Подборка: 108 цитат Татьяны Соломатины

Подборка из 108 цитат Татьяны Соломатины: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   «Бегущий не в спортивном костюме вызывает подозрения», — говаривала в свое время моя великолепная бабушка

   «Бегущий не в спортивном костюме вызывает подозрения», — говаривала в свое время моя великолепная бабушка

   — Акушер-Ха! · книга
2. «

   Жить в нелюбви страшнее смерти.

   Жить в нелюбви страшнее смерти.

   — Большая собака · книга
3. «

   Я сразу полюбил тебя. Не патетика. Не романтика. Просто увидел и знал, что полюбил. Я увидел тебя – и знал, что ты – моя любовь.

   Я сразу полюбил тебя. Не патетика. Не романтика. Просто увидел и знал, что полюбил. Я увидел тебя – и знал, что ты – моя любовь.

   — Коммуна или Студенческий роман · книга
4. «

   — Какая хорошая девочка! Не пьет и не курит! — Да. Больше уже не может.

   — Какая хорошая девочка! Не пьет и не курит! — Да. Больше уже не может.

   — Коммуна или Студенческий роман · книга
5. «

   Каждый экзамен завершался обильными возлияниями — у кого на радостях, а у кого с горя.

   Каждый экзамен завершался обильными возлияниями — у кого на радостях, а у кого с горя.

   — Акушер-Ха! · книга
6. «

   Чудесное слово «папа». Гораздо лучше жёсткого, колючего – «отец». «Папа» – это домашнее. Как любимая пижама. Как покой. Как чашка горячего чаю с лимоном после ледяного косого ливня. «Папа!» – и тебя уже ничего не тревожит. «Папа!» – и тебе уже ничего не надо решать – всё решат за тебя. Каждой девочке нужен папа. Папа. А не слово.

   Чудесное слово «папа». Гораздо лучше жёсткого, колючего – «отец». «Папа» – это домашнее. Как любимая пижама. Как покой. Как чашка горячего чаю с лимоном после ледяного косого ливня. «Папа!» – и тебя уже ничего не тревожит. «Папа!» – и тебе уже ничего не надо решать – всё решат за тебя. Каждой девочке нужен папа. Папа. А не слово.

   — Папа · книга
7. «

   Лучше глубокая колотая или резаная рана души, чем хронически персистирующие гематомы. Или?... Да кто его знает!

   Лучше глубокая колотая или резаная рана души, чем хронически персистирующие гематомы. Или?... Да кто его знает!

   — Коммуна или Студенческий роман · книга
8. «

   ... Человек ты хороший, хоть и сука редкостная.

   ... Человек ты хороший, хоть и сука редкостная.

   — Примус · книга
9. «

   Роды — это нормально! Как вождение. Ты едешь-едешь. Нормально себе едешь. А потом — опа! из-за поворота «КамАЗ». Водила «КамАЗА» пьяный. Резина «КамАЗА» лысая. А дорога обледенела.

   Роды — это нормально! Как вождение. Ты едешь-едешь. Нормально себе едешь. А потом — опа! из-за поворота «КамАЗ». Водила «КамАЗА» пьяный. Резина «КамАЗА» лысая. А дорога обледенела.

   — Акушер-Ха! · книга
10. «

    Весь мир — больница. Огромная многопрофильная больница.

    Весь мир — больница. Огромная многопрофильная больница.

    — Акушер-Ха! · книга
11. «

    Дым подчиняется ветру… А что так причудливо гонит человеческие судьбы? Слов придумано много. «Рок», «судьба»… И что они все означают, скажите на милость? Ветер? Дыхание Бога? Дым от Его сигареты? Что-то ещё?..

    Дым подчиняется ветру… А что так причудливо гонит человеческие судьбы? Слов придумано много. «Рок», «судьба»… И что они все означают, скажите на милость? Ветер? Дыхание Бога? Дым от Его сигареты? Что-то ещё?..

    — Акушер-Ха! · книга
12. «

    Невозможно повторить первый рассвет, первое открытое море, первый запах жасмина и первый вход под своды анатомического театра. Невозможно повторить. Невозможно разлюбить. Невозможно забыть. Это прошито в каждом нейроне каждого, у кого был студенческий билет медицинского института.

    Невозможно повторить первый рассвет, первое открытое море, первый запах жасмина и первый вход под своды анатомического театра. Невозможно повторить. Невозможно разлюбить. Невозможно забыть. Это прошито в каждом нейроне каждого, у кого был студенческий билет медицинского института.

    — Коммуна или Студенческий роман · книга
13. «

    «Учиться, учиться и учиться!» — как завещал дедушка Ленин! А потом очень долго лечиться, лечиться и лечиться.

