Симона де Бовуар: 117 цитат на каждый день

Симона де Бовуар — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 117 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Ей будет больно, но её выручит гордость.

   Ей будет больно, но её выручит гордость.

   — Прелестные картинки · книга
2. «

   … и речи нет, чтобы один пол дал поглотить себя другому; ни мужчина, ни женщина не должны восприниматься как обломки пары; пол – не рана; каждый из двоих – полноценное существо, должным образом поляризованное; когда один уверен в своей мужественности, другая – в своей женственности, «каждому удаётся в полной мере ощутить силу полового тока»; в половом акте никто из партнёров не завоёвывает другого и не сдаётся ему – это чудесная реализация одного из них при помощи другого.

   … и речи нет, чтобы один пол дал поглотить себя другому; ни мужчина, ни женщина не должны восприниматься как обломки пары; пол – не рана; каждый из двоих – полноценное существо, должным образом поляризованное; когда один уверен в своей мужественности, другая – в своей женственности, «каждому удаётся в полной мере ощутить силу полового тока»; в половом акте никто из партнёров не завоёвывает другого и не сдаётся ему – это чудесная реализация одного из них при помощи другого.

   — Второй пол · книга
3. «

   Любая влюбленная узнает себя в Русалочке Андерсена, которая из-за любви сменила свой рыбий хвост на женские ножки, хотя ступала при этом словно по ножам и иголкам.

   Любая влюбленная узнает себя в Русалочке Андерсена, которая из-за любви сменила свой рыбий хвост на женские ножки, хотя ступала при этом словно по ножам и иголкам.
4. «

   — Но слова остывают у меня в горле, желания — в сердце, а жест — на кончиках пальцев.

   — Но слова остывают у меня в горле, желания — в сердце, а жест — на кончиках пальцев.

   — Фоска · книга
5. «

   Несешь в одиночку эту хрупкую конструкцию, собственную жизнь, а угрозам нет числа.

   Несешь в одиночку эту хрупкую конструкцию, собственную жизнь, а угрозам нет числа.

   — Прелестные картинки · книга
6. «

   Заставить мужчину жениться — это искусство, а удержать мужа — работа.

   Заставить мужчину жениться — это искусство, а удержать мужа — работа.
7. «

   Странный парадокс заключается в том, что чувственный мир, окружающий мужчину, состоит из мягкости, нежности, приветливости, — словом, он живет в женском мире, тогда как женщина бьется в суровом и жестком мире мужчины.

   Странный парадокс заключается в том, что чувственный мир, окружающий мужчину, состоит из мягкости, нежности, приветливости, — словом, он живет в женском мире, тогда как женщина бьется в суровом и жестком мире мужчины.
8. «

   Психоаналитики определяют мужчину как человеческое существо, а женщину — как самку; каждый раз, когда женщина поступает как человеческое существо, они говорят, что она подражает мужчине.

   Психоаналитики определяют мужчину как человеческое существо, а женщину — как самку; каждый раз, когда женщина поступает как человеческое существо, они говорят, что она подражает мужчине.
9. «

   Великий человек вырывается из массы и отдаётся на волю обстоятельств − женская масса живёт в стороне от истории, а обстоятельства для каждой из них − это препятствие, а не трамплин. Чтобы изменить образ мира, нужно прежде накрепко в него врасти; но женщины, накрепко укоренившиеся в обществе, − это как раз те, которые этому обществу покорны. Если только речь не идёт о божественном предназначении − а в этом случае женщины ни в чём не уступают мужчинам, − честолюбивая женщина, героиня выглядят диковинными существами. Лишь когда женщины начинают чувствовать себя на этой земле как дома, появляются такие личности, как Роза Люксембург и г-жа Кюри. Они с блеском продемонстрировали, что не неполноценность женщины определила её ничтожную роль в истории, а ничтожная роль в истории обрекла её на неполноценность.

   Великий человек вырывается из массы и отдаётся на волю обстоятельств − женская масса живёт в стороне от истории, а обстоятельства для каждой из них − это препятствие, а не трамплин. Чтобы изменить образ мира, нужно прежде накрепко в него врасти; но женщины, накрепко укоренившиеся в обществе, − это как раз те, которые этому обществу покорны. Если только речь не идёт о божественном предназначении − а в этом случае женщины ни в чём не уступают мужчинам, − честолюбивая женщина, героиня выглядят диковинными существами. Лишь когда женщины начинают чувствовать себя на этой земле как дома, появляются такие личности, как Роза Люксембург и г-жа Кюри. Они с блеском продемонстрировали, что не неполноценность женщины определила её ничтожную роль в истории, а ничтожная роль в истории обрекла её на неполноценность.

   — Второй пол · книга
10. «

    Мужчины охотно преувеличивают это влияние, когда хотят убедить женщину в её превосходстве; но на самом деле женские голоса смолкают, как только начинается конкретное действие; женщины могли спровоцировать начало войны, но не могли подсказать тактику ведения боя; на политику они влияли лишь постольку, поскольку политика сводилась к интригам, − истинные же бразды правления миром никогда не были в женских руках; женщины не оказывали никакого воздействия на технику и экономику, не создавали и не разрушали государств, не открывали государств, не открывали новых миров. Многие события свершились из-за них, но они были прежде всего предлогом, а не действующими лицами.

    Мужчины охотно преувеличивают это влияние, когда хотят убедить женщину в её превосходстве; но на самом деле женские голоса смолкают, как только начинается конкретное действие; женщины могли спровоцировать начало войны, но не могли подсказать тактику ведения боя; на политику они влияли лишь постольку, поскольку политика сводилась к интригам, − истинные же бразды правления миром никогда не были в женских руках; женщины не оказывали никакого воздействия на технику и экономику, не создавали и не разрушали государств, не открывали государств, не открывали новых миров. Многие события свершились из-за них, но они были прежде всего предлогом, а не действующими лицами.

    — Второй пол · книга
11. «

    Женщина – как секретный агент, которого уничтожают, если он провалился, и осыпают наградами в случае успеха; она выносит на своих плечах все следствия мужской безнравственности, аморальности: не только проститутка, любая женщина служит отхожим местом в этом сияющем начищенном дворце, где живут честные люди – мужчины. И когда женщине говорят о достоинстве, чести, порядочности и других высоких мужских добродетелях, нужно ли удивляться, что она отказывается это “проглотить”.

    Женщина – как секретный агент, которого уничтожают, если он провалился, и осыпают наградами в случае успеха; она выносит на своих плечах все следствия мужской безнравственности, аморальности: не только проститутка, любая женщина служит отхожим местом в этом сияющем начищенном дворце, где живут честные люди – мужчины. И когда женщине говорят о достоинстве, чести, порядочности и других высоких мужских добродетелях, нужно ли удивляться, что она отказывается это “проглотить”.

    — Второй пол · книга
12. «

    — Почему вы считаете, что дело, которому ты служишь, важнее собственной судьбы? На миг задумавшись, он сказал: — Я не отделяю одного от другого. — Да, — кивнул я.

    — Почему вы считаете, что дело, которому ты служишь, важнее собственной судьбы? На миг задумавшись, он сказал: — Я не отделяю одного от другого. — Да, — кивнул я.

    — Фоска · книга
13. «

    Я повернулся к ней: — Не беспокойтесь обо мне. — Я беспокоюсь обо всем и обо всех, так уж я устроена.

    Я повернулся к ней: — Не беспокойтесь обо мне. — Я беспокоюсь обо всем и обо всех, так уж я устроена.

    — Фоска · книга
14. «

    Почему женщина, лишенная предрассудков, должна спать со всеми подряд?

    Почему женщина, лишенная предрассудков, должна спать со всеми подряд?

    — Анна (Anna) · книга
15. «

    На Земле мужчины отстаивают законы, разум, необходимость; женщина же знает об изначальной случайности самого мужчины и той необходимости, в которую он верит; отсюда и таинственная ирония, цветущая на ее губах, и ее гибкое великодушие.

    На Земле мужчины отстаивают законы, разум, необходимость; женщина же знает об изначальной случайности самого мужчины и той необходимости, в которую он верит; отсюда и таинственная ирония, цветущая на ее губах, и ее гибкое великодушие.

    — Второй пол · книга
16. «

    Современной женщине, женщине свободной, преуспевающей — на хрен оно сдалось — сердце.

    Современной женщине, женщине свободной, преуспевающей — на хрен оно сдалось — сердце.

    — Прелестные картинки · книга
17. «

    А бывает такая пустота, такой вакуум, от которого кровь леднеет, который хуже смерти, хотя ты предпочитаешь его, раз не кончаешь с собой: я столкнулась с этим пять лет тому назад и по сей день испытываю ужас. Раз люди кончают самоубийством... значит, существует нечто, что хуже смерти. Поэтому-то и пробирает до костей, когда читаешь о самоубийстве: страшен не тощий труп, болтающийся на оконной решетке, а то, что происходило в сердце за мгновение до этого.

    А бывает такая пустота, такой вакуум, от которого кровь леднеет, который хуже смерти, хотя ты предпочитаешь его, раз не кончаешь с собой: я столкнулась с этим пять лет тому назад и по сей день испытываю ужас. Раз люди кончают самоубийством... значит, существует нечто, что хуже смерти. Поэтому-то и пробирает до костей, когда читаешь о самоубийстве: страшен не тощий труп, болтающийся на оконной решетке, а то, что происходило в сердце за мгновение до этого.

    — Прелестные картинки · книга
18. «

    Индивид, воспринимающий себя в качестве субъекта, наделённого способностью к автономии и трансцендентности, видящий в себе некий абсолют, переживает нелёгкий момент, обнаруживая, что его уделом, предопределённым судьбой, является подчинённое положение. Для того, кто осознал свою неповторимость, мучительно обнаружить в себе качества Другого. Именно это происходит с девочкой, когда она, познавая мир, начинает осознавать себя женщиной. Предназначенная ей жизненная сфера — замкнута, ограничена, подавлена миром мужчин. Куда бы она ни кинула взор, она повсюду видит барьеры, ограничивающие её возможности.

    Индивид, воспринимающий себя в качестве субъекта, наделённого способностью к автономии и трансцендентности, видящий в себе некий абсолют, переживает нелёгкий момент, обнаруживая, что его уделом, предопределённым судьбой, является подчинённое положение. Для того, кто осознал свою неповторимость, мучительно обнаружить в себе качества Другого. Именно это происходит с девочкой, когда она, познавая мир, начинает осознавать себя женщиной. Предназначенная ей жизненная сфера — замкнута, ограничена, подавлена миром мужчин. Куда бы она ни кинула взор, она повсюду видит барьеры, ограничивающие её возможности.

    — Второй пол · книга
19. «

    На самом же деле, жизнь любого человека является одновременно и открытой к миру и замкнутой; преодолевая свою замкнутость, он должен сохраняться как личность; обращаясь к будущему, не должен терять связи с прошлым, общение с другими должно служить его самоутверждению. Эти две стороны жизни присутствуют в любом её проявлении.

    На самом же деле, жизнь любого человека является одновременно и открытой к миру и замкнутой; преодолевая свою замкнутость, он должен сохраняться как личность; обращаясь к будущему, не должен терять связи с прошлым, общение с другими должно служить его самоутверждению. Эти две стороны жизни присутствуют в любом её проявлении.

    — Второй пол · книга
20. «

    Свободным человек может стать только через свободу других людей.

    Свободным человек может стать только через свободу других людей.