559 цитат Терри Пратчетта для тех, кто любит думать

Ниже 559 цитат Терри Пратчетта — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Этот город порождает желание стать лучше, чем ты есть на самом деле.

   Этот город порождает желание стать лучше, чем ты есть на самом деле.

   — Ведьмы за границей · книга
2. «

   Знание опасно, поэтому правительство, мягко скажем, недолюбливает людей, способных генерировать мысли крупнее определенного калибра.

   Знание опасно, поэтому правительство, мягко скажем, недолюбливает людей, способных генерировать мысли крупнее определенного калибра.

   — Последний континент · книга
3. «

   Людям необходимо броуновское движение общества – оно кидает нас из стороны в сторону и тем самым постоянно напоминает нам, что мы… э э… по-прежнему человеки.

   Людям необходимо броуновское движение общества – оно кидает нас из стороны в сторону и тем самым постоянно напоминает нам, что мы… э э… по-прежнему человеки.

   — К оружию! К оружию! · книга
4. «

   Это доказывает, что не всем мечтам стоит сбываться. Сделают ли хрустальные туфельки жизнь более комфортной? Если все, чего вы касаетесь, будет превращаться в зефир, не станет ли окружающий мир слишком... липким?

   Это доказывает, что не всем мечтам стоит сбываться. Сделают ли хрустальные туфельки жизнь более комфортной? Если все, чего вы касаетесь, будет превращаться в зефир, не станет ли окружающий мир слишком... липким?

   — Пастушья корона · книга
5. «

   Убийство, по правде говоря, встречалось в Анк-Морпорке достаточно редко, зато было много самоубийств. Самоубийством, к примеру, можно назвать ночную прогулку по району под названием Тени. Типичное самоубийство — это сказать кому-нибудь в гномьей таверне, что, мол, анекдот «бородатый». Самоубийство — это упомянуть при тролле про собирание камней. В общем, самоубийства в Анк-Морпорке встречаются на каждом шагу.

   Убийство, по правде говоря, встречалось в Анк-Морпорке достаточно редко, зато было много самоубийств. Самоубийством, к примеру, можно назвать ночную прогулку по району под названием Тени. Типичное самоубийство — это сказать кому-нибудь в гномьей таверне, что, мол, анекдот «бородатый». Самоубийство — это упомянуть при тролле про собирание камней. В общем, самоубийства в Анк-Морпорке встречаются на каждом шагу.

   — К оружию! К оружию! · книга
6. «

   Зрелище оказалось и вполовину не таким страшным, как он себе представлял. «Гм-м», – сказало его воображение через какое-то время.

   Зрелище оказалось и вполовину не таким страшным, как он себе представлял. «Гм-м», – сказало его воображение через какое-то время.

   — Цвет волшебства · книга
7. «

   Если коту чего-то не дать, он подождет, пока вы отвернетесь, и возьмет сам.

   Если коту чего-то не дать, он подождет, пока вы отвернетесь, и возьмет сам.

   — Кот без прикрас · книга
8. «

   — А ты силен в своей вере? — Я пытаюсь. — Но ты прочел много книг. А книги, они ведь не способствуют вере. — Не способствуют. — И тем не менее ты ее сохранил? — Да. — Почему? — Если я лишусь веры, у меня ничего не останется.

   — А ты силен в своей вере? — Я пытаюсь. — Но ты прочел много книг. А книги, они ведь не способствуют вере. — Не способствуют. — И тем не менее ты ее сохранил? — Да. — Почему? — Если я лишусь веры, у меня ничего не останется.

   — матушка Ветровоск · книга
9. «

   Боги дали людям чувство юмора, чтобы искупить свою вину за то, что разделили их на два пола.

   Боги дали людям чувство юмора, чтобы искупить свою вину за то, что разделили их на два пола.

   — Пирамиды · книга
10. «

    И все-таки кто-то там, наверху, любит меня, – подумал он. – И этот „кто-то“ – Я

    И все-таки кто-то там, наверху, любит меня, – подумал он. – И этот „кто-то“ – Я

    — Ом · книга
11. «

    Ему можно доверить жизнь, хотя нужно быть полным болваном, чтобы доверить ему доллар.

    Ему можно доверить жизнь, хотя нужно быть полным болваном, чтобы доверить ему доллар.

    — Ночная Стража · книга
12. «

    Он действительно полюбил тот остров. Там была такая штука, как Кокосовый сюрприз. Берешь кокос, бьешь по нему дубинкой — и на тебе! Внутри кокос! Именно такие сюрпризы он любил больше всего на свете.

