50 цитат Скотта Вестерфельда: от иронии до философии

Подборка из 50 цитат Скотта Вестерфельда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жуткая вещь — переезд. Не знаешь, где найдешь, где потеряешь.

   Жуткая вещь — переезд. Не знаешь, где найдешь, где потеряешь.

   — Тайный час · книга
2. «

   Центр города напоминал раздувшийся пузырь, пульсирующий то в медленном, то в ускоренном ритме снов и присыпанный редкими ночными кошмарами, будто не растворившиеся крупинки соли.

   Центр города напоминал раздувшийся пузырь, пульсирующий то в медленном, то в ускоренном ритме снов и присыпанный редкими ночными кошмарами, будто не растворившиеся крупинки соли.

   — Полуночники · книга
3. «

   Все необычное волнует людей не больше недели, потом их внимание притупляется и подозрительность оборачивается шутками.

   Все необычное волнует людей не больше недели, потом их внимание притупляется и подозрительность оборачивается шутками.

   — Инферно: Армия ночи · книга
4. «

   С огромным облегчением она швырнула на пол сумку с учебниками, которая в течение дня становилась все тяжелее и толстела, будто работник-новичок в компании «Баскин Робинс».

   С огромным облегчением она швырнула на пол сумку с учебниками, которая в течение дня становилась все тяжелее и толстела, будто работник-новичок в компании «Баскин Робинс».

   — Тайный час · книга
5. «

   ...любовь и ненависть не так уж далеки друг от друга.

   ...любовь и ненависть не так уж далеки друг от друга.

   — Инферно: Армия ночи · книга
6. «

   Я ненавижу тебя иногда, Тэлли. Так ненавижу, как никого и никогда. — Шэй фыркнула. — Может быть, поэтому я к тебе все время возвращаюсь.

   Я ненавижу тебя иногда, Тэлли. Так ненавижу, как никого и никогда. — Шэй фыркнула. — Может быть, поэтому я к тебе все время возвращаюсь.

   — Особенная · книга
7. «

   Как человек, специализирующийся на биологии, я считал, что свобода воли — это скорее некие биохимические процессы в мозгу. Молекулы, сталкивающиеся друг с другом таким способом, который создает ощущение возможности выбора, хотя на самом деле это просто пляска крошечных шестеренок — нейроны и гормоны, сцепляющиеся, как в часовом механизме, и в итоге выдающие решения. Это не вы используете свое тело — оно использует вас.

   Как человек, специализирующийся на биологии, я считал, что свобода воли — это скорее некие биохимические процессы в мозгу. Молекулы, сталкивающиеся друг с другом таким способом, который создает ощущение возможности выбора, хотя на самом деле это просто пляска крошечных шестеренок — нейроны и гормоны, сцепляющиеся, как в часовом механизме, и в итоге выдающие решения. Это не вы используете свое тело — оно использует вас.

   — Инферно: Армия ночи · книга
8. «

   Летать — это тебе не в потолок плевать.

   Летать — это тебе не в потолок плевать.

   — Полуночники-2 · книга
9. «

   Само место рождения уже программирует нас на всю жизнь, общество закладывает убеждения, которые ограничивают наше мышления. Но не пытаться выйти за эти рамки — это всё равно что жить в резервации и поклоняться компании фальшивых богов.

   Само место рождения уже программирует нас на всю жизнь, общество закладывает убеждения, которые ограничивают наше мышления. Но не пытаться выйти за эти рамки — это всё равно что жить в резервации и поклоняться компании фальшивых богов.

   — Красавица · книга
10. «

    Жизнь всегда ненасытна.

    Жизнь всегда ненасытна.

    — Инферно: Армия ночи · книга
11. «

    Быть птичкой — это, наверное, тоже нелегкий труд. Ты представь только: целый день крылышками махать!

    Быть птичкой — это, наверное, тоже нелегкий труд. Ты представь только: целый день крылышками махать!

