608 цитат Сергея Лукьяненко о смысле жизни

Ниже 608 цитат Сергея Лукьяненко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Если разделить всю существующую магию на две части, то проще всего делить её на боевую и бытовую. Вопреки расхожим мнениям начинающих, бытовой получится в два, а то и в три раза больше.

   Если разделить всю существующую магию на две части, то проще всего делить её на боевую и бытовую. Вопреки расхожим мнениям начинающих, бытовой получится в два, а то и в три раза больше.

   — Антон Городецкий · книга
2. «

   — Наверное, приятно быть таким наглым и самоуверенным, как ты. — Не знаю, — пробормотал я, засыпая, — У меня не получается быть другим…

   — Наверное, приятно быть таким наглым и самоуверенным, как ты. — Не знаю, — пробормотал я, засыпая, — У меня не получается быть другим…

   — Серж · книга
3. «

   Легче быть праведником или подлецом, чем человеком.

   Легче быть праведником или подлецом, чем человеком.

   — Леонид · книга
4. «

   — Любовь! О, Алекс, ты ведь даже не можешь понять, что это такое, настоящая любовь! Безумие, радостное и добровольное; всеобъемлющее пламя, чей жар сладостен и мучителен одновременно. Любовь матери к детям, любовь патриота к родине, любовь естествоиспытателя к истине — все меркнет перед настоящей, подлинной, всеобъемлющей любовью! Поэты слагали стихи, живущие тысячелетиями, завоеватели проливали реки крови. Простые, ничем не примечательные люди вспыхивали как сверхновые, сжигая свою жизнь в ослепительной вспышке, яростной и безудержной. Любовь... любовь. Тысячи определений, поиск нужных слов... будто звуки способны передать эту древнюю магию. Любовь — это когда счастлив тот, кого любишь... любовь — Ведь даже все расы Чужих умеют любить, Алекс! нечеловеческой любовью — но очень и очень похожей. Тайи не ведают, что такое юмор. Брауни не способны на дружбу. Фэнхуан неведома мстительность. Масса человеческих эмоций является уникальной, но при этом и мы не можем постигнуть... э... ну, к примеру, свойственного Цзыгу ощущения рассвета... Зато любовь — есть у всех рас! когда весь мир сосредоточен в одном человеке... любовь — чувство, равняющее нас с Богом... Не подступиться! Не выразить словами — только и выражать не надо, каждый поймет, каждый испытывал этот сладкий дурман.

   — Любовь! О, Алекс, ты ведь даже не можешь понять, что это такое, настоящая любовь! Безумие, радостное и добровольное; всеобъемлющее пламя, чей жар сладостен и мучителен одновременно. Любовь матери к детям, любовь патриота к родине, любовь естествоиспытателя к истине — все меркнет перед настоящей, подлинной, всеобъемлющей любовью! Поэты слагали стихи, живущие тысячелетиями, завоеватели проливали реки крови. Простые, ничем не примечательные люди вспыхивали как сверхновые, сжигая свою жизнь в ослепительной вспышке, яростной и безудержной. Любовь... любовь. Тысячи определений, поиск нужных слов... будто звуки способны передать эту древнюю магию. Любовь — это когда счастлив тот, кого любишь... любовь — Ведь даже все расы Чужих умеют любить, Алекс! нечеловеческой любовью — но очень и очень похожей. Тайи не ведают, что такое юмор. Брауни не способны на дружбу. Фэнхуан неведома мстительность. Масса человеческих эмоций является уникальной, но при этом и мы не можем постигнуть... э... ну, к примеру, свойственного Цзыгу ощущения рассвета... Зато любовь — есть у всех рас! когда весь мир сосредоточен в одном человеке... любовь — чувство, равняющее нас с Богом... Не подступиться! Не выразить словами — только и выражать не надо, каждый поймет, каждый испытывал этот сладкий дурман.

   — Эдгар · книга
5. «

   Говорят, что все люди делятся на два типа. Одни от волнения приобретают аппетит, другие, напротив, утрачивают.

   Говорят, что все люди делятся на два типа. Одни от волнения приобретают аппетит, другие, напротив, утрачивают.

   — Алекс · книга
6. «

   Ну почему Свет действует через ложь, а Тьма — через правду? Почему наша правда оказывается беспомощной, тогда как ложь — действенной? И почему Тьма прекрасно обходится правдой, чтобы творить зло? В чьей это природе, в человеческой — или нашей?

   Ну почему Свет действует через ложь, а Тьма — через правду? Почему наша правда оказывается беспомощной, тогда как ложь — действенной? И почему Тьма прекрасно обходится правдой, чтобы творить зло? В чьей это природе, в человеческой — или нашей?

