217 цитат Рю Мураками о жизни и людях

Подборка из 217 цитат Рю Мураками: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я был одним из тех, кто нечетко изображен на потускневших фотографиях, кто не улыбался, но кому велели улыбаться.

   Я был одним из тех, кто нечетко изображен на потускневших фотографиях, кто не улыбался, но кому велели улыбаться.

   — Дети из камеры хранения · книга
2. «

   Если ты живешь в Нью-Йорке, то чтобы поддерживать свое физическое и моральное состояние в норме, необходимо иметь достаточно денег и быть немного психологом.

   Если ты живешь в Нью-Йорке, то чтобы поддерживать свое физическое и моральное состояние в норме, необходимо иметь достаточно денег и быть немного психологом.

   — Мэт · книга
3. «

   Все грустно вздохнули. Можно ли представить в этом мире что-нибудь более унылое, чем престарелую вдову морского офицера с отвислым задом и с кошельком, в котором всего две с половиной тысячи иен?

   Все грустно вздохнули. Можно ли представить в этом мире что-нибудь более унылое, чем престарелую вдову морского офицера с отвислым задом и с кошельком, в котором всего две с половиной тысячи иен?

   — 69 · книга
4. «

   Ты ничего не стоишь, и это правда. А я тем более, да никто ничего не стоит, все на свете взаимозаменяемо, никто ничего не значит ни для кого. Но если человек поверит, что это можно взять в качестве точки отсчета, то он никуда дальше не продвинется, он и будет все жизнь подчиняться одной только цели: однажды оказаться для кого-нибудь чем-нибудь стоящим, не понимая, что это бесполезно. Да никто не может с уверенностью заявить, что он кому-нибудь нужен. И именно поэтому мы свободны.

   Ты ничего не стоишь, и это правда. А я тем более, да никто ничего не стоит, все на свете взаимозаменяемо, никто ничего не значит ни для кого. Но если человек поверит, что это можно взять в качестве точки отсчета, то он никуда дальше не продвинется, он и будет все жизнь подчиняться одной только цели: однажды оказаться для кого-нибудь чем-нибудь стоящим, не понимая, что это бесполезно. Да никто не может с уверенностью заявить, что он кому-нибудь нужен. И именно поэтому мы свободны.

   — Танатос · книга
5. «

   Я подумал: ведь наверняка существует ещё много разных способов жить. Если бы все понемногу учились терпению, возможно, всё было бы гораздо лучше.

   Я подумал: ведь наверняка существует ещё много разных способов жить. Если бы все понемногу учились терпению, возможно, всё было бы гораздо лучше.

   — Дети из камеры хранения · книга
6. «

   Моэко была убеждена, что каждый человек постоянно исполняет какую-то роль, сознательно или бессознательно. Конечно же она была права.

   Моэко была убеждена, что каждый человек постоянно исполняет какую-то роль, сознательно или бессознательно. Конечно же она была права.

   — Тосимити Кария · книга
7. «

   Если бы у нее была возможность продолжить учебу, она никогда не вышла бы замуж за такого человека, как мой отец. Мать никогда не говорила мне об этом, но я точно знаю.

   Если бы у нее была возможность продолжить учебу, она никогда не вышла бы замуж за такого человека, как мой отец. Мать никогда не говорила мне об этом, но я точно знаю.

   — Такэо Юки · книга
8. «

   Мама говорила: никогда не следует верить тому, что говорят женщины. И я того же мнения.

   Мама говорила: никогда не следует верить тому, что говорят женщины. И я того же мнения.

   — Такэо Юки · книга
9. «

   Набив брюхо, хорошо вздремнуть, но разве заснешь после половинки паршивого, дешевого завтрака!

   Набив брюхо, хорошо вздремнуть, но разве заснешь после половинки паршивого, дешевого завтрака!

   — 69 · книга
10. «

    «Дети бессильны», — бормотал себе под нос Кавасима. Слезы, текшие по его щекам, стали для него самого полной неожиданностью, и он допил свой стакан виски за один глоток. Как бы страшно их ни избивали, дети не могут ответить тем же. Даже если мать охаживает их рожком для обуви, шлангом пылесоса, рукояткой кухонного ножа, душит их, обваривает кипятком, они не пытаются от нее убежать, не смеют по-настоящему возненавидеть. Дети страстно стремятся любить своих родителей. Скорее они станут ненавидеть не родственников, а самих себя. Любовь и ярость так переплетаются в них, что, когда они становятся взрослыми и вступают в какие-то отношения с другими людьми, только истеричное поведение может избавить их от сердечных мук.

