33 лучших фразы Стивена Моффата

Стивен Моффат — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 33 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   При написании комедии вы должны быть уверены лишь в том, что есть только один тип отношений в этом мире, и мы все пользуемся им, что все мужчины ведут себя таким образом, и точно так же делают все женщины.

   При написании комедии вы должны быть уверены лишь в том, что есть только один тип отношений в этом мире, и мы все пользуемся им, что все мужчины ведут себя таким образом, и точно так же делают все женщины.
2. «

   — Нравится ли вам какой-то определённый тип фанатов? — Мне нравятся те, от кого мы получаем креативный ответ. Те, кто пишут свои собственные истории, рисуют, делают видео на YouTube — мы видели некоторые, они прекрасны; музыкальную версию «Шерлока», она великолепна. Есть фанатский оркестр «Шерлока». Я люблю таких людей, особенно молодых, которые дают творческий ответ, пытаясь создать свою собственную версию, и это первый шаг к тому, чтобы сделать её реальной. Я хочу сказать, из этого всё и исходит, желание чему-то подражать — первый шаг к созданию того, что любят другие. С этого всё начинается. Каждый раз видеть этот энтузиазм и творческий отклик — восхитительно.

   — Нравится ли вам какой-то определённый тип фанатов? — Мне нравятся те, от кого мы получаем креативный ответ. Те, кто пишут свои собственные истории, рисуют, делают видео на YouTube — мы видели некоторые, они прекрасны; музыкальную версию «Шерлока», она великолепна. Есть фанатский оркестр «Шерлока». Я люблю таких людей, особенно молодых, которые дают творческий ответ, пытаясь создать свою собственную версию, и это первый шаг к тому, чтобы сделать её реальной. Я хочу сказать, из этого всё и исходит, желание чему-то подражать — первый шаг к созданию того, что любят другие. С этого всё начинается. Каждый раз видеть этот энтузиазм и творческий отклик — восхитительно.
3. «

   Я не хочу думать, что истории заканчиваются, я хочу чувствовать, что они могут продолжаться вечно.

   Я не хочу думать, что истории заканчиваются, я хочу чувствовать, что они могут продолжаться вечно.
4. «

   — Прости, пожалуйста! – воскликнула Кейт Летбридж-Стюарт, глава ЮНИТа – единого оперативно-разведывательного спецподразделения. – Мы понятия не имели, что ты все еще там! — Да ты же сама мне сюда звонишь! – завопил Доктор, надеясь, что Клара его удержит. — Но ты сказал, что этот номер – твой мобильный. — Это же ТАРДИС, куда еще мобильнее?

   — Прости, пожалуйста! – воскликнула Кейт Летбридж-Стюарт, глава ЮНИТа – единого оперативно-разведывательного спецподразделения. – Мы понятия не имели, что ты все еще там! — Да ты же сама мне сюда звонишь! – завопил Доктор, надеясь, что Клара его удержит. — Но ты сказал, что этот номер – твой мобильный. — Это же ТАРДИС, куда еще мобильнее?

   — Доктор · книга
5. «

   Как большинство писателей, я пишу о том, что произошло со мной, поскольку это требует минимального количества исследований.

   Как большинство писателей, я пишу о том, что произошло со мной, поскольку это требует минимального количества исследований.
6. «

   — Клара Освальд, я официально сообщаю вам, что у единого оперативно-разведывательного спецподразделения нет никакой информации, лояльности и доступа к каким бы то ни было средствам путешествия во времени. — А зачем вы мне это говорите? — Затем, что я лгу, и все это у нас есть. Минуточку.

   — Клара Освальд, я официально сообщаю вам, что у единого оперативно-разведывательного спецподразделения нет никакой информации, лояльности и доступа к каким бы то ни было средствам путешествия во времени. — А зачем вы мне это говорите? — Затем, что я лгу, и все это у нас есть. Минуточку.

   — Клара Освальд · книга
7. «

   Первый черновик. Прежде чем начать, я сразу выскажу негатив. Всем, кто говорит: «Да ладно, это же всего лишь первый черновик», следует отправиться прямиком в ад и там гореть. Говорить «Это лишь первые наброски, чисто для обсуждения» почему-то стало нормой. Но это неправда. Неправда, чёрт подери. Первый черновик — это и есть настоящая работа. Именно тогда вы смываете с истории грязь и хорошенько рассматриваете то, что у вас получилось. Первый черновик — это источник, а всё остальное — доработка. Поэтому вы вкладываете в него всё. Прописываете и переписываете каждый момент, до тех пор пока не поверите, что всё действительно получилось идеально. Пока вы чуть ли не плачете от его прекрасности и не пребываете в уверенности, что переделывать больше ничего не придётся и что новые черновики просто не нужны, потому что этот идеален. Эта мысль должна сидеть у вас в голове рядом с другой мыслью, абсолютно правдивой — впереди ещё очень много черновиков. Ничего не оставляйте на потом, пишите так, как будто это ваш единственный и последний черновик, и отполировать всё нужно прямо сейчас.

