383 цитаты Терри Пратчетта о смысле жизни

Ниже 383 цитаты Терри Пратчетта — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   История имеет привычку менять людей, которые воображают, что это они меняют её.

   История имеет привычку менять людей, которые воображают, что это они меняют её.

   — Мор, ученик Смерти · книга
2. «

   Иногда просто нет времени ни на что, кроме как прыгнуть, не думая ни о чем. Иногда надо довериться опыту, интуиции и прыгнуть.

   Иногда просто нет времени ни на что, кроме как прыгнуть, не думая ни о чем. Иногда надо довериться опыту, интуиции и прыгнуть.

   — Маскарад · книга
3. «

   У меня целая куча собачьих болезней, и жив я только потому, что они слишком заняты борьбой между собой.

   У меня целая куча собачьих болезней, и жив я только потому, что они слишком заняты борьбой между собой.

   — пес Гаспод · книга
4. «

   После себя не оставляешь ничего, кроме смутных воспоминаний, а с собой забираешь только впечатления, не больше.

   После себя не оставляешь ничего, кроме смутных воспоминаний, а с собой забираешь только впечатления, не больше.

   — Дамы и господа · книга
5. «

   Как люди рождают идеи? Должно быть, ныряют в безумие и выныривают с другой стороны.

   Как люди рождают идеи? Должно быть, ныряют в безумие и выныривают с другой стороны.

   — Только ты можешь спасти человечество · книга
6. «

   «На то воля божья», — это взрослый вариант детского «потому что».

   «На то воля божья», — это взрослый вариант детского «потому что».

   — Народ, или Когда-то мы были дельфинами... · книга
7. «

   — В чем вы его обвините, сержант? — подал голос Сэм. — В попытке нападения на полицейского. Ты же сам видел ножи. — Но вы его тоже ударили. — Точно, а я и забыл. Значит, прибавим сопротивление при аресте.

   — В чем вы его обвините, сержант? — подал голос Сэм. — В попытке нападения на полицейского. Ты же сам видел ножи. — Но вы его тоже ударили. — Точно, а я и забыл. Значит, прибавим сопротивление при аресте.

   — Сэмюэль Ваймс · книга
8. «

   Я хочу сказать, иногда ты смотришь на вселенную и начинаешь думать: «А как же я?», и слышишь, как вселенная отвечает тебе: «А что ты?»

   Я хочу сказать, иногда ты смотришь на вселенную и начинаешь думать: «А как же я?», и слышишь, как вселенная отвечает тебе: «А что ты?»

   — госпожа Сьюзен · книга
9. «

   Они думают, что хотят хорошего правительства и справедливости для всех, но, Ваймс, чего на самом деле они жаждут в глубине своих душ? Только того, что всё будет идти нормально и завтра ничего не изменится.

   Они думают, что хотят хорошего правительства и справедливости для всех, но, Ваймс, чего на самом деле они жаждут в глубине своих душ? Только того, что всё будет идти нормально и завтра ничего не изменится.

   — Лорд Витинари · книга
10. «

    Перевод: Очень сильно помогает в понимание людских дел, осознание того, что большинство величайших триумфов и трагедий в истории произошли, не потому что люди по существу своему хорошие или плохие, а потому что они по существу своему люди.

    Перевод: Очень сильно помогает в понимание людских дел, осознание того, что большинство величайших триумфов и трагедий в истории произошли, не потому что люди по существу своему хорошие или плохие, а потому что они по существу своему люди.

    — Нил Гейман · книга
11. «

    Ее самоконтроль был жестким, как чугунная плита. И почти столь же гибким.

    Ее самоконтроль был жестким, как чугунная плита. И почти столь же гибким.

    — Безумная звезда · книга
12. «

    Особенно хорошо у Детрита получалось вести допросы подозреваемых. У него было три основных вопроса. Первый — прямой («Это ты сделал?»), второй — настаивающий («Ты уверен, что это сделал не ты?») и третий — с подковыркой («Это ведь ты сделал, правда?»). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита состоял в том, что сержант задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал желаемый ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Это я сделал! Я! А теперь скажите, что именно я сделал?!».

    Особенно хорошо у Детрита получалось вести допросы подозреваемых. У него было три основных вопроса. Первый — прямой («Это ты сделал?»), второй — настаивающий («Ты уверен, что это сделал не ты?») и третий — с подковыркой («Это ведь ты сделал, правда?»). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита состоял в том, что сержант задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал желаемый ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Это я сделал! Я! А теперь скажите, что именно я сделал?!».

    — Ноги из глины · книга
13. «

    Он носил ботинки с чрезвычайно толстыми подошвами. — Это чтоб ноги доставали до земли, — объяснил он. — А в обычных ботинках они... э-э... не достают? — Не-а. Ортопедическая проблема. Это как... Знаешь, есть много людей, у которых одна нога короче другой? Так вот, у меня такая, понимаешь, забавная штука... — Не говори! — воскликнул Ринсвинд. — иногда на меня находят поразительные озарения... А у тебя обе ноги короче?

    Он носил ботинки с чрезвычайно толстыми подошвами. — Это чтоб ноги доставали до земли, — объяснил он. — А в обычных ботинках они... э-э... не достают? — Не-а. Ортопедическая проблема. Это как... Знаешь, есть много людей, у которых одна нога короче другой? Так вот, у меня такая, понимаешь, забавная штука... — Не говори! — воскликнул Ринсвинд. — иногда на меня находят поразительные озарения... А у тебя обе ноги короче?

    — Ринсвинд · книга
14. «

    Между создателем и богом большая разница. Работа создателей не из легких, ведь они создают места. А богов создают люди. И это многое объясняет.

    Между создателем и богом большая разница. Работа создателей не из легких, ведь они создают места. А богов создают люди. И это многое объясняет.

    — Последний континент · книга
15. «

    Аркканцлер был не из тех людей, кто получает удовольствие, обращаясь с женщинами бесцеремонно и грубо. Другими словами, он обращался бесцеремонно и грубо абсолютно со всеми, независимо от их пола, соблюдая, таким образом, равенство.

    Аркканцлер был не из тех людей, кто получает удовольствие, обращаясь с женщинами бесцеремонно и грубо. Другими словами, он обращался бесцеремонно и грубо абсолютно со всеми, независимо от их пола, соблюдая, таким образом, равенство.

    — Мрачный Жнец · книга
16. «

    Гномы весьма неохотно расстаются с золотом, так что любому разбойнику, который посмеет выставить гному требование «Кошелёк или жизнь!», следует захватить с собой складной стульчик, обед и книгу для чтения, чтобы скоротать время до окончания споров.

    Гномы весьма неохотно расстаются с золотом, так что любому разбойнику, который посмеет выставить гному требование «Кошелёк или жизнь!», следует захватить с собой складной стульчик, обед и книгу для чтения, чтобы скоротать время до окончания споров.

    — К оружию! К оружию! · книга
17. «

    – Он не может умереть. Он существует уже тысячи лет. Гердер покачал головой: – Это достаточно веская причина для смерти.

    – Он не может умереть. Он существует уже тысячи лет. Гердер покачал головой: – Это достаточно веская причина для смерти.

    — Гердер · книга
18. «

    Дети наотрез отказывались не верить в чудовищ, поскольку точно знали: чудовища существуют.

    Дети наотрез отказывались не верить в чудовищ, поскольку точно знали: чудовища существуют.

    — Санта-Хрякус · книга
19. «

    Всегда помни, что толпа, рукоплещущая твоей коронации — та же толпа, которая будет рукоплескать твоему обезглавливанию. Люди любят шоу.

    Всегда помни, что толпа, рукоплещущая твоей коронации — та же толпа, которая будет рукоплескать твоему обезглавливанию. Люди любят шоу.
20. «

    Порода под названием Кот соседский.

    Порода под названием Кот соседский.

    — Кот без прикрас · книга