    «Дети бессильны», — бормотал себе под нос Кавасима. Слезы, текшие по его щекам, стали для него самого полной неожиданностью, и он допил свой стакан виски за один глоток. Как бы страшно их ни избивали, дети не могут ответить тем же. Даже если мать охаживает их рожком для обуви, шлангом пылесоса, рукояткой кухонного ножа, душит их, обваривает кипятком, они не пытаются от нее убежать, не смеют по-настоящему возненавидеть. Дети страстно стремятся любить своих родителей. Скорее они станут ненавидеть не родственников, а самих себя. Любовь и ярость так переплетаются в них, что, когда они становятся взрослыми и вступают в какие-то отношения с другими людьми, только истеричное поведение может избавить их от сердечных мук.

    — Пирсинг · книга
11. «

    Словно сильный магнит, предчувствие беды притягивает к себе окружающие предметы и наконец становится реальностью.

    Словно сильный магнит, предчувствие беды притягивает к себе окружающие предметы и наконец становится реальностью.

    — Дети из камеры хранения · книга
12. «

    Просто что-то сказать — еще не значит быть услышанным. Чтобы тебя услышали и поняли, ты должен хотеть этого всем сердцем. Ты должен уметь донести до собеседника свою волю.

    Просто что-то сказать — еще не значит быть услышанным. Чтобы тебя услышали и поняли, ты должен хотеть этого всем сердцем. Ты должен уметь донести до собеседника свою волю.

    — Мисо-суп · книга
13. «

    Обречённый на смерть лишь убивает время в ожидании своего конца.

    Обречённый на смерть лишь убивает время в ожидании своего конца.

    — Паразиты · книга
14. «

    В любых отношениях тот, кто проявляет безразличие, обладает правом инициативы и слова.

    В любых отношениях тот, кто проявляет безразличие, обладает правом инициативы и слова.

    — Господин Д. · книга
15. «

    Иногда нужно разбить голову тому, кто преданно тебя любит. Зачем? Затем, чтобы встретиться со своими желаниями.

    Иногда нужно разбить голову тому, кто преданно тебя любит. Зачем? Затем, чтобы встретиться со своими желаниями.

    — Хаси · книга
16. «

    Все равно есть что-то неприятное в том, как смотрит на тебя швейцар.

    Все равно есть что-то неприятное в том, как смотрит на тебя швейцар.

    — Пирсинг · книга
17. «

    Понимаете, бывают такие девушки, о которых вы думаете, что они плохо выглядят и плохо кончат, но тайно, в глубине души, всё равно им завидуете.

    Понимаете, бывают такие девушки, о которых вы думаете, что они плохо выглядят и плохо кончат, но тайно, в глубине души, всё равно им завидуете.

    — Дети из камеры хранения · книга
18. «

    Гончие псы властей, займитесь самокритикой!

    Гончие псы властей, займитесь самокритикой!

    — 69 · книга
19. «

    Эти дети не говорили «здравствуй» и не отвечали, когда с ними заговаривали. Несколько раз окликни такого ребенка — и он повернется, посмотрит на тебя и скажет что-нибудь вроде: «Закрой пасть, говнюк! Я тебя с первого раза расслышал».

    Эти дети не говорили «здравствуй» и не отвечали, когда с ними заговаривали. Несколько раз окликни такого ребенка — и он повернется, посмотрит на тебя и скажет что-нибудь вроде: «Закрой пасть, говнюк! Я тебя с первого раза расслышал».

    — Пирсинг · книга
20. «

    — Мое самое сильное воспоминание тех дней — это воспоминание о том, как я потерялся. Ты когда-нибудь терялся, Кенжи? Я покачал головой. — Странно, — сказал Фрэнк. — Каждый ребенок хоть один-единственный раз, но должен потеряться.

    — Мое самое сильное воспоминание тех дней — это воспоминание о том, как я потерялся. Ты когда-нибудь терялся, Кенжи? Я покачал головой. — Странно, — сказал Фрэнк. — Каждый ребенок хоть один-единственный раз, но должен потеряться.

    — Фрэнк · книга