46 цитат Шандора Петёфи для тех, кто любит думать

Ниже 46 цитат Шандора Петёфи — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Чем я после смерти стану, как умру? Мне бы стать хотелось деревом в бору! Я б лесною чащей был от света скрыт, Был бы скрыт от света и его обид.

   Чем я после смерти стану, как умру? Мне бы стать хотелось деревом в бору! Я б лесною чащей был от света скрыт, Был бы скрыт от света и его обид.
2. «

   Дней осенних прозябанье. Солнце прячется в тумане, Мелкий дождик сеет, Пасмурно и мрачно, И камин не греет В комнате невзрачной.

   Дней осенних прозябанье. Солнце прячется в тумане, Мелкий дождик сеет, Пасмурно и мрачно, И камин не греет В комнате невзрачной.
3. «

   Избегайте женщин! Ведь женщина всегда влечет мужчину, Как море реку. А с какою целью? Ну разумеется, чтоб поглотить! Зверь — женщина! Красивый и опасный, Прекрасный и опасный зверь! Отрава в золотом стакане — Вот что такое ты, любовь!

   Избегайте женщин! Ведь женщина всегда влечет мужчину, Как море реку. А с какою целью? Ну разумеется, чтоб поглотить! Зверь — женщина! Красивый и опасный, Прекрасный и опасный зверь! Отрава в золотом стакане — Вот что такое ты, любовь!
4. «

   В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.

   В счастье и трус становится отважным, но только тот герой, кто даже в поражении носит свою голову гордо.
5. «

   Любишь ты весну, а я — Осень, сумрак, тени. День весенний — жизнь твоя. А моя — осенний.

   Любишь ты весну, а я — Осень, сумрак, тени. День весенний — жизнь твоя. А моя — осенний.
6. «

   Что такое человек? Есть мненье, будто люди — это корни Цветов, растущих где-то в небесах. Увы, ошибка! Человек — растенье, Чьи корни скрыты глубоко в аду!

   Что такое человек? Есть мненье, будто люди — это корни Цветов, растущих где-то в небесах. Увы, ошибка! Человек — растенье, Чьи корни скрыты глубоко в аду!
7. «

   Теперь меня всегда по вечерам Провозглашает королем закат, И солнце на прощанье багрецом Окрашивает мой простой наряд.

   Теперь меня всегда по вечерам Провозглашает королем закат, И солнце на прощанье багрецом Окрашивает мой простой наряд.
8. «

   Иссякнешь ли ты, Мой безудержный гнев, Стремясь с высоты Диким горным потоком, Вскипая и пенясь В ущелье глубоком? Иссякнешь ли ты, Мой безудержный гнев? Ужель превратится В домашнюю птицу Орел, озаренный небесным огнем, Дерзавший когтями В загривок вцепиться Свирепому вихрю, Чтоб мчаться на нем?

   Иссякнешь ли ты, Мой безудержный гнев, Стремясь с высоты Диким горным потоком, Вскипая и пенясь В ущелье глубоком? Иссякнешь ли ты, Мой безудержный гнев? Ужель превратится В домашнюю птицу Орел, озаренный небесным огнем, Дерзавший когтями В загривок вцепиться Свирепому вихрю, Чтоб мчаться на нем?
9. «

   Цветы по садам доцветают в долине, И в зелени тополь ещё под окном, Но вот и предвестье зимы и унынья — Гора в покрывале своём снеговом. И в сердце моем ещё полдень весенний, И лета горячего жар и краса, Но иней безвременного поседенья Закрался уже и в мои волоса.

   Цветы по садам доцветают в долине, И в зелени тополь ещё под окном, Но вот и предвестье зимы и унынья — Гора в покрывале своём снеговом. И в сердце моем ещё полдень весенний, И лета горячего жар и краса, Но иней безвременного поседенья Закрался уже и в мои волоса.
10. «

    Осень вновь, опять, чаруя, Красит мне моё житье. Не пойму, за что люблю я, Но люблю, люблю её.

    Осень вновь, опять, чаруя, Красит мне моё житье. Не пойму, за что люблю я, Но люблю, люблю её.
11. «

    Цветы больны, бедняжки, И мучит их тоска, Им жить осталось мало — Уже зима близка.

