104 цитаты Роджера Желязны — коротко и по делу

Подборка из 104 цитаты Роджера Желязны: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Сон, прекраснейшее из наслаждений жизни, в отличие от других, не утомляет и не приедается.

   Сон, прекраснейшее из наслаждений жизни, в отличие от других, не утомляет и не приедается.

   — Хроники Амбера · книга
2. «

   Это профессионалы. Они переходят из рук в руки вместе с замком. Им платят за то, чтобы они защищали победителей, а не мстили проигравшим.

   Это профессионалы. Они переходят из рук в руки вместе с замком. Им платят за то, чтобы они защищали победителей, а не мстили проигравшим.

   — Ясра · книга
3. «

   Думаю, некая мера иррационального и делает нас истинными людьми. Да ещё то, что мы сознаём это, разумеется.

   Думаю, некая мера иррационального и делает нас истинными людьми. Да ещё то, что мы сознаём это, разумеется.

   — Мерлин · книга
4. «

   И раз уж так оказалось, что я остался на настоящий момент полным хозяином дома, я решил вернуться в библиотеку и попытаться разузнать там как можно больше, если, конечно, там было что узнавать. Да кроме того, я люблю библиотеки. Мне в них очень уютно, я всегда чувствую себя в полной безопасности за стеной слов, красивых и мудрых. Я всегда чувствую себя лучше, когда сознаю, что в мире еще осталось что-то, сдерживающее в нём самое плохое.

   И раз уж так оказалось, что я остался на настоящий момент полным хозяином дома, я решил вернуться в библиотеку и попытаться разузнать там как можно больше, если, конечно, там было что узнавать. Да кроме того, я люблю библиотеки. Мне в них очень уютно, я всегда чувствую себя в полной безопасности за стеной слов, красивых и мудрых. Я всегда чувствую себя лучше, когда сознаю, что в мире еще осталось что-то, сдерживающее в нём самое плохое.

   — Корвин · книга
5. «

   Где-то шел дождь. Обычный или искусственный — где-то всегда идет дождь, в любое время, когда вы только можете подумать о нем. Всегда помните об этом, если можете... А где-то сияло солнце, в недрах которого бурлила вечная феникс-реакция. Где-то сияет солнце, в любое время, когда вы только можете подумать о нем. Всегда помните об этом, если можете. Это очень важно

   Где-то шел дождь. Обычный или искусственный — где-то всегда идет дождь, в любое время, когда вы только можете подумать о нем. Всегда помните об этом, если можете... А где-то сияло солнце, в недрах которого бурлила вечная феникс-реакция. Где-то сияет солнце, в любое время, когда вы только можете подумать о нем. Всегда помните об этом, если можете. Это очень важно

   — Ангел, темный ангел · книга
6. «

   И хотя его интересы, по-видимому, ко мне не имели никакого отношения, я всегда чувствую себя спокойнее — даже с друзьями, — когда во время разговора знаю чуть больше, чем они предполагают.

   И хотя его интересы, по-видимому, ко мне не имели никакого отношения, я всегда чувствую себя спокойнее — даже с друзьями, — когда во время разговора знаю чуть больше, чем они предполагают.

   — Мерлин · книга
7. «

   Правдивые истории редко оправдывают ожидания. Догадки и иллюзии куда интереснее. А когда знаешь наверняка, обычно всё сводится к самым подленьким мотивам.

   Правдивые истории редко оправдывают ожидания. Догадки и иллюзии куда интереснее. А когда знаешь наверняка, обычно всё сводится к самым подленьким мотивам.

   — Корвин · книга
8. «

   Не знаю, хотел ли я вообще когда-нибудь славы как таковой. Это всё равно, что хотеть быть инженером больше, чем хотеть что-то сконструировать, или хотеть быть писателем больше, чем хотеть писать. Слава – побочный эффект, а не вещь в себе. В противном случае это просто самовозвеличивание.

   Не знаю, хотел ли я вообще когда-нибудь славы как таковой. Это всё равно, что хотеть быть инженером больше, чем хотеть что-то сконструировать, или хотеть быть писателем больше, чем хотеть писать. Слава – побочный эффект, а не вещь в себе. В противном случае это просто самовозвеличивание.

   — Хроники Амбера · книга
9. «

   Никогда не бывает так, как нам это кажется.

   Никогда не бывает так, как нам это кажется.

   — Бранд · книга
10. «

    — Знаешь, я себя ощущаю второстепенным актером в мелодраме, который томится за кулисами, толком не зная, что происходит на сцене. — Прекрасно понимаю, — сказал я. — Моя собственная роль понуждает меня порой бросаться на поиски автора этой идиотской пьесы. А ты попробуй посмотреть на дело иначе: таинственные истории редко оказываются такими, какими ты их себе представляешь. Как правило, все оказывается просто и пошло, и, когда правда раскрывается, остаются одни мотивы — примитивнее некуда. Гадать и пребывать в иллюзиях порой намного приятнее.

    — Знаешь, я себя ощущаю второстепенным актером в мелодраме, который томится за кулисами, толком не зная, что происходит на сцене. — Прекрасно понимаю, — сказал я. — Моя собственная роль понуждает меня порой бросаться на поиски автора этой идиотской пьесы. А ты попробуй посмотреть на дело иначе: таинственные истории редко оказываются такими, какими ты их себе представляешь. Как правило, все оказывается просто и пошло, и, когда правда раскрывается, остаются одни мотивы — примитивнее некуда. Гадать и пребывать в иллюзиях порой намного приятнее.

