93 коротких цитаты Семёна Яковлевича Надсона

Подборка из 93 цитаты Семёна Яковлевича Надсона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Есть страны, где люди от века не знают Ни вьюг, ни сыпучих снегов; Там только нетающим снегом сверкают Вершины гранитных хребтов...

   Есть страны, где люди от века не знают Ни вьюг, ни сыпучих снегов; Там только нетающим снегом сверкают Вершины гранитных хребтов...
2. «

   Дураки, дураки, дураки без числа, Всех родов, величин и сортов, Точно всех их судьба на заказ создала, Взяв казенный подряд дураков.

   Дураки, дураки, дураки без числа, Всех родов, величин и сортов, Точно всех их судьба на заказ создала, Взяв казенный подряд дураков.
3. «

   Я дни губил в безумии страстей И изнемог, — и мертвенный покой Царит в душе измученной моей.

   Я дни губил в безумии страстей И изнемог, — и мертвенный покой Царит в душе измученной моей.
4. «

   Любовь на миг... любовь — забава от безделья, Любовь — не жар души, а только жар в крови, Любовь — большой кошмар, тяжелый чад похмелья - Нет, мне не жаль ее, промчавшейся любви!

   Любовь на миг... любовь — забава от безделья, Любовь — не жар души, а только жар в крови, Любовь — большой кошмар, тяжелый чад похмелья - Нет, мне не жаль ее, промчавшейся любви!
5. «

   Где солнце — там и тень! Где слезы и молитвы - Там и голодный стон мятежной нищеты; Вчера здесь был разгар кровопролитной битвы, А завтра — расцветут душистые цветы.

   Где солнце — там и тень! Где слезы и молитвы - Там и голодный стон мятежной нищеты; Вчера здесь был разгар кровопролитной битвы, А завтра — расцветут душистые цветы.
6. «

   Это чувство — знакомый недуг: чуть весна Ароматно повеет дыханием мая, Чуть проснется в реке голубая волна И промчится в лазури гроза молодая, Чуть в лесу соловей про любовь и печаль Запоет, разгоняя туман и ненастье, - Сердце снова запросится в ясную даль, Сердце снова поверит в далекое счастье.

   Это чувство — знакомый недуг: чуть весна Ароматно повеет дыханием мая, Чуть проснется в реке голубая волна И промчится в лазури гроза молодая, Чуть в лесу соловей про любовь и печаль Запоет, разгоняя туман и ненастье, - Сердце снова запросится в ясную даль, Сердце снова поверит в далекое счастье.
7. «

   О сердце певца, в наши тяжкие годы Ты светоч в пустыне глухой; Напрасно во имя любви и свободы Ты борешься с черною мглой.

   О сердце певца, в наши тяжкие годы Ты светоч в пустыне глухой; Напрасно во имя любви и свободы Ты борешься с черною мглой.
8. «

   Напрасная мечта! Пророков нет... Мельчая, Не в силах их создать ничтожная среда; Есть только хищников недремлющая стая, Да пошлость жалкая, да мелкая вражда.

   Напрасная мечта! Пророков нет... Мельчая, Не в силах их создать ничтожная среда; Есть только хищников недремлющая стая, Да пошлость жалкая, да мелкая вражда.
9. «

   Перед киотом теплится, мерцая, Массивная лампада; лик Христа Глядит задумчиво из потемневшей рамы Очами, полными и грусти и любви, - И так и кажется, что вот уста святые Откроет он — и в тишине ночной Вдруг прозвучит страдальца тихий голос: «Приди ко мне, усталый и несчастный, И дам я мир душе твоей больной...»

   Перед киотом теплится, мерцая, Массивная лампада; лик Христа Глядит задумчиво из потемневшей рамы Очами, полными и грусти и любви, - И так и кажется, что вот уста святые Откроет он — и в тишине ночной Вдруг прозвучит страдальца тихий голос: «Приди ко мне, усталый и несчастный, И дам я мир душе твоей больной...»
10. «

    На юг, говорили друзья мне, на юг, Под небо его голубое! Там смолкнет, певец, твой гнетущий недуг, Там сердце очнется больное!

    На юг, говорили друзья мне, на юг, Под небо его голубое! Там смолкнет, певец, твой гнетущий недуг, Там сердце очнется больное!
11. «

    Если душно тебе, если нет у тебя В этом мире борьбы и наживы Никого, то бы мог отозваться, любя, На сомненья твои и порывы; Если в сердце твоем оскорблен идеал, Идеал человека и света, Если честно скорбишь ты и честно устал, - Отдохни над страницей поэта.