    — Уродина · книга
12. «

    Зейн подвинулся ближе к Телли, протянул руку и нежно дотронулся кончиками пальцев до ссадины на лбу, покрытой заживляющим спреем. Широко раскрыв золотые глаза, он проговорил: — Я так рад, что ты вернулась. Телли улыбнулась и провела рукой по тыльной стороне его ладони. — Я тоже. Пальца Зейна скользнули в её волосы, он бережно притянул её к себе. Телли закрыла глаза. Его губы прижались к её губам, она прикоснулась рукой к гладкой, безупречной коже его щеки... Сердце Телли снова забилось учащенно. Она разжала губы, а её мысли отчаянно метались. Мир вокруг снова закружился, только теперь это было здорово, и вовсе не хотелось, чтобы он остановился...

    Зейн подвинулся ближе к Телли, протянул руку и нежно дотронулся кончиками пальцев до ссадины на лбу, покрытой заживляющим спреем. Широко раскрыв золотые глаза, он проговорил: — Я так рад, что ты вернулась. Телли улыбнулась и провела рукой по тыльной стороне его ладони. — Я тоже. Пальца Зейна скользнули в её волосы, он бережно притянул её к себе. Телли закрыла глаза. Его губы прижались к её губам, она прикоснулась рукой к гладкой, безупречной коже его щеки... Сердце Телли снова забилось учащенно. Она разжала губы, а её мысли отчаянно метались. Мир вокруг снова закружился, только теперь это было здорово, и вовсе не хотелось, чтобы он остановился...

    — Зейн · книга
13. «

    Шэй просто знала, что она — особенная, поэтому и была особенной. Все остальные служили для нее обоями на стенах, размытым фоном бессмысленной болтовни — до тех пор, пока Шэй не озаряла их своим особым, личным фонариком.

    Шэй просто знала, что она — особенная, поэтому и была особенной. Все остальные служили для нее обоями на стенах, размытым фоном бессмысленной болтовни — до тех пор, пока Шэй не озаряла их своим особым, личным фонариком.

    — Особенная · книга
14. «

    Злость, страх, волнение никого не красят.

    Злость, страх, волнение никого не красят.

    — Красавица · книга
15. «

    Хотя бы природа не нуждалась в операции для того, чтобы быть красивой. Природа просто была красивой, и все.

    Хотя бы природа не нуждалась в операции для того, чтобы быть красивой. Природа просто была красивой, и все.

    — Уродина · книга
16. «

    Мне понадобилось мгновение, чтобы понять: в те дни, когда я ещё не желал всех женщин без разбора и в любое время суток, она была бы только моей.

    Мне понадобилось мгновение, чтобы понять: в те дни, когда я ещё не желал всех женщин без разбора и в любое время суток, она была бы только моей.

    — Инферно · книга
17. «

    Итак, ответ таков: одежду изобрели после того, как мы утратили свои телесные волосы. И не сразу — наши предки больше миллиона лет резвились безволосыми и обнаженными.

    Итак, ответ таков: одежду изобрели после того, как мы утратили свои телесные волосы. И не сразу — наши предки больше миллиона лет резвились безволосыми и обнаженными.

    — Инферно · книга
18. «

    Для большинства людей наука — пустой звук. Они не верят в эволюцию, потому что эта мысль заставляет их чувствовать себя некомфортно.

    Для большинства людей наука — пустой звук. Они не верят в эволюцию, потому что эта мысль заставляет их чувствовать себя некомфортно.

    — Инферно: Армия ночи · книга
19. «

    Знай: едва ты родился, как у тебя появились враги.

    Знай: едва ты родился, как у тебя появились враги.

    — Франц Фердинанд · книга
20. «

    Большие города — они как эти камни. Могут казаться прочными на вид, но стоит их расшевелить, и они обрушатся.

    Большие города — они как эти камни. Могут казаться прочными на вид, но стоит их расшевелить, и они обрушатся.

    — Уродина · книга