487 мудрых мыслей Стефани Майера

Ниже 487 цитат Стефани Майера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Время проходит. Даже когда это кажется невозможным. Даже когда каждое тиканье часов больно отдается, подобно пульсу крови в месте ушиба. Это проходит неравномерно, в странных кренах и тянущихся затишьях, но, проходя, делает своё дело.

   Время проходит. Даже когда это кажется невозможным. Даже когда каждое тиканье часов больно отдается, подобно пульсу крови в месте ушиба. Это проходит неравномерно, в странных кренах и тянущихся затишьях, но, проходя, делает своё дело.

   — Белла Свон · книга
2. «

   Сумерки. Самое лучшее время суток и самое спокойное. Хотя и самое грустное, потому что означает конец дня и приближение ночи.

   Сумерки. Самое лучшее время суток и самое спокойное. Хотя и самое грустное, потому что означает конец дня и приближение ночи.

   — Эдвард Каллен · книга
3. «

   И, кстати, я обожаю тебя... своей устрашающей, опасной любовью!

   И, кстати, я обожаю тебя... своей устрашающей, опасной любовью!

   — Эдвард Каллен · книга
4. «

   В ее нынешней жизни убийство становилось очередным шагом к победе. Пусть и не в самой войне, а в небольших сражениях, но это был успех. Чье-то сердце перестанет биться, а ее собственное — продолжит. Кто-то подберется к ней и вместо жертвы встретится с хищником. С коричневым пауком-отшельником, невидимым за тонкими нитями ловушки. Это они сделали ее такой. Крис гадала, гордятся ли они своим достижением или же только сожалеют, что не успели вовремя прихлопнуть.

   В ее нынешней жизни убийство становилось очередным шагом к победе. Пусть и не в самой войне, а в небольших сражениях, но это был успех. Чье-то сердце перестанет биться, а ее собственное — продолжит. Кто-то подберется к ней и вместо жертвы встретится с хищником. С коричневым пауком-отшельником, невидимым за тонкими нитями ловушки. Это они сделали ее такой. Крис гадала, гордятся ли они своим достижением или же только сожалеют, что не успели вовремя прихлопнуть.

   — Химик · книга
5. «

   .... К тому же у нас кончается рыба. Осталось года на два, не больше!

   .... К тому же у нас кончается рыба. Осталось года на два, не больше!

   — Белла Свон · книга
6. «

   Когда у тебя есть вечность, ты можешь просмотреть каждую соломинку в стоге сена, одну за другой, пока не найдешь иголку.

   Когда у тебя есть вечность, ты можешь просмотреть каждую соломинку в стоге сена, одну за другой, пока не найдешь иголку.

   — Джейкоб Блэк · книга
7. «

   — Ты знаешь, почему мне пришлось сказать нет, — прошептал он. – Ты знаешь, что я тоже хочу тебя. — Хочешь? – с сомнением прошептала я. — Конечно, хочу! Ты глупая, красивая, гиперчувствительная девчонка. – Он рассмеялся, и затем тихо добавил:– Кто же тебя не хочет? — Как будто позади меня выстроилась очередь из соперников, дерущихся за место, только и ждущих, когда я совершу ошибку и предоставлю им шанс … — Ты слишком желанна.

   — Ты знаешь, почему мне пришлось сказать нет, — прошептал он. – Ты знаешь, что я тоже хочу тебя. — Хочешь? – с сомнением прошептала я. — Конечно, хочу! Ты глупая, красивая, гиперчувствительная девчонка. – Он рассмеялся, и затем тихо добавил:– Кто же тебя не хочет? — Как будто позади меня выстроилась очередь из соперников, дерущихся за место, только и ждущих, когда я совершу ошибку и предоставлю им шанс … — Ты слишком желанна.

   — Затмение · книга
8. «

   Многие люди испытывают противоречивые чувства. Несмотря на то, что они не хотят выделяться из толпы, они в то же время жаждут для себя всеобщего внимания.

   Многие люди испытывают противоречивые чувства. Несмотря на то, что они не хотят выделяться из толпы, они в то же время жаждут для себя всеобщего внимания.

   — Белла Свон · книга
9. «

   Разве главное в любви — безопасность?

   Разве главное в любви — безопасность?

   — Ад земной · книга
10. «

    Эдвард любил меня. Связь, существующая между нами, не могла быть разорвана его отсутствием, расстоянием, или временем. И независимо от того насколько отличный, или красивый, или потрясающий, или совершенный, больше чем я, он был – он был связан со мной, так же, как я с ним. Я всегда принадлежала ему, а он – мне.

