Сергей Лукьяненко: жизненные цитаты: 178 цитат на каждый день

Подборка из 178 цитат Сергея Лукьяненко: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если будет беда – мой страх её не прогонит, если не будет беды – мой страх не нужен. Не жалею о том, что сделано, размышляю о том, что сделаю»… Простенькая молитва – это не прошение об исцелении и не покаяние в грехах, зато всегда помогает.

   Если будет беда – мой страх её не прогонит, если не будет беды – мой страх не нужен. Не жалею о том, что сделано, размышляю о том, что сделаю»… Простенькая молитва – это не прошение об исцелении и не покаяние в грехах, зато всегда помогает.

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   Вот что ценю в людях — это умение быстро прощаться.

   Вот что ценю в людях — это умение быстро прощаться.

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   Есть люди, которым необходимы препятствия. Для того, чтобы крушить их и идти дальше.

   Есть люди, которым необходимы препятствия. Для того, чтобы крушить их и идти дальше.

   — Сергей Лукьяненко · книга
4. «

   Иногда так бывает, что от нас уже ничего не зависит, — сказала Настя. — Но ты знаешь, в этот миг становится легко.

   Иногда так бывает, что от нас уже ничего не зависит, — сказала Настя. — Но ты знаешь, в этот миг становится легко.

   — Сергей Лукьяненко · книга
5. «

   Дело в свободе. Как между пловцом, пусть самым талантливым, — и самым ленивым дельфином.

   Дело в свободе. Как между пловцом, пусть самым талантливым, — и самым ленивым дельфином.

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Вот только самый честный и простодушный полицейский, воспитанный на громких звездно-полосатых идеалах, рано или поздно поймет: на улицах есть не только Тьма и Свет. Есть еще договоренности, уступки, соглашения. Информаторы, ловушки, провокации. Рано или поздно приходится сдавать своих, подбрасывать в чужие карманы пакетики с героином, бить по почкам, аккуратно, чтобы не оставалось следов. И все — ради тех, самых простых, правил. Охранять закон. Преследовать Зло. Защищать невиновных.

   Вот только самый честный и простодушный полицейский, воспитанный на громких звездно-полосатых идеалах, рано или поздно поймет: на улицах есть не только Тьма и Свет. Есть еще договоренности, уступки, соглашения. Информаторы, ловушки, провокации. Рано или поздно приходится сдавать своих, подбрасывать в чужие карманы пакетики с героином, бить по почкам, аккуратно, чтобы не оставалось следов. И все — ради тех, самых простых, правил. Охранять закон. Преследовать Зло. Защищать невиновных.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   — Святое дело, — одобрил Лас. — Нельзя ребенка обделять вниманием. Хотя если мать с ней — это главное. Я посмотрел на Ласа. — Мать всё-таки главное для ребёнка, — с видом Выготского, Пиаже или иного мэтра детской психологии сказал Лас. — Биологически так обусловлено. Мы, самцы, всё-таки в первую очередь заботимся о самке. А самки — о детёныше.

   — Святое дело, — одобрил Лас. — Нельзя ребенка обделять вниманием. Хотя если мать с ней — это главное. Я посмотрел на Ласа. — Мать всё-таки главное для ребёнка, — с видом Выготского, Пиаже или иного мэтра детской психологии сказал Лас. — Биологически так обусловлено. Мы, самцы, всё-таки в первую очередь заботимся о самке. А самки — о детёныше.

   — Сергей Лукьяненко · книга
8. «

   Сказки врут не меньше, чем статистика! Но иногда в них можно найти капельку правды.

   Сказки врут не меньше, чем статистика! Но иногда в них можно найти капельку правды.

   — Сергей Лукьяненко · книга
9. «

   Время убивает энтузиазм. Остаётся только холодное умение ставить цели и воля, необходимая, чтобы к ним идти.

   Время убивает энтузиазм. Остаётся только холодное умение ставить цели и воля, необходимая, чтобы к ним идти.

