68 цитат Семёна Яковлевича Надсона — коротко и по делу

Подборка из 68 цитат Семёна Яковлевича Надсона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Не увлекают нас в волшебный мир мечты, В них горечь тайных слез и стон душевной муки; В них жизнь вседневная, жизнь пошлости и скуки.

   Не увлекают нас в волшебный мир мечты, В них горечь тайных слез и стон душевной муки; В них жизнь вседневная, жизнь пошлости и скуки.
2. «

   Буди уснувших в мгле глубокой, Уставшим — руку подавай И слово истины высокой В толпу, как светлый луч, бросай.

   Буди уснувших в мгле глубокой, Уставшим — руку подавай И слово истины высокой В толпу, как светлый луч, бросай.
3. «

   Где нам чужие вериги поднять, Если и личные наши страдания Нам не дают ни идти, ни дышать.

   Где нам чужие вериги поднять, Если и личные наши страдания Нам не дают ни идти, ни дышать.
4. «

   Мысль — цепь невольной лжи, круговорот сомненья, И ей из хаоса пути не указать.

   Мысль — цепь невольной лжи, круговорот сомненья, И ей из хаоса пути не указать.
5. «

   Перед киотом теплится, мерцая, Массивная лампада; лик Христа Глядит задумчиво из потемневшей рамы Очами, полными и грусти и любви, - И так и кажется, что вот уста святые Откроет он — и в тишине ночной Вдруг прозвучит страдальца тихий голос: «Приди ко мне, усталый и несчастный, И дам я мир душе твоей больной...»

   Перед киотом теплится, мерцая, Массивная лампада; лик Христа Глядит задумчиво из потемневшей рамы Очами, полными и грусти и любви, - И так и кажется, что вот уста святые Откроет он — и в тишине ночной Вдруг прозвучит страдальца тихий голос: «Приди ко мне, усталый и несчастный, И дам я мир душе твоей больной...»
6. «

   Вперед, забудь свои страданья, Не отступай перед грозой, - Борись за дальнее сиянье Зари, блеснувшей в тьме ночной!

   Вперед, забудь свои страданья, Не отступай перед грозой, - Борись за дальнее сиянье Зари, блеснувшей в тьме ночной!
7. «

   Где солнце — там и тень! Где слезы и молитвы - Там и голодный стон мятежной нищеты; Вчера здесь был разгар кровопролитной битвы, А завтра — расцветут душистые цветы.

   Где солнце — там и тень! Где слезы и молитвы - Там и голодный стон мятежной нищеты; Вчера здесь был разгар кровопролитной битвы, А завтра — расцветут душистые цветы.
8. «

   Любили ль вы, как я? Бессонными ночами Страдали ль за нее с мучительной тоской? Молились ли о ней с безумными слезами Всей силою любви, высокой и святой.

   Любили ль вы, как я? Бессонными ночами Страдали ль за нее с мучительной тоской? Молились ли о ней с безумными слезами Всей силою любви, высокой и святой.
9. «

   Мне не больно, что жизнь мне солгала, — о нет. В жизни, словно в наскучившей сказке, Как бы ни был прекрасен твой юный расцвет, Не уйти от избитой развязки. Не уйти от отравы стремлений и дум, От усталости, желчи и скуки, И изноет душа, и озлобится ум, И больные опустятся руки!

   Мне не больно, что жизнь мне солгала, — о нет. В жизни, словно в наскучившей сказке, Как бы ни был прекрасен твой юный расцвет, Не уйти от избитой развязки. Не уйти от отравы стремлений и дум, От усталости, желчи и скуки, И изноет душа, и озлобится ум, И больные опустятся руки!
10. «

    Верь в великую силу любви! Свято верь в ее крест побеждающий, в ее свет, лучезарно спасающий мир, погрязший в грязи и крови. Верь в великую силу любви!

    Верь в великую силу любви! Свято верь в ее крест побеждающий, в ее свет, лучезарно спасающий мир, погрязший в грязи и крови. Верь в великую силу любви!
11. «

    Пусть я, как боец, цепей не разбиваю, Как пророк — во мглу не проливаю свет: Я ушел в толпу и вместе с ней страдаю, И даю что в силах — отклик и привет!..