    «Учиться, учиться и учиться!» — как завещал дедушка Ленин! А потом очень долго лечиться, лечиться и лечиться.

    — Акушер-Ха! · книга
14. «

    Мне начинает казаться, что на всём белом свете нет ни одного нормального настоящего мужчины. В моём, конечно, понимании. Нет, бывают фигуристые, красивые, умные, богатые, спокойные. Издалека. А как только ты начинаешь присматриваться или, не дай бог, жить с ними — о ужас! — под одной крышей, так выясняется, что всё немного иначе.

    Мне начинает казаться, что на всём белом свете нет ни одного нормального настоящего мужчины. В моём, конечно, понимании. Нет, бывают фигуристые, красивые, умные, богатые, спокойные. Издалека. А как только ты начинаешь присматриваться или, не дай бог, жить с ними — о ужас! — под одной крышей, так выясняется, что всё немного иначе.

    — Женя · книга
15. «

    Конечно же, это не была любовь. Чем бы это ни было – любовью это точно не было. Неужели есть на свете хоть один человек, могущий со всей ответственностью заявить, что такой-то (или такая-то) – моя первая любовь?! Первой, второй и двадцать пятой в периоде может быть влюблённость. Страсть. Похоть. Привязанность. Зависимость. Любовь же – она всегда одна. Первая – она же последняя. И она либо случается – и тогда уже никогда не кончается. Либо нет. И так и не познавшие её – мучаются расстановкой любовей по порядковым номерам. Осадочек всегда остаётся там, где не было любви.

    Конечно же, это не была любовь. Чем бы это ни было – любовью это точно не было. Неужели есть на свете хоть один человек, могущий со всей ответственностью заявить, что такой-то (или такая-то) – моя первая любовь?! Первой, второй и двадцать пятой в периоде может быть влюблённость. Страсть. Похоть. Привязанность. Зависимость. Любовь же – она всегда одна. Первая – она же последняя. И она либо случается – и тогда уже никогда не кончается. Либо нет. И так и не познавшие её – мучаются расстановкой любовей по порядковым номерам. Осадочек всегда остаётся там, где не было любви.

    — Коммуна или Студенческий роман · книга
16. «

    Даже очень любящие друг друга люди спорят, но это вовсе не означает, что их любовь хоть на йоту изменяет своё состояние.

    Даже очень любящие друг друга люди спорят, но это вовсе не означает, что их любовь хоть на йоту изменяет своё состояние.

    — Папа · книга
17. «

    Автор умеет ждать. И дожидаться. Большого Мужчину. Большую Собаку. И Большого Читателя.

    Автор умеет ждать. И дожидаться. Большого Мужчину. Большую Собаку. И Большого Читателя.

    — Большая собака · книга
18. «

    В том нежном возрасте я, заслышав слово «дети», испытывала первобытный экзистенциальный ужас. Как мирный пещерный человек без дубины при встрече с голодным разъярённым саблезубым тигром.

    В том нежном возрасте я, заслышав слово «дети», испытывала первобытный экзистенциальный ужас. Как мирный пещерный человек без дубины при встрече с голодным разъярённым саблезубым тигром.

    — Акушер-Ха! · книга
19. «

    Она плакала совершенно по-детски. Никакой бабьей истерики, никаких надрывных всхлипов. Просто крупные капли — как грибной дождь. И сияющие глаза. Никакой укоризны. Искренняя обида ребёнка, не понимающего и не принимающего внезапно открывшиеся ему неспрведливости мира.

    Она плакала совершенно по-детски. Никакой бабьей истерики, никаких надрывных всхлипов. Просто крупные капли — как грибной дождь. И сияющие глаза. Никакой укоризны. Искренняя обида ребёнка, не понимающего и не принимающего внезапно открывшиеся ему неспрведливости мира.

    — Постоянная переменная · книга
20. «

    — Врёте? — Если бы я врала, я бы обманывала. — В чём разница? — В элегантности. Слово «обман» куда элегантнее слова «враньё». Врать — ещё к лицу двадцатилетним мальчикам. Сорокачетырёхлетняя женщина во вранье будет выглядеть нелепо. Она может позволить себе только обман. И то лишь изредка. В качестве вечернего наряда в компании взрослых мужчин, уже давно знающих, что не всё то Англия, что тауэр.

    — Врёте? — Если бы я врала, я бы обманывала. — В чём разница? — В элегантности. Слово «обман» куда элегантнее слова «враньё». Врать — ещё к лицу двадцатилетним мальчикам. Сорокачетырёхлетняя женщина во вранье будет выглядеть нелепо. Она может позволить себе только обман. И то лишь изредка. В качестве вечернего наряда в компании взрослых мужчин, уже давно знающих, что не всё то Англия, что тауэр.

    — Артём · книга