   — Антон Городецкий · книга
7. «

   Прошлое мертво. Прошлого нет. В нашей власти убить его навсегда, или просто отвернуться, или вдохнуть жизнь в тлен. Что ты выберешь, мальчик?

   Прошлое мертво. Прошлого нет. В нашей власти убить его навсегда, или просто отвернуться, или вдохнуть жизнь в тлен. Что ты выберешь, мальчик?

   — Императоры иллюзий · книга
8. «

   У каждого своя судьба. У кого-то — править чужие жизни или ломать империи. У кого-то — просто жить.

   У каждого своя судьба. У кого-то — править чужие жизни или ломать империи. У кого-то — просто жить.

   — Гесер · книга
9. «

   Любовь принципиально нелогична, за что ее так не любят люди, по ошибке родившиеся человеком, а не вычислительной машиной.

   Любовь принципиально нелогична, за что ее так не любят люди, по ошибке родившиеся человеком, а не вычислительной машиной.

   — Черновик · книга
10. «

    Убить врага — доблесть. Обречь его на муки — подлость. Обречь на вечные муки — вечная подлость.

    Убить врага — доблесть. Обречь его на муки — подлость. Обречь на вечные муки — вечная подлость.

    — Последний Дозор · книга
11. «

    Не важно, от кого получаешь подтверждение собственной ценности — от друзей или от врагов. Главное, что оно есть.

    Не важно, от кого получаешь подтверждение собственной ценности — от друзей или от врагов. Главное, что оно есть.

    — Фальшивые зеркала · книга
12. «

    В общем-то, сказать можно и нужно всё. Надо лишь правильно выбрать время, иначе правда станет хуже лжи.

    В общем-то, сказать можно и нужно всё. Надо лишь правильно выбрать время, иначе правда станет хуже лжи.

    — Ночной дозор · книга
13. «

    — Вы жестоки, — говорю я. — Да. Когда мне кажется, что симпатичный молодой человек начинает сходить с ума, я бываю жестока.

    — Вы жестоки, — говорю я. — Да. Когда мне кажется, что симпатичный молодой человек начинает сходить с ума, я бываю жестока.

    — Леонид · книга
14. «

    На самом-то деле ничего даром не даётся. Ты накачал мышцы, но перегрузил организм, посадил сердце, потерял то время, которое мог потратить на образование, на чтение книг, на посещение музеев и путешествия. Ты стал великим ученым — но отъел пузо, заработал одышку, геморрой и близорукость.

    На самом-то деле ничего даром не даётся. Ты накачал мышцы, но перегрузил организм, посадил сердце, потерял то время, которое мог потратить на образование, на чтение книг, на посещение музеев и путешествия. Ты стал великим ученым — но отъел пузо, заработал одышку, геморрой и близорукость.

    — Иллан · книга
15. «

    Это, наверное, глупое занятие — выдирать слова из контекста, придавать им отточенность, к которой и не стремился автор.

    Это, наверное, глупое занятие — выдирать слова из контекста, придавать им отточенность, к которой и не стремился автор.

    — Осенние визиты · книга
16. «

    Мне вдруг стало совершенно ясно, что спорю я зря. Валентин хочет творить добро. Активно, деятельно, с песнями и плясками. А я ему тут что-то бормочу о человеческой природе, о том, что невозможно взмахнуть волшебной палочкой и принести всем счастье.

    Мне вдруг стало совершенно ясно, что спорю я зря. Валентин хочет творить добро. Активно, деятельно, с песнями и плясками. А я ему тут что-то бормочу о человеческой природе, о том, что невозможно взмахнуть волшебной палочкой и принести всем счастье.

    — Новый дозор · книга
17. «

    Ты ухитряешься из самой выигрышной ситуации выйти с наибольшими потерями.

    Ты ухитряешься из самой выигрышной ситуации выйти с наибольшими потерями.

    — Тени снов · книга
18. «

    — ... Он что, воевать хочет? — Нет, он за мир во всём мире. Только он хочет править этим миром.

    — ... Он что, воевать хочет? — Нет, он за мир во всём мире. Только он хочет править этим миром.

    — Непоседа · книга
19. «

    Если любить, то принцессу, если ненавидеть, то целую цивилизацию!

    Если любить, то принцессу, если ненавидеть, то целую цивилизацию!

    — Планета, которой нет · книга
20. «

    Михаил вздохнул. — Я очень боюсь, что наши отношения после этого уже никогда не будут прежними. — Да-да. Так сказал Холмсу доктор Ватсон, застёгивая брюки... Не тяни.

    Михаил вздохнул. — Я очень боюсь, что наши отношения после этого уже никогда не будут прежними. — Да-да. Так сказал Холмсу доктор Ватсон, застёгивая брюки... Не тяни.

    — Михаил Иванович Бедренец · книга