    Цветы больны, бедняжки, И мучит их тоска, Им жить осталось мало — Уже зима близка.
12. «

    О, сколько на земле мерзавцев! Клянусь: когда бы сволочь вся В дождя бы капли превратилась — Дней сорок бы ненастье длилось, Потоп бы новый начался!

    О, сколько на земле мерзавцев! Клянусь: когда бы сволочь вся В дождя бы капли превратилась — Дней сорок бы ненастье длилось, Потоп бы новый начался!
13. «

    Милая, ты написала Мне прекрасное письмо. Это след ума немалый, Прямодушие само.

    Милая, ты написала Мне прекрасное письмо. Это след ума немалый, Прямодушие само.
14. «

    Облака любви и страсти — В громе, молниях и ливне. Тучи дружбы — дней ненастья Бесконечных заунывней. Если ж, к радости природы, Солнца луч на миг блеснет, Вновь обложит непогода Облаками небосвод.

    Облака любви и страсти — В громе, молниях и ливне. Тучи дружбы — дней ненастья Бесконечных заунывней. Если ж, к радости природы, Солнца луч на миг блеснет, Вновь обложит непогода Облаками небосвод.
15. «

    Но почему же всех мерзавцев Не можем мы предать петле? Быть может, потому лишь только, Что не найдется сучьев столько Для виселиц на всей земле!

    Но почему же всех мерзавцев Не можем мы предать петле? Быть может, потому лишь только, Что не найдется сучьев столько Для виселиц на всей земле!
16. «

    Завывает ветер осени сырой На горе и в поле, в поле под горой. По душе мне осень, я люблю, когда Умирает лето, веют холода.

    Завывает ветер осени сырой На горе и в поле, в поле под горой. По душе мне осень, я люблю, когда Умирает лето, веют холода.
17. «

    Куда девалось радуги сверканье, Рой мотыльков и кашка на поляне? Где шум ручья, и щебетанье птичье, И все сокровища весны и лета? Все это стало памяти добычей, Добычею могилы стало это. Белеют пятна снега на пригорках. Зимой земля — как нищенка в опорках.

    Куда девалось радуги сверканье, Рой мотыльков и кашка на поляне? Где шум ручья, и щебетанье птичье, И все сокровища весны и лета? Все это стало памяти добычей, Добычею могилы стало это. Белеют пятна снега на пригорках. Зимой земля — как нищенка в опорках.
18. «

    Рождались годы, время шло вперед, И так же умирал за годом год. В телеге переменчивых удач Я целый свет успел объехать вскачь.

    Рождались годы, время шло вперед, И так же умирал за годом год. В телеге переменчивых удач Я целый свет успел объехать вскачь.
19. «

    Деревом хотел бы стать я, но вдвойне Мне бы стать хотелось чащею в огне! Я лесным пожаром целый мир бы сжег, Чтобы досаждать мне больше он не мог.

    Деревом хотел бы стать я, но вдвойне Мне бы стать хотелось чащею в огне! Я лесным пожаром целый мир бы сжег, Чтобы досаждать мне больше он не мог.
20. «

    Одно меня тревожит: неужели Среди подушек я умру в постели; Увяну тихо, как цветок, точимый Какой-то тлею, еле различимой; Истаю, как свеча средь комнаты пустой... Нет, господи, хочу кончины не такой! Пусть буду я как дуб, а смерть — как молний пламя; Пусть буря налетит и вывернет с корнями; Пусть буду, как утес, низвергнут я с высот Грозой, которая все в мире потрясет, От недр земных до небосвода!

    Одно меня тревожит: неужели Среди подушек я умру в постели; Увяну тихо, как цветок, точимый Какой-то тлею, еле различимой; Истаю, как свеча средь комнаты пустой... Нет, господи, хочу кончины не такой! Пусть буду я как дуб, а смерть — как молний пламя; Пусть буря налетит и вывернет с корнями; Пусть буду, как утес, низвергнут я с высот Грозой, которая все в мире потрясет, От недр земных до небосвода!