427 цитат Сергея Довлатова: от иронии до философии

Сергей Довлатов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 427 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Семья — не ячейка государства. Семья — это государство и есть. Борьба за власть, экономические, творческие и культурные проблемы. Эксплуатация, мечты о свободе, революционные настроения... Всё это и есть семья.

   Семья — не ячейка государства. Семья — это государство и есть. Борьба за власть, экономические, творческие и культурные проблемы. Эксплуатация, мечты о свободе, революционные настроения... Всё это и есть семья.

   — Хочу быть сильным · книга
2. «

   Мир несовершенен. Устоями общества являются корыстолюбие, страх и продажность. Конфликт мечты с действительностью не утихает тысячелетиями. Вместо желаемой гармонии на земле царят хаос и беспорядок. Более того, нечто подобное мы обнаружили в собственной душе. Мы жаждем совершенства, а вокруг торжествует пошлость.

   Мир несовершенен. Устоями общества являются корыстолюбие, страх и продажность. Конфликт мечты с действительностью не утихает тысячелетиями. Вместо желаемой гармонии на земле царят хаос и беспорядок. Более того, нечто подобное мы обнаружили в собственной душе. Мы жаждем совершенства, а вокруг торжествует пошлость.

   — Зона · книга
3. «

   Есть люди настоящего, прошлого и будущего. В зависимости от фокуса жизни.

   Есть люди настоящего, прошлого и будущего. В зависимости от фокуса жизни.

   — Соло на ундервуде. Соло на IBM · книга
4. «

   Жизнь коротка. Человек одинок. Надеюсь, все это достаточно грустно, чтобы я мог продолжать заниматься литературой.

   Жизнь коротка. Человек одинок. Надеюсь, все это достаточно грустно, чтобы я мог продолжать заниматься литературой.
5. «

   Окружающие любят не честных, а добрых. Не смелых, а чутких. Не принципиальных, а снисходительных. Иначе говоря — беспринципных.

   Окружающие любят не честных, а добрых. Не смелых, а чутких. Не принципиальных, а снисходительных. Иначе говоря — беспринципных.

   — Соло на ундервуде. Соло на IBM · книга
6. «

   Он пригласил ее на демонстрацию в защиту Сахарова. Маруся сказала: – С кем я оставлю ребенка? Караваев рассердился: – Если каждый будет заботиться только о своих детях, Россия погибнет. Маруся возразила: – Наоборот. Если каждый позаботится о своем ребенке, все будет хорошо.

   Он пригласил ее на демонстрацию в защиту Сахарова. Маруся сказала: – С кем я оставлю ребенка? Караваев рассердился: – Если каждый будет заботиться только о своих детях, Россия погибнет. Маруся возразила: – Наоборот. Если каждый позаботится о своем ребенке, все будет хорошо.

   — Иностранка · книга
7. «

   Если мне звонили по телефону, отвечал: — Не могу говорить... Отключить телефон не хватало решимости. Вечно я чего-то жду...

   Если мне звонили по телефону, отвечал: — Не могу говорить... Отключить телефон не хватало решимости. Вечно я чего-то жду...

   — Заповедник · книга
8. «

   — Это же метафора! — Метафора... У лжи десятки таких подпольных кличек!

   — Это же метафора! — Метафора... У лжи десятки таких подпольных кличек!

   — Компромисс · книга
9. «

   Я убедился, что любая мысль влюбленного бедняка — преступна.

   Я убедился, что любая мысль влюбленного бедняка — преступна.

   — Чемодан · книга
10. «

    В детстве лето было озвучено гудками паровозов. Пригородные дачи… Запах вокзальной гари и нагретого песка… Настольный теннис под ветками… Тугой и звонкий стук мяча… Танцы на веранде...

    В детстве лето было озвучено гудками паровозов. Пригородные дачи… Запах вокзальной гари и нагретого песка… Настольный теннис под ветками… Тугой и звонкий стук мяча… Танцы на веранде...