   — Сергей Лукьяненко · книга
10. «

    Любовь и дружба – это то, ради чего приходится терпеть измены и предательство.

    Любовь и дружба – это то, ради чего приходится терпеть измены и предательство.

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    Этот мир будет жить, будет падать и учиться вставать. Он не заставит говорить того, кто хочет молчать. Не заткнёт рот тому, кто хочет говорить. И, может быть, станет лучше.

    Этот мир будет жить, будет падать и учиться вставать. Он не заставит говорить того, кто хочет молчать. Не заткнёт рот тому, кто хочет говорить. И, может быть, станет лучше.

    — Сергей Лукьяненко · книга
12. «

    – С самого начала времен мальчики подходят к девочкам и говорят: «Я тебя люблю!», – сказала русалка. – Эти слова не просто стерлись, вместо них дырка должна была получиться! Но каждый раз у девочки начинает сильнее стучать сердце и вспыхивает волшебный пламень любви!

    – С самого начала времен мальчики подходят к девочкам и говорят: «Я тебя люблю!», – сказала русалка. – Эти слова не просто стерлись, вместо них дырка должна была получиться! Но каждый раз у девочки начинает сильнее стучать сердце и вспыхивает волшебный пламень любви!

    — Сергей Лукьяненко · книга
13. «

    Есть такой тип людей — в сложной ситуации они начинают совершать множество мелких телодвижений. Меряют пульс пострадавшим, пристально проверяют документы у милиционеров, звонят по каким-то номерам и задают странные вопросы... Как правило, никакой реальной пользы их действия не оказывают. Но зато окружающие как-то успокаиваются, собираются и начинают предпринимать другие действия — не столь многочисленные и эффектные, но куда более полезные.

    Есть такой тип людей — в сложной ситуации они начинают совершать множество мелких телодвижений. Меряют пульс пострадавшим, пристально проверяют документы у милиционеров, звонят по каким-то номерам и задают странные вопросы... Как правило, никакой реальной пользы их действия не оказывают. Но зато окружающие как-то успокаиваются, собираются и начинают предпринимать другие действия — не столь многочисленные и эффектные, но куда более полезные.

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    Лучше уж маршировать в строю или бродить по ночным улицам в худой кирасе стражника, чем иметь дело с десятком-другим готовых на всё негодяев.

    Лучше уж маршировать в строю или бродить по ночным улицам в худой кирасе стражника, чем иметь дело с десятком-другим готовых на всё негодяев.

    — Сергей Лукьяненко · книга
15. «

    Если у нас есть мужчина и женщина, едва знакомые, но чем-то привлекательные друг другу, то в их отношениях наступает странный момент: “Я вдруг…” Или не наступает – но тогда и отношения заканчиваются, не начавшись. Момент этот состоит в том, что в квартире девушки (чаще) или мужчины (реже) раздаётся звонок в дверь. Или звонит телефон. И тот, кто пришёл, произносит фразу: “Я вдруг решил к тебе зайти”. Иногда добавляется: “Мне показалось, что ты меня ждёшь”, но это уже зависит от наличия в душе романтической жилки. Главное тут – “вдруг”. Я вдруг решил к тебе зайти. Я вдруг решила тебе позвонить. Извини, это не к месту, и я сам не понимаю, что мы будем делать… Ты прости, я шла мимо и вдруг подумала… Случайность или даже абсурдность поступка в таких делах принципиально важна. Любовь принципиально нелогична, за что её так не любят люди, по ошибке родившиеся человеком, а не вычислительной машиной. Событие “Я вдруг…” ещё ничего не гарантирует. Возможно, они выпьют чая и разойдутся. Возможно, лягут в постель, но всё равно расстанутся. Но если “Я вдруг…” вообще не случилось – то любви ещё нет. Есть дружба, страсть, привязанность – множество хороших вещей и чувств. Но не любовь.

