Святослав Элис: 14 фраз, которые разошлись на цитаты

Святослав Элис — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 14 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Западное общество — это общество тотальной вербально-товарной наркомании, вот почему в нём запрещены химические наркотики.

   Западное общество — это общество тотальной вербально-товарной наркомании, вот почему в нём запрещены химические наркотики.

   — Алиса · книга
2. «

   Люди ходят по улице, как бесплотные призраки, во власти собственных мыслей, — они всё время вспоминают прошлое или думают о будущем, повторяют в голове одни и те же мысли. Человек находится во власти сознания и не видит того, что вокруг него. Это такой летаргический сон, в который мы сами себя погружаем.

   Люди ходят по улице, как бесплотные призраки, во власти собственных мыслей, — они всё время вспоминают прошлое или думают о будущем, повторяют в голове одни и те же мысли. Человек находится во власти сознания и не видит того, что вокруг него. Это такой летаргический сон, в который мы сами себя погружаем.

   — шаман Чимит · книга
3. «

   На самом деле, люди — это всего лишь взгляд, подвешенный во тьме. Мы все формулируем себя, только пока кто-то на нас смотрит, и делаем вид, будто не знаем, что другие поступают точно так же.

   На самом деле, люди — это всего лишь взгляд, подвешенный во тьме. Мы все формулируем себя, только пока кто-то на нас смотрит, и делаем вид, будто не знаем, что другие поступают точно так же.

   — Кирилл · книга
4. «

   Моё сознание расширялось, выходило за пределы головы — я была шаром, сгустком, плывущим вперёд по улице и гудящим от разрывающей его энергии. Мир — как бесконечность, составленная из ярких, переливающихся кристаллических лучей. А я — призрак, закутанный в доспехи. Испуганный своим несовершенством, но зачарованный красотой мира дух, заключённый в плоть.

   Моё сознание расширялось, выходило за пределы головы — я была шаром, сгустком, плывущим вперёд по улице и гудящим от разрывающей его энергии. Мир — как бесконечность, составленная из ярких, переливающихся кристаллических лучей. А я — призрак, закутанный в доспехи. Испуганный своим несовершенством, но зачарованный красотой мира дух, заключённый в плоть.

   — Главная героиня · книга
5. «

   Где-то внутри меня целое море спящей энергии. Чтобы достать её, нужно обновиться, сбросить кожу, словно змея. Уже сейчас я не очень представляю, кто я, где пролегают границы моей личности. Наверное, это к лучшему.

   Где-то внутри меня целое море спящей энергии. Чтобы достать её, нужно обновиться, сбросить кожу, словно змея. Уже сейчас я не очень представляю, кто я, где пролегают границы моей личности. Наверное, это к лучшему.

   — ГГ · книга
6. «

   Что же за существо такое человек, ничего в нём нет постоянного. Что из этого множества состояний мне называть «я»? Наверное, ничего.

   Что же за существо такое человек, ничего в нём нет постоянного. Что из этого множества состояний мне называть «я»? Наверное, ничего.

   — главный герой · книга
7. «

   Деньги — это способ обретения власти над людьми. Вся система общества выстроена так, чтобы люди радостно и беспрекословно отдавали самих себя в распоряжение других людей.

   Деньги — это способ обретения власти над людьми. Вся система общества выстроена так, чтобы люди радостно и беспрекословно отдавали самих себя в распоряжение других людей.

   — Алиса · книга
8. «

   Когда я хожу по торговому центру в новой одежде, я чувствую себя неуютно. Мне кажется, что всё надетое на мне только что снято с этих полок, а сама я — что-то вроде ходячего манекена.

   Когда я хожу по торговому центру в новой одежде, я чувствую себя неуютно. Мне кажется, что всё надетое на мне только что снято с этих полок, а сама я — что-то вроде ходячего манекена.

   — блондинка в баре · книга
9. «

   Если слишком много смотреть внутрь себя, становится страшно. Это похоже на ощущение, когда много раз повторяешь одно и то же слово, — оно будто бы теряет своё значение, превращаясь в последовательность звуков. А если слишком много вглядываешься в происходящее во внутреннем мире, начинаешь понимать, что само осознание себя как цельной личности растворяется и разрушается.

   Если слишком много смотреть внутрь себя, становится страшно. Это похоже на ощущение, когда много раз повторяешь одно и то же слово, — оно будто бы теряет своё значение, превращаясь в последовательность звуков. А если слишком много вглядываешься в происходящее во внутреннем мире, начинаешь понимать, что само осознание себя как цельной личности растворяется и разрушается.

   — Главная героиня · книга
10. «

    Сегодня — это просто следующий день той жизни. Просто моё тело неожиданно выросло, пока я крепко спала, убаюканная постукиванием раскручивающейся пружины.

    Сегодня — это просто следующий день той жизни. Просто моё тело неожиданно выросло, пока я крепко спала, убаюканная постукиванием раскручивающейся пружины.

    — Алиса · книга
11. «

    Да, после семидесятых годов люди явно расслабились. Похоже, нам приятнее каждый год совершенствовать процессоры для телефонов, но летать на тех же самолётах, что и пятьдесят лет назад. Наверное, это просто вопрос приоритетов.

    Да, после семидесятых годов люди явно расслабились. Похоже, нам приятнее каждый год совершенствовать процессоры для телефонов, но летать на тех же самолётах, что и пятьдесят лет назад. Наверное, это просто вопрос приоритетов.

    — Главная героиня · книга
12. «

    Я словно бы оказалась на изнанке реальности, подсвеченной кристаллическими переливами света. Я и не знала, что она существует параллельно с нашей. Наверное, не важно то, что действительно есть, — значение имеет восприятие.

    Я словно бы оказалась на изнанке реальности, подсвеченной кристаллическими переливами света. Я и не знала, что она существует параллельно с нашей. Наверное, не важно то, что действительно есть, — значение имеет восприятие.

    — Алиса (Юко Сиондзи) · книга
13. «

    Если так подумать, меня всю жизнь только и делали, что убаюкивали и убаюкивали, а я никогда не сопротивлялась этому. Но сейчас я, по-моему, уже вполне выспалась. И пусть по улицам вокруг шагают строем сотни тысяч зомби полудрёмы, я сама, по-крайней мере, прямо сейчас, на сто процентов жива. Вот что делают нервные срывы, страх и кофе. Какие удивительно полезные вещи.

    Если так подумать, меня всю жизнь только и делали, что убаюкивали и убаюкивали, а я никогда не сопротивлялась этому. Но сейчас я, по-моему, уже вполне выспалась. И пусть по улицам вокруг шагают строем сотни тысяч зомби полудрёмы, я сама, по-крайней мере, прямо сейчас, на сто процентов жива. Вот что делают нервные срывы, страх и кофе. Какие удивительно полезные вещи.

    — Алиса · книга
14. «

    Только Посредник способен помочь Воспринимающему прикоснуться к первородному свету, проникающему сквозь искусство. Ведь настоящее искусство нужно только для этого, — для того, чтобы позволить человеку хотя бы на секунду вырваться из сонного паралича своего обыденного оцепенения и хотя бы на мгновение нащупать тот позабытый мир, из которого он пришёл.

    Только Посредник способен помочь Воспринимающему прикоснуться к первородному свету, проникающему сквозь искусство. Ведь настоящее искусство нужно только для этого, — для того, чтобы позволить человеку хотя бы на секунду вырваться из сонного паралича своего обыденного оцепенения и хотя бы на мгновение нащупать тот позабытый мир, из которого он пришёл.

    — Двери 520 · книга