выбор.

    — Эван Уокер · книга
16. «

    Я об этом не думал. Это трудно, Уилл Генри, очень трудно думать о тех вещах, о которых мы не думаем.

    Я об этом не думал. Это трудно, Уилл Генри, очень трудно думать о тех вещах, о которых мы не думаем.

    — Пеллинор Ксавьер Уортроп · книга
17. «

    Нет никаких чудовищ. Есть только люди.

    Нет никаких чудовищ. Есть только люди.

    — Джон Кернс · книга
18. «

    Отступление — не выход. Наступление — не выход. Оставаться на месте — не выход. Выхода вообще нет.

    Отступление — не выход. Наступление — не выход. Оставаться на месте — не выход. Выхода вообще нет.

    — Бен «Зомби» Пэриш · книга
19. «

    Здоровая ироничность — лучший способ остаться в своём уме в мире, который чаще всего безумен; настойчиво её рекомендую.

    Здоровая ироничность — лучший способ остаться в своём уме в мире, который чаще всего безумен; настойчиво её рекомендую.

    — Пеллинор Ксавьер Уортроп · книга
20. «

    Надели кого-либо силой богов, и он станет безразличным, как бог.

    Надели кого-либо силой богов, и он станет безразличным, как бог.

    — Бесконечное море · книга