77 цитат Рупи Каура — коротко и по делу

Подборка из 77 цитат Рупи Каура: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Он сказал: прости, я не тот, с кем бывает все просто. Я взглянула на него с удивлением: Кто сказал, что мне нужна простота? Я не желаю простоты, я жажду чёртовой головоломки.

   Он сказал: прости, я не тот, с кем бывает все просто. Я взглянула на него с удивлением: Кто сказал, что мне нужна простота? Я не желаю простоты, я жажду чёртовой головоломки.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
2. «

   Я не хочу, чтобы ты заполнял мои пустоты. Я хочу быть наполненной собой. Я хочу быть настолько полной, чтобы освещать целый город. И только потом хочу повстречать тебя. Потому что вдвоём мы сумеем его поджечь.

   Я не хочу, чтобы ты заполнял мои пустоты. Я хочу быть наполненной собой. Я хочу быть настолько полной, чтобы освещать целый город. И только потом хочу повстречать тебя. Потому что вдвоём мы сумеем его поджечь.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
3. «

   каждый раз, когда ты говоришь своей дочери, что кричишь на нее потому, что любишь, ты учишь ее путать злость с добротой, что кажется неплохой идеей, пока она не вырастет девушкой, доверяющей своим обидчикам. ведь все эти мужчины так похожи на тебя. – для отцов дочерей

   каждый раз, когда ты говоришь своей дочери, что кричишь на нее потому, что любишь, ты учишь ее путать злость с добротой, что кажется неплохой идеей, пока она не вырастет девушкой, доверяющей своим обидчикам. ведь все эти мужчины так похожи на тебя. – для отцов дочерей

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
4. «

   тебя так пугал мой голос, что я тоже боюсь его испугаться.

   тебя так пугал мой голос, что я тоже боюсь его испугаться.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
5. «

   Ты велишь мне быть тише, поскольку в собственном мнении нет привлекательности, Но я рождена не с пламенем в животе, чтобы потушить его, Я рождена не с легкомыслием на языке, чтобы проглотить его. Я рождена тяжелой: наполовину стальной, наполовину шелковой. Мне сложно забыть и почти невозможно заставить сознание за кем-то следовать.

   Ты велишь мне быть тише, поскольку в собственном мнении нет привлекательности, Но я рождена не с пламенем в животе, чтобы потушить его, Я рождена не с легкомыслием на языке, чтобы проглотить его. Я рождена тяжелой: наполовину стальной, наполовину шелковой. Мне сложно забыть и почти невозможно заставить сознание за кем-то следовать.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
6. «

   Если тебе себя недостаточно, тебя никогда не будет достаточно кому-то еще.

   Если тебе себя недостаточно, тебя никогда не будет достаточно кому-то еще.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
7. «

   В следующий раз, когда будешь пить черный кофе, ты почувствуешь его горечь и зарыдаешь, но никогда не откажешься от него, ведь даже горечь лучше, чем ничего.

   В следующий раз, когда будешь пить черный кофе, ты почувствуешь его горечь и зарыдаешь, но никогда не откажешься от него, ведь даже горечь лучше, чем ничего.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
8. «

   Я знаю, это тяжело. Поверь мне, я знаю, что тебе кажется, будто завтра никогда не наступит и сегодня труднейший день, который еще надо пережить. Но клянусь, ты справишься и боль уйдет, как это всегда происходит, если даешь ей время. Позволь ей, ну, позволь ей постепенно забыться, как позволяешь забыться нарушенному обещанию.

   Я знаю, это тяжело. Поверь мне, я знаю, что тебе кажется, будто завтра никогда не наступит и сегодня труднейший день, который еще надо пережить. Но клянусь, ты справишься и боль уйдет, как это всегда происходит, если даешь ей время. Позволь ей, ну, позволь ей постепенно забыться, как позволяешь забыться нарушенному обещанию.