   Первый черновик. Прежде чем начать, я сразу выскажу негатив. Всем, кто говорит: «Да ладно, это же всего лишь первый черновик», следует отправиться прямиком в ад и там гореть. Говорить «Это лишь первые наброски, чисто для обсуждения» почему-то стало нормой. Но это неправда. Неправда, чёрт подери. Первый черновик — это и есть настоящая работа. Именно тогда вы смываете с истории грязь и хорошенько рассматриваете то, что у вас получилось. Первый черновик — это источник, а всё остальное — доработка. Поэтому вы вкладываете в него всё. Прописываете и переписываете каждый момент, до тех пор пока не поверите, что всё действительно получилось идеально. Пока вы чуть ли не плачете от его прекрасности и не пребываете в уверенности, что переделывать больше ничего не придётся и что новые черновики просто не нужны, потому что этот идеален. Эта мысль должна сидеть у вас в голове рядом с другой мыслью, абсолютно правдивой — впереди ещё очень много черновиков. Ничего не оставляйте на потом, пишите так, как будто это ваш единственный и последний черновик, и отполировать всё нужно прямо сейчас.
8. «

   Я это дело люблю, такой уж меня создали. Уничтожение – мой кайф, я живу во власти эндорфинов. Потому-то и обзавелась сознанием и совестью – заволновалась, что слишком увлекусь убийствами и в конце концов убивать станет некого. Нужно ведь что-нибудь держать в кладовке про запас, правильно я говорю? Вот только, понимаешь ли, с совестью возникают сложности, когда ты – психически неадекватный искусственный интеллект самого мощного оружия массового уничтожения в истории пространства и времени.

   Я это дело люблю, такой уж меня создали. Уничтожение – мой кайф, я живу во власти эндорфинов. Потому-то и обзавелась сознанием и совестью – заволновалась, что слишком увлекусь убийствами и в конце концов убивать станет некого. Нужно ведь что-нибудь держать в кладовке про запас, правильно я говорю? Вот только, понимаешь ли, с совестью возникают сложности, когда ты – психически неадекватный искусственный интеллект самого мощного оружия массового уничтожения в истории пространства и времени.

   — Доктор Кто: день Доктора · книга
9. «

   У писателей секса не бывает в принципе, так что всё их творчество на эту тему, по сути, строится на одних догадках.

   У писателей секса не бывает в принципе, так что всё их творчество на эту тему, по сути, строится на одних догадках.
10. «

    — На нем нельзя сидеть! — Почему? — Потому что это не табуретка! – гаркнул я. – А самое опасное оружие во Вселенной! Я вытолкнул девушку на улицу. Она повернулась ко мне, но я все равно сумел закрыть дверь у нее перед носом. — А почему оружие не может быть и табуреткой тоже? – спросила она, снова оказавшись за моей спиной.

    — На нем нельзя сидеть! — Почему? — Потому что это не табуретка! – гаркнул я. – А самое опасное оружие во Вселенной! Я вытолкнул девушку на улицу. Она повернулась ко мне, но я все равно сумел закрыть дверь у нее перед носом. — А почему оружие не может быть и табуреткой тоже? – спросила она, снова оказавшись за моей спиной.

    — Доктор · книга
11. «

    — Какой сути? — Без понятия, я ее тоже не вижу. Клара, в чем суть? — Не знаю. — Отлично, теперь и Клара сути не видит. Люди, давайте начнем видеть суть наконец, сколько можно?

    — Какой сути? — Без понятия, я ее тоже не вижу. Клара, в чем суть? — Не знаю. — Отлично, теперь и Клара сути не видит. Люди, давайте начнем видеть суть наконец, сколько можно?

    — Доктор · книга
12. «

    Я не думаю, вообще говоря, что люди становятся писателями потому, что были действительно хорошим, действительно крутым, привлекательным ребенком в классе. Я буду честен. Это наша месть людям, которые выглядели лучше и были популярнее, чем мы. Это похоже на меня, я полагаю.

    Я не думаю, вообще говоря, что люди становятся писателями потому, что были действительно хорошим, действительно крутым, привлекательным ребенком в классе. Я буду честен. Это наша месть людям, которые выглядели лучше и были популярнее, чем мы. Это похоже на меня, я полагаю.
13. «

    Мой совет редакторам. Сам я не редактор, так что мне можно. Не будьте экспертами, будьте фанатами. Оценивайте сценарий с точки зрения зрителя, а не производителя. Читайте его, держа под рукой попкорн, а не книгу теории сценария. Скажите сценаристу (вежливо), что вас смутило, обеспокоило или показалось скучным. Не выдумывайте муть типа «Эти два персонажа не встречаются друг с другом, а надо бы», если только это действительно не делает историю более интересной. Неуместных «надо бы» не должно быть. Наше дело — развлекать, так пусть вам будет важно то, что важно зрителям, и не более. Не надо красить ту часть декорации, которую никто не увидит.