    — Хроники Амбера · книга
11. «

    Куда менее рисковано просто играть со мной в открытую, нежели всякими уловками пытаться контролировать мои действия. Я хотел быть подальше как от тех, кто намеревался контролировать меня, так и от игр, в которые они играли.

    Куда менее рисковано просто играть со мной в открытую, нежели всякими уловками пытаться контролировать мои действия. Я хотел быть подальше как от тех, кто намеревался контролировать меня, так и от игр, в которые они играли.

    — Хроники Амбера · книга
12. «

    Посторонний наблюдатель может иногда лучше понять положение, чем тот, кто является частью его.

    Посторонний наблюдатель может иногда лучше понять положение, чем тот, кто является частью его.

    — Хроники Амбера · книга
13. «

    Печаль и предательство, страдание и насилие надолго остаются в памяти, но всё же они бледнеют, выцветают и исчезают, а воспоминания о таких событиях, как... верховая прогулка, переживают их.

    Печаль и предательство, страдание и насилие надолго остаются в памяти, но всё же они бледнеют, выцветают и исчезают, а воспоминания о таких событиях, как... верховая прогулка, переживают их.

    — Хроники Амбера · книга
14. «

    Доверие? Это именно то, что превращает вас в мишень.

    Доверие? Это именно то, что превращает вас в мишень.

    — Момент бури · книга
15. «

    Где скрывается мудрость, где обитают разум, взаимопонимание и согласие? Если бы я знал к ним путь, отправился бы туда и остался бы там навеки.

    Где скрывается мудрость, где обитают разум, взаимопонимание и согласие? Если бы я знал к ним путь, отправился бы туда и остался бы там навеки.

    — Хроники Амбера · книга
16. «

    Загадки — это лучше, чем полное отсутствие ответов.

    Загадки — это лучше, чем полное отсутствие ответов.

    — Мерлин · книга
17. «

    Смерть — это единственный бог, который приходит, когда его зовут.

    Смерть — это единственный бог, который приходит, когда его зовут.

    — Манна небесная · книга
18. «

    И из огня не всегда попадаешь в полымя.

    И из огня не всегда попадаешь в полымя.

    — Корвин · книга
19. «

    — Я спросила об этом, — пояснила она, — потому что много размышляла над этим в последнее время. Я думала о маленькой девочке, которая жила в саду с жуткими цветами. Они были красивы, эти цветы, и росли, чтобы делать девочку счастливой тогда, когда она ими любуется. Но они не могли скрыть от нее свой запах — а это был запах жалости. Ибо она была маленькой несчастной калекой. И бежала она не от цветов, не от их внешнего облика, а от их аромата, смысл которого она смогла определить, несмотря на возраст. Было мучительно ощущать его постоянно, и лишь в заброшенном пустынном месте нашла она какое-то отдохновение. И не будь у нее этой способности к телепатии, она осталась бы в саду. <...> — И однажды она обрела друзей, — продолжала хозяйка, — обрела в совершенно неожиданном месте. Это были дельфины, весельчаки, с сердцами, не спешащими с унизительной жалостью. Телепатия — та, что заставила ее покинуть общество подобных себе, помогла найти друзей. Она смогла узнать сердца и умы своих новых друзей, куда более полно, чем один человек может познать другого. Она полюбила их, стала членом их семьи.

    — Я спросила об этом, — пояснила она, — потому что много размышляла над этим в последнее время. Я думала о маленькой девочке, которая жила в саду с жуткими цветами. Они были красивы, эти цветы, и росли, чтобы делать девочку счастливой тогда, когда она ими любуется. Но они не могли скрыть от нее свой запах — а это был запах жалости. Ибо она была маленькой несчастной калекой. И бежала она не от цветов, не от их внешнего облика, а от их аромата, смысл которого она смогла определить, несмотря на возраст. Было мучительно ощущать его постоянно, и лишь в заброшенном пустынном месте нашла она какое-то отдохновение. И не будь у нее этой способности к телепатии, она осталась бы в саду. <...> — И однажды она обрела друзей, — продолжала хозяйка, — обрела в совершенно неожиданном месте. Это были дельфины, весельчаки, с сердцами, не спешащими с унизительной жалостью. Телепатия — та, что заставила ее покинуть общество подобных себе, помогла найти друзей. Она смогла узнать сердца и умы своих новых друзей, куда более полно, чем один человек может познать другого. Она полюбила их, стала членом их семьи.

    — Марта Мэллоу · книга
20. «

    Я закрыл глаза, сжал голову ладонями, опустошил ум и возвёл стену вокруг пустоты... Никого нет дома. Ушли в гости. Адвокатов не требуется. Собственность без владельца. Просьба не беспокоить, нарушители будут преданы суду. Осторожно, злая собака. Горный обвал. После дождя скользко. Сносится для перестройки.

    Я закрыл глаза, сжал голову ладонями, опустошил ум и возвёл стену вокруг пустоты... Никого нет дома. Ушли в гости. Адвокатов не требуется. Собственность без владельца. Просьба не беспокоить, нарушители будут преданы суду. Осторожно, злая собака. Горный обвал. После дождя скользко. Сносится для перестройки.

    — Корвин · книга