    Пусть я, как боец, цепей не разбиваю, Как пророк — во мглу не проливаю свет: Я ушел в толпу и вместе с ней страдаю, И даю что в силах — отклик и привет!..
12. «

    Вот жизнь, вот этот сфинкс! Закон ее — мгновенье. И нет среди людей такого мудреца, Кто б мог сказать толпе — куда ее движенье, Кто мог бы уловить черты ее лица. То вся она — печаль, то вся она — приманка. То все в ней — блеск и свет, то все — позор и тьма; Жизнь — это серафим и пьяная вакханка, Жизнь — это океан и тесная тюрьа.

    Вот жизнь, вот этот сфинкс! Закон ее — мгновенье. И нет среди людей такого мудреца, Кто б мог сказать толпе — куда ее движенье, Кто мог бы уловить черты ее лица. То вся она — печаль, то вся она — приманка. То все в ней — блеск и свет, то все — позор и тьма; Жизнь — это серафим и пьяная вакханка, Жизнь — это океан и тесная тюрьа.
13. «

    Грудь моя больная, полная тоской. Что тебя волнует? Грустное ль былое, Иль надежд разбитых безотрадный рой? Заползи ль змеею злобные сомненья, Отравили веру в счастье и людей, Страсти ли мятежной грезы и волненья Вспыхнули нежданно в глубине твоей?

    Грудь моя больная, полная тоской. Что тебя волнует? Грустное ль былое, Иль надежд разбитых безотрадный рой? Заползи ль змеею злобные сомненья, Отравили веру в счастье и людей, Страсти ли мятежной грезы и волненья Вспыхнули нежданно в глубине твоей?
14. «

    Рыдать? — Но в сердце нет рыданий, Молиться? — для чего, кому? Нет, рой отрадных упований Чужд утомленному уму.

    Рыдать? — Но в сердце нет рыданий, Молиться? — для чего, кому? Нет, рой отрадных упований Чужд утомленному уму.
15. «

    Есть страны, где люди от века не знают Ни вьюг, ни сыпучих снегов; Там только нетающим снегом сверкают Вершины гранитных хребтов...

    Есть страны, где люди от века не знают Ни вьюг, ни сыпучих снегов; Там только нетающим снегом сверкают Вершины гранитных хребтов...
16. «

    Молитва мне не даст забвенья, Я жду любви, любви земной, Я жить хочу без размышленья, Всей юной силой, всей душой.

    Молитва мне не даст забвенья, Я жду любви, любви земной, Я жить хочу без размышленья, Всей юной силой, всей душой.
17. «

    Куда меня влекли неясные стремленья, В какой безвестный мир, — постигнуть я не мог; Но в эти ночи дум и страстного томленья Ничтожных дел людских душой я был далек:

    Куда меня влекли неясные стремленья, В какой безвестный мир, — постигнуть я не мог; Но в эти ночи дум и страстного томленья Ничтожных дел людских душой я был далек:
18. «

    Когда заносчиво над стонущим рабом Поднимет гибкий бич властитель разъяренный, И вспыхнет стыд в рабе, и корчась плд бичом, Глядит он на врага со злобой затаенной, Я рад: в грядущем я уж вижу палача Под львиной лапою восставшего народа: Нет в воинстве твоем апостолов, свобода, Красноречивее подъятого бича!..

    Когда заносчиво над стонущим рабом Поднимет гибкий бич властитель разъяренный, И вспыхнет стыд в рабе, и корчась плд бичом, Глядит он на врага со злобой затаенной, Я рад: в грядущем я уж вижу палача Под львиной лапою восставшего народа: Нет в воинстве твоем апостолов, свобода, Красноречивее подъятого бича!..
19. «

    Жгучими слезами делиться не привык я с суетной толпой.

    Жгучими слезами делиться не привык я с суетной толпой.
20. «

    Не радостна весна средь омута столицы, Где бледный свод небес скрыт в дымовых клубах, Где задыхаешься, как под плитой гробницы, На тесных улицах и в каменных домах!

    Не радостна весна средь омута столицы, Где бледный свод небес скрыт в дымовых клубах, Где задыхаешься, как под плитой гробницы, На тесных улицах и в каменных домах!