    Мой совет редакторам. Сам я не редактор, так что мне можно. Не будьте экспертами, будьте фанатами. Оценивайте сценарий с точки зрения зрителя, а не производителя. Читайте его, держа под рукой попкорн, а не книгу теории сценария. Скажите сценаристу (вежливо), что вас смутило, обеспокоило или показалось скучным. Не выдумывайте муть типа «Эти два персонажа не встречаются друг с другом, а надо бы», если только это действительно не делает историю более интересной. Неуместных «надо бы» не должно быть. Наше дело — развлекать, так пусть вам будет важно то, что важно зрителям, и не более. Не надо красить ту часть декорации, которую никто не увидит.
14. «

    — У него голос меняется, когда он подмигивает. — То есть он подмигивает вслух?

    — У него голос меняется, когда он подмигивает. — То есть он подмигивает вслух?

    — Клара · книга
15. «

    Много лет спустя, в обстоятельствах слишком скандальных, чтобы о них рассказывать, я спросил Охилу, что же все-таки было в том кубке. — Лимонад с сухим льдом, – призналась она, и я зажег ей сигару. – Или что-то вроде того. Я спешила, а обставить все нужно было как можно театральнее. — Но Доктор ведь в самом деле стал воином. — Глупое дитя. Он был воином всю свою жизнь. Вселенной просто нужно было, чтобы он наконец признался в этом самому себе. Потому я и разыграла небольшой спектакль, чтобы убедить его передумать. — И он даже не заподозрил обмана? — Доктор знал, что тьма всегда таилась у него в душе. Позволить ему притвориться, что она пришла извне, было даже по-своему милосердно.

    Много лет спустя, в обстоятельствах слишком скандальных, чтобы о них рассказывать, я спросил Охилу, что же все-таки было в том кубке. — Лимонад с сухим льдом, – призналась она, и я зажег ей сигару. – Или что-то вроде того. Я спешила, а обставить все нужно было как можно театральнее. — Но Доктор ведь в самом деле стал воином. — Глупое дитя. Он был воином всю свою жизнь. Вселенной просто нужно было, чтобы он наконец признался в этом самому себе. Потому я и разыграла небольшой спектакль, чтобы убедить его передумать. — И он даже не заподозрил обмана? — Доктор знал, что тьма всегда таилась у него в душе. Позволить ему притвориться, что она пришла извне, было даже по-своему милосердно.

    — Охила · книга
16. «

    Ей просто повезло больше, чем всем остальным, кто в тот миг кричал и молил о спасении. Ее мольбы услышал человек, который ошибочно считал себя героем.

    Ей просто повезло больше, чем всем остальным, кто в тот миг кричал и молил о спасении. Ее мольбы услышал человек, который ошибочно считал себя героем.

    — Доктор Кто: день Доктора · книга
17. «

    Тебе наверняка говорили, что у Момента есть собственное сознание. – Она помахала мне. – Приветик! Я – сознание оружия массового уничтожения, известного тебе как Момент, а большинству прочих – как Пожиратель галактик. – Она подождала немного, пока я осознаю правду. Не знаю, что она увидела на моем лице, но осталась довольна. Рассмеялась, тряхнула волосами и спросила: – Ну, дорогой мой, кого убиваем сегодня?

    Тебе наверняка говорили, что у Момента есть собственное сознание. – Она помахала мне. – Приветик! Я – сознание оружия массового уничтожения, известного тебе как Момент, а большинству прочих – как Пожиратель галактик. – Она подождала немного, пока я осознаю правду. Не знаю, что она увидела на моем лице, но осталась довольна. Рассмеялась, тряхнула волосами и спросила: – Ну, дорогой мой, кого убиваем сегодня?

    — Доктор Кто: день Доктора · книга
18. «

    Всегда есть на свете что-нибудь, чего мы не знаем.

    Всегда есть на свете что-нибудь, чего мы не знаем.

    — Доктор Кто: день Доктора · книга
19. «

    Когда живешь в машине времени, прошлое никуда не уходит и не остается позади, как ни мчись прочь, – оно всегда поджидает за дверью.

    Когда живешь в машине времени, прошлое никуда не уходит и не остается позади, как ни мчись прочь, – оно всегда поджидает за дверью.

    — Доктор Кто: день Доктора · книга
20. «

    — Кстати! – сказала Клара. – Вы были втроем в одной темнице, трое Докторов в маленькой комнатке, и никто не додумался просто попробовать открыть дверь? Ни один из вас? — Доктора поочередно переглянулись – видимо, сначала они хотели свалить все друг на друга, а потом поняли, насколько это бессмысленно. — Вряд ли мы тут виноваты, – сказал ее Доктор. – Дверь ведь должна была быть заперта.

    — Кстати! – сказала Клара. – Вы были втроем в одной темнице, трое Докторов в маленькой комнатке, и никто не додумался просто попробовать открыть дверь? Ни один из вас? — Доктора поочередно переглянулись – видимо, сначала они хотели свалить все друг на друга, а потом поняли, насколько это бессмысленно. — Вряд ли мы тут виноваты, – сказал ее Доктор. – Дверь ведь должна была быть заперта.

    — Доктор · книга