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
9. «

   Ты сказал: «Если это предначертано, судьба снова сведет нас вместе». На секунду я задумалась, неужели ты настолько наивен? Неужели ты действительно веришь, что судьба вершится вот так? Словно она на небесах и наблюдает за нами. Словно у нее пять пальцев и ей только и дело, что передвигать нас, будто шахматные фигуры. Словно это не выбор, который делаем мы сами. Кто научил тебя этому? Скажи мне, кто убедил тебя в том, что наше сердце и ум ничего не стоят? Что наши поступки не определяют, что с нами будет? Я хочу закричать на тебя и воскликнуть: «Это мы дураки. Только мы сами способны свести нас вместе». Но вместо этого сижу спокойно. Молча улыбаюсь хоть губы и дрожат. Разве не трагично, что я вижу все так ясно, а он нет?

   Ты сказал: «Если это предначертано, судьба снова сведет нас вместе». На секунду я задумалась, неужели ты настолько наивен? Неужели ты действительно веришь, что судьба вершится вот так? Словно она на небесах и наблюдает за нами. Словно у нее пять пальцев и ей только и дело, что передвигать нас, будто шахматные фигуры. Словно это не выбор, который делаем мы сами. Кто научил тебя этому? Скажи мне, кто убедил тебя в том, что наше сердце и ум ничего не стоят? Что наши поступки не определяют, что с нами будет? Я хочу закричать на тебя и воскликнуть: «Это мы дураки. Только мы сами способны свести нас вместе». Но вместо этого сижу спокойно. Молча улыбаюсь хоть губы и дрожат. Разве не трагично, что я вижу все так ясно, а он нет?

   — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
10. «

    Ты уходишь, но не навсегда. Зачем так делать? Зачем отказываться от того, что хочешь сохранить? Зачем задерживаться там, где не хочешь оставаться? С чего ты взял, что это допустимо уходить и снова возвращаться?

    Ты уходишь, но не навсегда. Зачем так делать? Зачем отказываться от того, что хочешь сохранить? Зачем задерживаться там, где не хочешь оставаться? С чего ты взял, что это допустимо уходить и снова возвращаться?

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
11. «

    Я должна была уйти. Я устала позволять тебе убеждать меня, что я нечто меньшее, чем целое.

    Я должна была уйти. Я устала позволять тебе убеждать меня, что я нечто меньшее, чем целое.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
12. «

    Не ищи исцеления у ног, тебя сокрушивших.

    Не ищи исцеления у ног, тебя сокрушивших.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
13. «

    Каждая революция начинается и заканчивается с его губ.

    Каждая революция начинается и заканчивается с его губ.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
14. «

    Прежде, чем с другими, приди в согласие с собой.

    Прежде, чем с другими, приди в согласие с собой.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
15. «

    Я полный ценностей музей, но ты не видишь — твои глаза закрыты.

    Я полный ценностей музей, но ты не видишь — твои глаза закрыты.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
16. «

    Ты достойна найти себя, а не потеряться в своем окружении.

    Ты достойна найти себя, а не потеряться в своем окружении.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
17. «

    Ты — зыбкая граница между верой и слепым ожиданием.

    Ты — зыбкая граница между верой и слепым ожиданием.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
18. «

    Пусть ты и не был первой любовью, но ты был любовью, превратившей прежние в ничто.

    Пусть ты и не был первой любовью, но ты был любовью, превратившей прежние в ничто.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
19. «

    Нет, это не будет любовью с первого взгляда, когда мы встретимся. Это будет любовью с первого воспоминания. Ведь я увидела тебя в глазах мамы, желающей мне выйти замуж за такого мужчину, каким бы я хотела видеть собственного сына.

    Нет, это не будет любовью с первого взгляда, когда мы встретимся. Это будет любовью с первого воспоминания. Ведь я увидела тебя в глазах мамы, желающей мне выйти замуж за такого мужчину, каким бы я хотела видеть собственного сына.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга
20. «

    Жертва и обидчик. Я побывала обоими.

    Жертва и обидчик. Я побывала обоими.

    — Milk and Honey. Белые стихи, покорившие мир · книга