    Эдвард любил меня. Связь, существующая между нами, не могла быть разорвана его отсутствием, расстоянием, или временем. И независимо от того насколько отличный, или красивый, или потрясающий, или совершенный, больше чем я, он был – он был связан со мной, так же, как я с ним. Я всегда принадлежала ему, а он – мне.

    — Белла Свон · книга
11. «

    Чикаго. Город, подобно птице Феникс, восставший из пепла после Великого пожара в 1871. Город первого в мире небоскреба. Город возможностей. Город денег и крови. Город, где я родился и умер.

    Чикаго. Город, подобно птице Феникс, восставший из пепла после Великого пожара в 1871. Город первого в мире небоскреба. Город возможностей. Город денег и крови. Город, где я родился и умер.

    — Эдвард Каллен · книга
12. «

    «Идеально», — прошептала я одними губами. Эти три трупа не всплывут никогда, в новостях о них не сообщат.

    «Идеально», — прошептала я одними губами. Эти три трупа не всплывут никогда, в новостях о них не сообщат.

    — Недолгая вторая жизнь Бри Таннер · книга
13. «

    — Ты ведь подождешь? Будешь со мной дружить, несмотря на то, что Элис я тоже люблю? — Люби, кого хочешь, — прохрипел он, — я всегда буду твоим другом.

    — Ты ведь подождешь? Будешь со мной дружить, несмотря на то, что Элис я тоже люблю? — Люби, кого хочешь, — прохрипел он, — я всегда буду твоим другом.

    — Белла Свон · книга
14. «

    — Очень смешно! Особенно если учесть, что я дочь полицейского и воспитана на уважении к законам! К тому же, если твой «Вольво» разобьётся в лепешку, ты просто встанешь и пойдёшь дальше. — Очень может быть, — усмехнувшись, ответил он. — Но ты-то так не можешь, поэтому в лепешку лучше не расшибаться, — тяжело вздохнул Эдвард, и стрелка спидометра поползла вниз.

    — Очень смешно! Особенно если учесть, что я дочь полицейского и воспитана на уважении к законам! К тому же, если твой «Вольво» разобьётся в лепешку, ты просто встанешь и пойдёшь дальше. — Очень может быть, — усмехнувшись, ответил он. — Но ты-то так не можешь, поэтому в лепешку лучше не расшибаться, — тяжело вздохнул Эдвард, и стрелка спидометра поползла вниз.

    — Эдвард Каллен · книга
15. «

    Ромео был одним из моих любимых вымышленных героев. До тех пор, пока я не встретила Эдварда.

    Ромео был одним из моих любимых вымышленных героев. До тех пор, пока я не встретила Эдварда.

    — Белла Свон · книга
16. «

    Но никто из нас никогда не был преисполнен таким отчаянием ради пути назад, как сейчас я.

    Но никто из нас никогда не был преисполнен таким отчаянием ради пути назад, как сейчас я.

    — Эдвард Каллен · книга
17. «

    Я, Душа по имени Странница, люблю тебя, человек Иен. И буду любить всегда, в любом обличье: Дельфином, Медведем, Цветком, неважно…

    Я, Душа по имени Странница, люблю тебя, человек Иен. И буду любить всегда, в любом обличье: Дельфином, Медведем, Цветком, неважно…

    — Странница Анни · книга
18. «

    — Мне, правда, очень жаль, что так вышло с твоей рукой, — сказал Джейкоб, у него получилось почти искренне. – В следующий раз, если захочешь меня ударить, возьми бейсбольную биту или лом, хорошо? — Не думай, что я забуду, — пробормотала я.

    — Мне, правда, очень жаль, что так вышло с твоей рукой, — сказал Джейкоб, у него получилось почти искренне. – В следующий раз, если захочешь меня ударить, возьми бейсбольную биту или лом, хорошо? — Не думай, что я забуду, — пробормотала я.

    — Белла Свон · книга
19. «

    Отдать свою жизнь за другого человека, а тем более любимого, вне всякого сомнения стоит.

    Отдать свою жизнь за другого человека, а тем более любимого, вне всякого сомнения стоит.

    — Белла Свон · книга
20. «

    Я мог манипулировать дюжиной хрустальных бокалов, не разбив ни одного из них; я мог трогать мыльный пузырь, не лопнув его. Я мог всё это, но только когда контролировал себя.

    Я мог манипулировать дюжиной хрустальных бокалов, не разбив ни одного из них; я мог трогать мыльный пузырь, не лопнув его. Я мог всё это, но только когда контролировал себя.

    — Эдвард Каллен · книга