    Если душно тебе, если нет у тебя В этом мире борьбы и наживы Никого, то бы мог отозваться, любя, На сомненья твои и порывы; Если в сердце твоем оскорблен идеал, Идеал человека и света, Если честно скорбишь ты и честно устал, - Отдохни над страницей поэта.
12. «

    Томясь и страдая во мраке ненастья, Горячее чуткое сердце твое Стремится к блаженству всемирного счастья И видит в нем личное счастье свое. Но, друг мой, напрасны святые порывы: На жизненной сцене, залитой в крови, Довольно простора для рынка наживы И тесно для светлого храма любви.

    Томясь и страдая во мраке ненастья, Горячее чуткое сердце твое Стремится к блаженству всемирного счастья И видит в нем личное счастье свое. Но, друг мой, напрасны святые порывы: На жизненной сцене, залитой в крови, Довольно простора для рынка наживы И тесно для светлого храма любви.
13. «

    О, мне не больно, что жизнь мне солгала: она Всем, кто ее обещаньям поверил, солгала!

    О, мне не больно, что жизнь мне солгала: она Всем, кто ее обещаньям поверил, солгала!
14. «

    Мне душен этот мир разврата С его блестящей мишурой! Здесь брат рыдающего брата Готов убить своей рукой. Здесь спят глубокие порывы Свободы, правды и любви, Здесь ненасытный бог наживы Свои воздвигнул алтари.

    Мне душен этот мир разврата С его блестящей мишурой! Здесь брат рыдающего брата Готов убить своей рукой. Здесь спят глубокие порывы Свободы, правды и любви, Здесь ненасытный бог наживы Свои воздвигнул алтари.
15. «

    Заря лениво догорает На небе алой полосой; Село беззвучно засыпает В сияньи ночи голубой. С отрадой жадной грудь вдыхает В себя прохладные струи, И снова сердце закипает Желаньем счастья и любви...

    Заря лениво догорает На небе алой полосой; Село беззвучно засыпает В сияньи ночи голубой. С отрадой жадной грудь вдыхает В себя прохладные струи, И снова сердце закипает Желаньем счастья и любви...
16. «

    Нет героев в наш жалкий, скудеющий век.

    Нет героев в наш жалкий, скудеющий век.
17. «

    Бедный ребёнок, — она некрасива! То-то и в школе и дома она Так несмела, так всегда молчалива, Так не по-детски тиха и грустна! Зло над тобою судьба подшутила: Острою мыслью и чуткой душой Щедро дурнушку она наделила, - Не наделила одним — красотой... Ах, красота — это страшная сила!..

    Бедный ребёнок, — она некрасива! То-то и в школе и дома она Так несмела, так всегда молчалива, Так не по-детски тиха и грустна! Зло над тобою судьба подшутила: Острою мыслью и чуткой душой Щедро дурнушку она наделила, - Не наделила одним — красотой... Ах, красота — это страшная сила!..
18. «

    Как долго я носил Твой образ в глубине души моей тревожной, Но сохранить его навеки я не мог: Шли годы долгие, и тихо он поблек... И вот я чувствую, я слышу как в груди Какая-то струна заплакала украдкой; Вот чей-то нежный взгляд блеснул передо мной, И сердце вновь трепещет стариной, И сердце вновь в груди пылает болью сладкой...

    Как долго я носил Твой образ в глубине души моей тревожной, Но сохранить его навеки я не мог: Шли годы долгие, и тихо он поблек... И вот я чувствую, я слышу как в груди Какая-то струна заплакала украдкой; Вот чей-то нежный взгляд блеснул передо мной, И сердце вновь трепещет стариной, И сердце вновь в груди пылает болью сладкой...
19. «

    Смирись, — шептал мне ум холодный, - Ты сын толпы — живи с толпой... К чему в темнице гимн свободный, К чему вакханке стон больной?..

    Смирись, — шептал мне ум холодный, - Ты сын толпы — живи с толпой... К чему в темнице гимн свободный, К чему вакханке стон больной?..
20. «

    О, если б только зло!... Но рваться всей душою Рассеять зло, трудиться для людей, - И горько сознавать, что об руку с тобою Кричит об истине, ломаясь пред толпою, Прикрытый маскою, продажный фарисей!..

    О, если б только зло!... Но рваться всей душою Рассеять зло, трудиться для людей, - И горько сознавать, что об руку с тобою Кричит об истине, ломаясь пред толпою, Прикрытый маскою, продажный фарисей!..