    Он действительно полюбил тот остров. Там была такая штука, как Кокосовый сюрприз. Берешь кокос, бьешь по нему дубинкой — и на тебе! Внутри кокос! Именно такие сюрпризы он любил больше всего на свете.

    — Интересные времена · книга
13. «

    А где-то далеко-далеко, в совсем ином мире, кто-то нерешительно взял в руки музыкальный инструмент, откликнувшийся эхом на ритм его души. Она никогда не умрёт. Она здесь, чтобы быть.

    А где-то далеко-далеко, в совсем ином мире, кто-то нерешительно взял в руки музыкальный инструмент, откликнувшийся эхом на ритм его души. Она никогда не умрёт. Она здесь, чтобы быть.

    — Роковая музыка · книга
14. «

    Я не боюсь Смерти; я сделал его таким популярным, что теперь он у меня в долгу.

    Я не боюсь Смерти; я сделал его таким популярным, что теперь он у меня в долгу.

    — Мор, ученик Смерти · книга
15. «

    Идеи порхают по вселенной туда-сюда. Главная их цель – если у идей, конечно, есть цель – это попасть в нужный ум в нужном месте в нужное время.

    Идеи порхают по вселенной туда-сюда. Главная их цель – если у идей, конечно, есть цель – это попасть в нужный ум в нужном месте в нужное время.

    — К оружию! К оружию! · книга
16. «

    — А здесь ещё кто-нибудь работает? — Ну... я работаю, а ещё Тез Кошмарный, Сказз... и Чокнутый Дронго, кажется... Чудакулли мигнул. — Кто-кто? — спросил он, а потом из глубин памяти на поверхность всплыл ужасный ответ. Только существа определённого вида могли носить такие имена. — Это что, студенты?

    — А здесь ещё кто-нибудь работает? — Ну... я работаю, а ещё Тез Кошмарный, Сказз... и Чокнутый Дронго, кажется... Чудакулли мигнул. — Кто-кто? — спросил он, а потом из глубин памяти на поверхность всплыл ужасный ответ. Только существа определённого вида могли носить такие имена. — Это что, студенты?

    — Наверн Чудакулли · книга
17. «

    И, как это всегда бывает, и всегда слишком скоро, всё странное и волшебное стало воспоминанием, а воспоминание стало сном. Завтра и он растает.

    И, как это всегда бывает, и всегда слишком скоро, всё странное и волшебное стало воспоминанием, а воспоминание стало сном. Завтра и он растает.

    — Господин Зима · книга
18. «

    История — это всего-навсего набор рассказов. Ведь прошлое нужно вспоминать, а память состоит из слов. Кто точно расскажет нам, как поступал тот или иной король, живший за тысячелетие до нас? Остались лишь воспоминания да слова. И, разумеется, пьесы.

    История — это всего-навсего набор рассказов. Ведь прошлое нужно вспоминать, а память состоит из слов. Кто точно расскажет нам, как поступал тот или иной король, живший за тысячелетие до нас? Остались лишь воспоминания да слова. И, разумеется, пьесы.

    — Смерть · книга
19. «

    — Неужели в тебе нет ни капли романтики? — горестно воскликнула Маграт. — Нет, — сказала матушка. — Ни капельки. И звездам совершенно без разницы, чего ты там желаешь, и волшебство вовсе не делает жизнь лучше, а тот, кто сует руки в огонь, непременно обжигается.

    — Неужели в тебе нет ни капли романтики? — горестно воскликнула Маграт. — Нет, — сказала матушка. — Ни капельки. И звездам совершенно без разницы, чего ты там желаешь, и волшебство вовсе не делает жизнь лучше, а тот, кто сует руки в огонь, непременно обжигается.

    — матушка Ветровоск · книга
20. «

    — На самом деле, господин, я пришёл, чтобы поговорить об одном из наших студентов, — холодно произнёс он. — Студенты? – рявкнул аркканцлер. — Да, мэтр. Ну, такие тощие, с бледными лицами. Мы ведь Университет, нам без студентов нельзя. Они – часть Университета, как крысы…

    — На самом деле, господин, я пришёл, чтобы поговорить об одном из наших студентов, — холодно произнёс он. — Студенты? – рявкнул аркканцлер. — Да, мэтр. Ну, такие тощие, с бледными лицами. Мы ведь Университет, нам без студентов нельзя. Они – часть Университета, как крысы…

    — Наверн Чудакулли · книга