425 цитат Стендаля

Стендаль — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 425 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Все идет потихоньку, все в провинции совершается мало-помалу и более естественно.

   Все идет потихоньку, все в провинции совершается мало-помалу и более естественно.

   — Красное и чёрное · книга
2. «

   Мужчину унижает долгая осада; женщину, наоборот, она покрывает славой.

   Мужчину унижает долгая осада; женщину, наоборот, она покрывает славой.

   — О любви · книга
3. «

   Ваша возлюбленная, сделавшись ближайшим вашим другом, дарит вам новые наслаждения, наслаждения старости. Этот цветок, который ранней весною был утренней розой, к вечеру превращается в восхитительный плод, когда сезон роз уже окончился.

   Ваша возлюбленная, сделавшись ближайшим вашим другом, дарит вам новые наслаждения, наслаждения старости. Этот цветок, который ранней весною был утренней розой, к вечеру превращается в восхитительный плод, когда сезон роз уже окончился.

   — О любви · книга
4. «

   Демократия неизбежно приводит к господству в литературе людей посредственных, рассудочных, ограниченных и в литературном отношении пошлых.

   Демократия неизбежно приводит к господству в литературе людей посредственных, рассудочных, ограниченных и в литературном отношении пошлых.

   — Люсьен Левен · книга
5. «

   Чимарозо, Гайдн и Моцарт только что сошли с мировой сцены. Их бессмертные творения, правда, все еще исполняются, но скоро их отложат в сторону: в моду войдут другие музыканты, и мы окончательно погрузимся во мрак посредственности.

   Чимарозо, Гайдн и Моцарт только что сошли с мировой сцены. Их бессмертные творения, правда, все еще исполняются, но скоро их отложат в сторону: в моду войдут другие музыканты, и мы окончательно погрузимся во мрак посредственности.

   — Жизнеописания Гайдна, Моцарта и Метастазио · книга
6. «

   От того я теперь мудр, что раньше был безумен.

   От того я теперь мудр, что раньше был безумен.

   — Красное и чёрное · книга
7. «

   Никакие доводы рассудка не в состоянии уничтожить могущественной власти целого десятилетия сладостных грез.

   Никакие доводы рассудка не в состоянии уничтожить могущественной власти целого десятилетия сладостных грез.

   — Красное и чёрное · книга
8. «

   Все гении, родившиеся женщинами, потеряны для счастья общества.

   Все гении, родившиеся женщинами, потеряны для счастья общества.
9. «

   Как француз я должен сказать, что не малое количество колоссальных состояний образует богатство страны, а множество средних состояний.

   Как француз я должен сказать, что не малое количество колоссальных состояний образует богатство страны, а множество средних состояний.

   — О любви · книга
10. «

    Природа говорит женщине: будь прекрасной, если можешь, добродетельной, если хочешь, но будь уважаемой, это необходимо!

    Природа говорит женщине: будь прекрасной, если можешь, добродетельной, если хочешь, но будь уважаемой, это необходимо!

    — Бомарше · книга
11. «

    В каждом великом художнике существуют два начала: душа, всегда требовательная, нежная, страстная, прихотливая, и талант, который хочет нравиться этой душе.

    В каждом великом художнике существуют два начала: душа, всегда требовательная, нежная, страстная, прихотливая, и талант, который хочет нравиться этой душе.

    — Жизнь Россини · книга
12. «

    Этот человек — герцог, миллионер, пэр Франции; не ему задаваться вопросом о том, согласуется ли его положение с добродетелью, всеобщим благом и другими прекрасными вещами. Его положение превосходно, значит, он должен всеми способами его поддерживать и улучшать; в противном случае он заслуживает всеобщего презрения как трус или дурак.

    Этот человек — герцог, миллионер, пэр Франции; не ему задаваться вопросом о том, согласуется ли его положение с добродетелью, всеобщим благом и другими прекрасными вещами. Его положение превосходно, значит, он должен всеми способами его поддерживать и улучшать; в противном случае он заслуживает всеобщего презрения как трус или дурак.

    — де Пюи Лоранс · книга
13. «

    Грубость и самое тупое равнодушие ко всему, что не имеет отношение к наживе, к чинам или крестам, слепая ненависть ко всякому неугодному им суждению — все это казалось ей столь же естественным у представителей сильного пола, как то, что они ходят в сапогах и фетровой шляпе.

    Грубость и самое тупое равнодушие ко всему, что не имеет отношение к наживе, к чинам или крестам, слепая ненависть ко всякому неугодному им суждению — все это казалось ей столь же естественным у представителей сильного пола, как то, что они ходят в сапогах и фетровой шляпе.

    — Красное и чёрное · книга
14. «

    Стремление к свободе, новые идеи и культ счастья для большинства, которые увлекали девятнадцатый век, являлись в его глазах модой, ересью, недолговечной, как и всякая ересь, и неизбежно должны были исчезнуть.

    Стремление к свободе, новые идеи и культ счастья для большинства, которые увлекали девятнадцатый век, являлись в его глазах модой, ересью, недолговечной, как и всякая ересь, и неизбежно должны были исчезнуть.

    — Пармская обитель · книга
15. «

    Куда бы ни забросило тебя провидение, товарищи твои всегда будут ненавидеть тебя, а если даже и будут притворяться друзьями, то только затем, чтобы вернее тебя погубить.

    Куда бы ни забросило тебя провидение, товарищи твои всегда будут ненавидеть тебя, а если даже и будут притворяться друзьями, то только затем, чтобы вернее тебя погубить.

    — аббат Пирар · книга
16. «

    Всякое правительство — зло, но зло, предохраняющее от еще большего.

    Всякое правительство — зло, но зло, предохраняющее от еще большего.

    — Люсьен Левен · книга
17. «

    Нельзя обмануть целый народ два раза подряд одним и тем же способом.

    Нельзя обмануть целый народ два раза подряд одним и тем же способом.

    — докладчик · книга
18. «

    Хороша обнова снову.

    Хороша обнова снову.

    — Жюльен Сорель · книга
19. «

    Его лицо отражает высокую душу, этим-то оно и пленило меня.

    Его лицо отражает высокую душу, этим-то оно и пленило меня.

    — Красное и чёрное · книга
20. «

    Люди видят, что вам не доставляет удовольствия, когда они заговаривают с вами, а в такой общительной стране, как наша, вы осуждены быть горемыкой, если не заставите себя уважать.

    Люди видят, что вам не доставляет удовольствия, когда они заговаривают с вами, а в такой общительной стране, как наша, вы осуждены быть горемыкой, если не заставите себя уважать.

    — аббат Пирар · книга