    — Заповедник · книга
11. «

    Я не знаю, кто я такой. Пишу рассказы… Я – этнический писатель, живущий за 4000 километров от своей аудитории.

    Я не знаю, кто я такой. Пишу рассказы… Я – этнический писатель, живущий за 4000 километров от своей аудитории.
12. «

    Бывает, ты разговариваешь с женщиной, приводишь ей красноречивые доводы и убедительные аргументы. А ей не до аргументов. Ей противен сам звук твоего голоса.

    Бывает, ты разговариваешь с женщиной, приводишь ей красноречивые доводы и убедительные аргументы. А ей не до аргументов. Ей противен сам звук твоего голоса.

    — Филиал · книга
13. «

    Во что ты превратил свою жену? Она была простодушной, кокетливой, любила веселиться. Ты сделал ее ревнивой, подозрительной и нервной. Ее неизменная фраза: «Что ты хочешь этим сказать?» — памятник твоей изворотливости...

    Во что ты превратил свою жену? Она была простодушной, кокетливой, любила веселиться. Ты сделал ее ревнивой, подозрительной и нервной. Ее неизменная фраза: «Что ты хочешь этим сказать?» — памятник твоей изворотливости...

    — Заповедник · книга
14. «

    — Мне в рай попасть охота. Я еще со Дня Конституции такую цель поставил. — Попадешь, — заверил его Алиханов, — в охране у тебя не много конкурентов. — Я и то думаю, — согласился Фидель, — публика у нас бесподобная. Ворюги да хулиганы... Какой уж там рай... Таких и в дисбат не примут... А я на этом фоне, может, и проскочу как беспартийный...

    — Мне в рай попасть охота. Я еще со Дня Конституции такую цель поставил. — Попадешь, — заверил его Алиханов, — в охране у тебя не много конкурентов. — Я и то думаю, — согласился Фидель, — публика у нас бесподобная. Ворюги да хулиганы... Какой уж там рай... Таких и в дисбат не примут... А я на этом фоне, может, и проскочу как беспартийный...

    — Алиханов · книга
15. «

    Жизнь расстилалась вокруг необозримым минным полем.

    Жизнь расстилалась вокруг необозримым минным полем.

    — Заповедник · книга
16. «

    До этого были холмы, река, просторный горизонт с неровной кромкой леса. В общем, русский пейзаж без излишеств. Те обыденные его приметы, которые вызывают необъяснимо горькое чувство.

    До этого были холмы, река, просторный горизонт с неровной кромкой леса. В общем, русский пейзаж без излишеств. Те обыденные его приметы, которые вызывают необъяснимо горькое чувство.

    — Заповедник · книга
17. «

    Как благородно эволюционировало вранье за последние двести лет!

    Как благородно эволюционировало вранье за последние двести лет!

    — Компромисс · книга
18. «

    Помню ожидание любви. Буквально каждую секунду я чего-то жду. Как в аэропорту, где ты поджидаешь незнакомого человека. Держишься на виду, чтобы он мог подойти и сказать: «Это я».

    Помню ожидание любви. Буквально каждую секунду я чего-то жду. Как в аэропорту, где ты поджидаешь незнакомого человека. Держишься на виду, чтобы он мог подойти и сказать: «Это я».

    — Филиал · книга
19. «

    Буквальные переводы с русского невозможны. Тут вы должны переводить не слово — словом и не фразу — фразой, а юмор — юмором, любовь — любовью, горе — горем...

    Буквальные переводы с русского невозможны. Тут вы должны переводить не слово — словом и не фразу — фразой, а юмор — юмором, любовь — любовью, горе — горем...

    — На литературные темы · книга
20. «

    А я вернулся к своим бутылкам. В любой из них таились чудеса.

    А я вернулся к своим бутылкам. В любой из них таились чудеса.

    — Рассказчик · книга