Подборка: 42 цитаты Рупи Каура

Подборка из 42 цитаты Рупи Каура: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я хочу извиниться перед всеми женщинами, которых я назвала прелестными, вместо того чтобы назваль их умными и смелыми. Простите, ведь из моих слов можно сделать вывод, будто то, что вам дано от рождения — главное, чем вы должны гордиться, меж тем как ваш дух сокрушает горы. Отныне я буду говорить, что вы стойкие и необыкновенные. Да, я знаю — вы прелестны, но вы намного больше вашей прелести.

   Я хочу извиниться перед всеми женщинами, которых я назвала прелестными, вместо того чтобы назваль их умными и смелыми. Простите, ведь из моих слов можно сделать вывод, будто то, что вам дано от рождения — главное, чем вы должны гордиться, меж тем как ваш дух сокрушает горы. Отныне я буду говорить, что вы стойкие и необыкновенные. Да, я знаю — вы прелестны, но вы намного больше вашей прелести.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
2. «

   Голос твой он — пробуждает слезы.

   Голос твой он — пробуждает слезы.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
3. «

   Ты пригвоздил Мои ноги К земле Своими ступнями И потребовал Встать.

   Ты пригвоздил Мои ноги К земле Своими ступнями И потребовал Встать.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
4. «

   Помнишь, как сказал мне, что написал ту прекрасную песню для меня и только для меня — «твоей единственной»?

   Помнишь, как сказал мне, что написал ту прекрасную песню для меня и только для меня — «твоей единственной»?

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
5. «

   Должно быть, больно признавать, что я твое самое восхитительное сожаление.

   Должно быть, больно признавать, что я твое самое восхитительное сожаление.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
6. «

   она была розой в руках тех, кто не собирался за ней ухаживать.

   она была розой в руках тех, кто не собирался за ней ухаживать.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
7. «

   Порой извинения не приходят, когда их ждут, а когда приходят, их уже не ждут и даже в них не нуждаются. Ты опоздал.

   Порой извинения не приходят, когда их ждут, а когда приходят, их уже не ждут и даже в них не нуждаются. Ты опоздал.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
8. «

   В нас ― До краев любви, Мы выбираем – жалить.

   В нас ― До краев любви, Мы выбираем – жалить.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
9. «

   В следующий раз, когда будешь пить черный кофе, ты почувствуешь его горечь и зарыдаешь, но никогда не откажешься от него, ведь даже горечь лучше, чем ничего.

   В следующий раз, когда будешь пить черный кофе, ты почувствуешь его горечь и зарыдаешь, но никогда не откажешься от него, ведь даже горечь лучше, чем ничего.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
10. «

    Ты смотришь на меня и плачешь: «Все вокруг мне причиняет боль». Я обнимаю тебя и шепчу: «Но все вокруг способно исцелять».

    Ты смотришь на меня и плачешь: «Все вокруг мне причиняет боль». Я обнимаю тебя и шепчу: «Но все вокруг способно исцелять».

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
11. «

    Больше всего на свете я хочу спасти тебя от себя самой.

    Больше всего на свете я хочу спасти тебя от себя самой.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
12. «

    Каждая революция начинается и заканчивается с его губ.

    Каждая революция начинается и заканчивается с его губ.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
13. «

    Он спросил, чем я занята. — Я работаю в маленькой компании, производящей упаковку для... — он прервал меня на середине. — Я не о том, чем ты оплачиваешь счета, а о том, что сводит тебя с ума, что будит тебя по ночам.

    Он спросил, чем я занята. — Я работаю в маленькой компании, производящей упаковку для... — он прервал меня на середине. — Я не о том, чем ты оплачиваешь счета, а о том, что сводит тебя с ума, что будит тебя по ночам.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
14. «

    Прежде, чем с другими, приди в согласие с собой.

    Прежде, чем с другими, приди в согласие с собой.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
15. «

    Нет, не любовь жестока, а мы. Любовь не игра, ее превращаем в игру мы сами.

    Нет, не любовь жестока, а мы. Любовь не игра, ее превращаем в игру мы сами.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
16. «

    Ты — зыбкая граница между верой и слепым ожиданием.

    Ты — зыбкая граница между верой и слепым ожиданием.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
17. «

    как тебе удается быть столь доброй, спросил он меня.

    как тебе удается быть столь доброй, спросил он меня.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
18. «

    я пыталась уйти много раз, но стоило мне уйти, как мои легкие сжимались, и я возвращалась, хватая ртом воздух. возможно, именно поэтому позволила тебе содрать с меня кожу: хоть что-то было лучше, чем ничего. ты прикасался ко мне. часто это бывало не по-доброму, но все же лучше, чем если бы твои руки совсем не касались меня. я могла переносить насилие, но не могла перенести твоего отсутствия. я знала, что попусту трачу время, но разве это имело значение, когда я получала то, без чего не могла жить?

    я пыталась уйти много раз, но стоило мне уйти, как мои легкие сжимались, и я возвращалась, хватая ртом воздух. возможно, именно поэтому позволила тебе содрать с меня кожу: хоть что-то было лучше, чем ничего. ты прикасался ко мне. часто это бывало не по-доброму, но все же лучше, чем если бы твои руки совсем не касались меня. я могла переносить насилие, но не могла перенести твоего отсутствия. я знала, что попусту трачу время, но разве это имело значение, когда я получала то, без чего не могла жить?

    — The Sun and Her Flowers. Белые стихи, от которых распускаются цветы · книга
19. «

    Твое имя — мощнейший счастливый и грустный подтекст в любом языке. Оно то дарит мне свет, то заставляет целыми днями болеть.

    Твое имя — мощнейший счастливый и грустный подтекст в любом языке. Оно то дарит мне свет, то заставляет целыми днями болеть.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
20. «

    Моя любимая вещь в тебе — это запах. Ты пахнешь землей, травами, лугами и немножко больше человеком, чем все остальные.

    Моя любимая вещь в тебе — это запах. Ты пахнешь землей, травами, лугами и немножко больше человеком, чем все остальные.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга