68 цитат-размышлений Рупи Каура

Подборка из 68 цитат Рупи Каура: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ему предназначалось быть первым любящим тебя мужчиной. ты продолжаешь его искать повсюду. – отец

   ему предназначалось быть первым любящим тебя мужчиной. ты продолжаешь его искать повсюду. – отец

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
2. «

   Тебя утратив, я обрела себя.

   Тебя утратив, я обрела себя.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
3. «

   я пыталась уйти много раз, но стоило мне уйти, как мои легкие сжимались, и я возвращалась, хватая ртом воздух. возможно, именно поэтому позволила тебе содрать с меня кожу: хоть что-то было лучше, чем ничего. ты прикасался ко мне. часто это бывало не по-доброму, но все же лучше, чем если бы твои руки совсем не касались меня. я могла переносить насилие, но не могла перенести твоего отсутствия. я знала, что попусту трачу время, но разве это имело значение, когда я получала то, без чего не могла жить?

   я пыталась уйти много раз, но стоило мне уйти, как мои легкие сжимались, и я возвращалась, хватая ртом воздух. возможно, именно поэтому позволила тебе содрать с меня кожу: хоть что-то было лучше, чем ничего. ты прикасался ко мне. часто это бывало не по-доброму, но все же лучше, чем если бы твои руки совсем не касались меня. я могла переносить насилие, но не могла перенести твоего отсутствия. я знала, что попусту трачу время, но разве это имело значение, когда я получала то, без чего не могла жить?

   — The Sun and Her Flowers. Белые стихи, от которых распускаются цветы · книга
4. «

   — Кто я для тебя? — спросил он. Положив ладони на его колени, я прошептала: — Ты надежда, воплощённая в человеческом облике.

   — Кто я для тебя? — спросил он. Положив ладони на его колени, я прошептала: — Ты надежда, воплощённая в человеческом облике.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
5. «

   Нельзя уйти и сохранить меня. Яне могу существовать и здесь, и там одновременно.

   Нельзя уйти и сохранить меня. Яне могу существовать и здесь, и там одновременно.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
6. «

   Ты пригвоздил Мои ноги К земле Своими ступнями И потребовал Встать.

   Ты пригвоздил Мои ноги К земле Своими ступнями И потребовал Встать.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
7. «

   Жертва и обидчик. Я побывала обоими.

   Жертва и обидчик. Я побывала обоими.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
8. «

   Мы все были рождены такими красивыми. Великая трагедия заключается в том, что нас убедили в обратном.

   Мы все были рождены такими красивыми. Великая трагедия заключается в том, что нас убедили в обратном.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
9. «

   Ты манил своей красотой, но уколол, как только я приблизилась.

   Ты манил своей красотой, но уколол, как только я приблизилась.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
10. «

    Каждая революция начинается и заканчивается с его губ.

    Каждая революция начинается и заканчивается с его губ.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
11. «

    Ты смотришь на меня и плачешь: «Все вокруг мне причиняет боль». Я обнимаю тебя и шепчу: «Но все вокруг способно исцелять».

    Ты смотришь на меня и плачешь: «Все вокруг мне причиняет боль». Я обнимаю тебя и шепчу: «Но все вокруг способно исцелять».

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
12. «

    Если тебе себя недостаточно, тебя никогда не будет достаточно кому-то еще.

    Если тебе себя недостаточно, тебя никогда не будет достаточно кому-то еще.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
13. «

    Он лишь прошепчет: «Я люблю тебя», — а его руки в этот момент тянутся к застежке твоих штанов.

    Он лишь прошепчет: «Я люблю тебя», — а его руки в этот момент тянутся к застежке твоих штанов.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
14. «

    Отец. Ты всегда звонишь, чтобы сказать что-нибудь незначительное. Ты спрашиваешь, что я делаю или где я, и, когда между нами повисает тишина длиною в вечность, я пытаюсь придумать хоть какой-нибудь вопрос, чтобы продолжить наш разговор. Что я хочу сказать: я понимаю, этот мир сломал тебя. Тебе было тяжело. Я не виню тебя в том, что ты не умеешь быть со мной мягким. Иногда, не в силах уснуть, я размышляю обо всех этих ранах, о которых ты никогда не захочешь поговорить. В моих жилах течет та же больная кровь. Я из той же кости и так отчаянно нуждаюсь во внимании, что обрушиваюсь на себя сама. Я твоя дочь. Я знаю, для тебя эти короткие беседы ― единственный способ сказать о своей любви. А мой единственный способ ответить тебе ― это моя книга.

    Отец. Ты всегда звонишь, чтобы сказать что-нибудь незначительное. Ты спрашиваешь, что я делаю или где я, и, когда между нами повисает тишина длиною в вечность, я пытаюсь придумать хоть какой-нибудь вопрос, чтобы продолжить наш разговор. Что я хочу сказать: я понимаю, этот мир сломал тебя. Тебе было тяжело. Я не виню тебя в том, что ты не умеешь быть со мной мягким. Иногда, не в силах уснуть, я размышляю обо всех этих ранах, о которых ты никогда не захочешь поговорить. В моих жилах течет та же больная кровь. Я из той же кости и так отчаянно нуждаюсь во внимании, что обрушиваюсь на себя сама. Я твоя дочь. Я знаю, для тебя эти короткие беседы ― единственный способ сказать о своей любви. А мой единственный способ ответить тебе ― это моя книга.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
15. «

    Насилие разорвет тебя пополам, но не уничтожит тебя.

    Насилие разорвет тебя пополам, но не уничтожит тебя.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
16. «

    Это твоя привычка к зависимости, желание обрести нечто, чего тебе не хватает. Кто заставил тебя поверить, что другие даруют целостность? Тогда как большее, на что они способны, это лишь дополнять.

    Это твоя привычка к зависимости, желание обрести нечто, чего тебе не хватает. Кто заставил тебя поверить, что другие даруют целостность? Тогда как большее, на что они способны, это лишь дополнять.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
17. «

    как тебе удается быть столь доброй, спросил он меня.

    как тебе удается быть столь доброй, спросил он меня.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
18. «

    Пусть ты и не был первой любовью, но ты был любовью, превратившей прежние в ничто.

    Пусть ты и не был первой любовью, но ты был любовью, превратившей прежние в ничто.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
19. «

    Мы начали искренне, давай закончим точно так же.

    Мы начали искренне, давай закончим точно так же.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
20. «

    Одиночество — это знак, что ты отчаянно нуждаешься в себе самой.

    Одиночество — это знак, что ты отчаянно нуждаешься в себе самой.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга