27 афоризмов Скотта Вестерфельда

Подборка из 27 цитат Скотта Вестерфельда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жизнь всегда ненасытна.

   Жизнь всегда ненасытна.

   — Инферно: Армия ночи · книга
2. «

   Что бы это ни было, я не собираюсь это есть. Пометка для Кэла : я не ем то, что прилипает к подошвам моих туфель.

   Что бы это ни было, я не собираюсь это есть. Пометка для Кэла : я не ем то, что прилипает к подошвам моих туфель.

   — Ласи · книга
3. «

   Летать — это тебе не в потолок плевать.

   Летать — это тебе не в потолок плевать.

   — Полуночники-2 · книга
4. «

   Итак, ответ таков: одежду изобрели после того, как мы утратили свои телесные волосы. И не сразу — наши предки больше миллиона лет резвились безволосыми и обнаженными.

   Итак, ответ таков: одежду изобрели после того, как мы утратили свои телесные волосы. И не сразу — наши предки больше миллиона лет резвились безволосыми и обнаженными.

   — Инферно · книга
5. «

   Не так уж сильно надо напрягаться, чтобы заставить кого-то поверить, что он лучше всех остальных.

   Не так уж сильно надо напрягаться, чтобы заставить кого-то поверить, что он лучше всех остальных.

   — Особенная · книга
6. «

   Я не хочу причинять тебе боль, но сделаю это, если придется.

   Я не хочу причинять тебе боль, но сделаю это, если придется.

   — Телли Янгблад · книга
7. «

   Девяносто процентов населения планеты живут с промытыми мозгами, и только считанные люди во всем мире знают, в чем заключается эта промывка

   Девяносто процентов населения планеты живут с промытыми мозгами, и только считанные люди во всем мире знают, в чем заключается эта промывка

   — Уродина · книга
8. «

   Иногда мы должны отпустить тех, кто нам дорог.

   Иногда мы должны отпустить тех, кто нам дорог.

   — Особенная · книга
9. «

   Свобода имеет обыкновение разрушать.

   Свобода имеет обыкновение разрушать.

   — Особенная · книга
10. «

    Она часто вспоминала фразу, прочитанную когда-то на стене в душевой: «То, что нас не убивает, делает нас сильнее». И теперь, видя капельки пота, выступившие на верхней губе Рекса, она понимала, что он совершает ту же самую ошибку, что и девица, написавшая те слова на стене. Далеко не всё сделает тебя сильнее. Можно выжить, но остаться калекой и до конца жизни дрожать от страха. Иногда куда лучше просто сбежать, удрать, смыться. Или, по крайней мере, попросить о помощи.

    Она часто вспоминала фразу, прочитанную когда-то на стене в душевой: «То, что нас не убивает, делает нас сильнее». И теперь, видя капельки пота, выступившие на верхней губе Рекса, она понимала, что он совершает ту же самую ошибку, что и девица, написавшая те слова на стене. Далеко не всё сделает тебя сильнее. Можно выжить, но остаться калекой и до конца жизни дрожать от страха. Иногда куда лучше просто сбежать, удрать, смыться. Или, по крайней мере, попросить о помощи.

    — Мелисса · книга
11. «

    Миру было нужно больше фейерверков — особенно теперь, когда красивых и бесполезных вещей останется так мало.

    Миру было нужно больше фейерверков — особенно теперь, когда красивых и бесполезных вещей останется так мало.

    — Особенная · книга
12. «

    Потом до меня дошло кое-что еще: я доверил величайшую тайну своей жизни девушке, фамилии которой даже не знал.

    Потом до меня дошло кое-что еще: я доверил величайшую тайну своей жизни девушке, фамилии которой даже не знал.

    — Кэл (Cal). · книга
13. «

    Если ваш гамбургер красным истекает, Верните его — в нем черви процветают.

    Если ваш гамбургер красным истекает, Верните его — в нем черви процветают.

    — Инферно: Армия ночи · книга
14. «

    Дикая это была кошка или нет, но уж чокнутая — это явно.

    Дикая это была кошка или нет, но уж чокнутая — это явно.

    — Тайный час · книга
15. «

    Я не хочу на всю жизнь оставаться уродкой. Я хочу, чтобы у меня были большие глаза и пухлые губы, хочу чтобы все на меня смотрели и ахали. Чтобы все, кто меня увидит, сразу думали: «Кто это такая?», чтобы всем хотелось со мной познакомиться и послушать, что я скажу.

    Я не хочу на всю жизнь оставаться уродкой. Я хочу, чтобы у меня были большие глаза и пухлые губы, хочу чтобы все на меня смотрели и ахали. Чтобы все, кто меня увидит, сразу думали: «Кто это такая?», чтобы всем хотелось со мной познакомиться и послушать, что я скажу.

    — Тэлли · книга
16. «

    Знай: едва ты родился, как у тебя появились враги.

    Знай: едва ты родился, как у тебя появились враги.

    — Франц Фердинанд · книга
17. «

    Я терпеть не могу начало учебного года. Слишком много мелодрам, и все на полной громкости.

    Я терпеть не могу начало учебного года. Слишком много мелодрам, и все на полной громкости.

    — Тайный час · книга
18. «

    Как человек, специализирующийся на биологии, я считал, что свобода воли — это скорее некие биохимические процессы в мозгу. Молекулы, сталкивающиеся друг с другом таким способом, который создает ощущение возможности выбора, хотя на самом деле это просто пляска крошечных шестеренок — нейроны и гормоны, сцепляющиеся, как в часовом механизме, и в итоге выдающие решения. Это не вы используете свое тело — оно использует вас.

    Как человек, специализирующийся на биологии, я считал, что свобода воли — это скорее некие биохимические процессы в мозгу. Молекулы, сталкивающиеся друг с другом таким способом, который создает ощущение возможности выбора, хотя на самом деле это просто пляска крошечных шестеренок — нейроны и гормоны, сцепляющиеся, как в часовом механизме, и в итоге выдающие решения. Это не вы используете свое тело — оно использует вас.

    — Инферно: Армия ночи · книга
19. «

    Всё бывает слишком поздно — кроме правды.

    Всё бывает слишком поздно — кроме правды.

    — Особенная · книга
20. «

    Дверь хлопнула. Ласи ушла. Я смотрел ей вслед, эхо всё ещё звенело в моих ушах. В воздухе всё ещё ощущались аромат жасмина и запах её гнева, следы её телесного сала и пота всё ещё оставались на моих пальцах. Она ушла так внезапно, что понадобилось время, чтобы осознать этот факт.

    Дверь хлопнула. Ласи ушла. Я смотрел ей вслед, эхо всё ещё звенело в моих ушах. В воздухе всё ещё ощущались аромат жасмина и запах её гнева, следы её телесного сала и пота всё ещё оставались на моих пальцах. Она ушла так внезапно, что понадобилось время, чтобы осознать этот факт.

    — Кэл (Cal). · книга