    Если у нас есть мужчина и женщина, едва знакомые, но чем-то привлекательные друг другу, то в их отношениях наступает странный момент: “Я вдруг…” Или не наступает – но тогда и отношения заканчиваются, не начавшись. Момент этот состоит в том, что в квартире девушки (чаще) или мужчины (реже) раздаётся звонок в дверь. Или звонит телефон. И тот, кто пришёл, произносит фразу: “Я вдруг решил к тебе зайти”. Иногда добавляется: “Мне показалось, что ты меня ждёшь”, но это уже зависит от наличия в душе романтической жилки. Главное тут – “вдруг”. Я вдруг решил к тебе зайти. Я вдруг решила тебе позвонить. Извини, это не к месту, и я сам не понимаю, что мы будем делать… Ты прости, я шла мимо и вдруг подумала… Случайность или даже абсурдность поступка в таких делах принципиально важна. Любовь принципиально нелогична, за что её так не любят люди, по ошибке родившиеся человеком, а не вычислительной машиной. Событие “Я вдруг…” ещё ничего не гарантирует. Возможно, они выпьют чая и разойдутся. Возможно, лягут в постель, но всё равно расстанутся. Но если “Я вдруг…” вообще не случилось – то любви ещё нет. Есть дружба, страсть, привязанность – множество хороших вещей и чувств. Но не любовь.

    — Сергей Лукьяненко · книга
16. «

    Я когда-то даже думал, что лучше бы мы жили в разных системах... А потом понял, что неправ. Что неполное счастье все равно лучше, чем горе. Дружба меньше, чем любовь, но куда больше, чем одиночество. Неизмеримо больше.

    Я когда-то даже думал, что лучше бы мы жили в разных системах... А потом понял, что неправ. Что неполное счастье все равно лучше, чем горе. Дружба меньше, чем любовь, но куда больше, чем одиночество. Неизмеримо больше.

    — Сергей Лукьяненко · книга
17. «

    Это только детям трудно ответить, кого больше любишь, папу или маму, у взрослых очень даже запросто получается...

    Это только детям трудно ответить, кого больше любишь, папу или маму, у взрослых очень даже запросто получается...

    — Сергей Лукьяненко · книга
18. «

    Мы слишком суетливы, чтобы ходить в халате летом, да и коротко оно, русское лето, коротко и дождливо. Зимой в наших домах либо так натоплено, что никакой халат не нужен, либо слишком выстужено — и халат не спасает. Вот и стали заменой халату линялые спортивные костюмы... а если дома «все свои» — то и просто вислые семейные трусы.

    Мы слишком суетливы, чтобы ходить в халате летом, да и коротко оно, русское лето, коротко и дождливо. Зимой в наших домах либо так натоплено, что никакой халат не нужен, либо слишком выстужено — и халат не спасает. Вот и стали заменой халату линялые спортивные костюмы... а если дома «все свои» — то и просто вислые семейные трусы.

    — Сергей Лукьяненко · книга
19. «

    Наверное, это неизбежно. Того, кто любит тебя, обмануть очень просто. А того, кого любишь сам, — почти невозможно. Каждая улыбка, каждая уверенная фраза выйдут наигранными и ненастоящими. Словно ты, говоря вполголоса одно, выкрикиваешь при этом другое. Когда любишь, даришь частичку себя. А себя не обманешь.

    Наверное, это неизбежно. Того, кто любит тебя, обмануть очень просто. А того, кого любишь сам, — почти невозможно. Каждая улыбка, каждая уверенная фраза выйдут наигранными и ненастоящими. Словно ты, говоря вполголоса одно, выкрикиваешь при этом другое. Когда любишь, даришь частичку себя. А себя не обманешь.

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    Шляпа меня доконала. Не принято в Москве носить соломенные шляпы. Даже в жару. Даже старичкам, если они ещё не впали в маразм.

    Шляпа меня доконала. Не принято в Москве носить соломенные шляпы. Даже в жару. Даже старичкам, если они ещё не впали в маразм.

    — Сергей Лукьяненко · книга