Уильям Фолкнер: 63 высказываний о главном

Ниже 63 цитаты Уильяма Фолкнера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Человек — сумма того и сего. Задачка на смешанные дроби с грязью, длинно и нудно сводимая к жизненному нулю — тупику страсти и праха.

   Человек — сумма того и сего. Задачка на смешанные дроби с грязью, длинно и нудно сводимая к жизненному нулю — тупику страсти и праха.

   — Шум и ярость · книга
2. «

   Пожалуй, они правы, помещая любовь в книги. Пожалуй, только там ей и место.

   Пожалуй, они правы, помещая любовь в книги. Пожалуй, только там ей и место.

   — Свет в августе · книга
3. «

   Ибо победить не дано человеку... <...> Даже и сразиться не дано. Дано лишь осознать на поле брани безрассудство своё и отчаянье; победа же — иллюзия философов и дураков.

   Ибо победить не дано человеку... <...> Даже и сразиться не дано. Дано лишь осознать на поле брани безрассудство своё и отчаянье; победа же — иллюзия философов и дураков.

   — Шум и ярость · книга
4. «

   Они отлично понимают, что письма годятся лишь на то, чтобы служить мостками, соединяющими интервалы между поступками.

   Они отлично понимают, что письма годятся лишь на то, чтобы служить мостками, соединяющими интервалы между поступками.

   — Хорес Бэнбоу · книга
5. «

   Солнцу час до горизонта, лежит на тучах, как кровавое яйцо; свет стал медным: глазу — зловещий, носу — серный, пахнет молнией.

   Солнцу час до горизонта, лежит на тучах, как кровавое яйцо; свет стал медным: глазу — зловещий, носу — серный, пахнет молнией.

   — Когда я умирала · книга
6. «

   Чтобы родить тебя, нужны двое, а чтобы умереть — один. Вот как кончится мир.

   Чтобы родить тебя, нужны двое, а чтобы умереть — один. Вот как кончится мир.

   — Дарл · книга
7. «

   — Но у них есть тайны, — пояснила она, — У Шекспира тайн нет. Он говорит все. — Понятно. Шекспиру не хватало сдержанно такта. Иначе говоря, он не был джентльменом. — Да… Пожалуй, это я и хотела сказать. — Итак, чтобы быть джентльменом, надо тайны.

   — Но у них есть тайны, — пояснила она, — У Шекспира тайн нет. Он говорит все. — Понятно. Шекспиру не хватало сдержанно такта. Иначе говоря, он не был джентльменом. — Да… Пожалуй, это я и хотела сказать. — Итак, чтобы быть джентльменом, надо тайны.

   — Хорес Бэнбоу · книга
8. «

   У художника нет времени слушать критиков. Тот, кто стремится быть писателем, читает рецензии, а у того, кто стремится творить литературу, на чтение рецензий нет времени.

   У художника нет времени слушать критиков. Тот, кто стремится быть писателем, читает рецензии, а у того, кто стремится творить литературу, на чтение рецензий нет времени.
9. «

   Никто, кроме меня, не знал, о чем и как я пишу. Сам я всегда знал: хорошо и точно я написал или нет. Никто другой не смог бы этого сказать. Если я считал, что получилось хорошо, мне было совершенно все равно, кто что мог подумать.

   Никто, кроме меня, не знал, о чем и как я пишу. Сам я всегда знал: хорошо и точно я написал или нет. Никто другой не смог бы этого сказать. Если я считал, что получилось хорошо, мне было совершенно все равно, кто что мог подумать.

   — Фолкнер · книга
10. «

    Не всем, кто толкует про небо, суждено туда попасть...

    Не всем, кто толкует про небо, суждено туда попасть...

    — Элнора · книга
11. «

    …к пяти годам нельзя накопить столько отчаяния, чтобы родилась надежда.

    …к пяти годам нельзя накопить столько отчаяния, чтобы родилась надежда.

    — Свет в августе · книга
12. «

    Вот ведь что самое удивительное: некоторые люди думают, будто зарабатывать или добывать деньги — это такая игра, где никаких правил нет.

    Вот ведь что самое удивительное: некоторые люди думают, будто зарабатывать или добывать деньги — это такая игра, где никаких правил нет.

    — Свет в августе · книга
13. «

    Это свободная страна. Люди имеют право писать мне письма, а я имею право не отвечать на них.

    Это свободная страна. Люди имеют право писать мне письма, а я имею право не отвечать на них.
14. «

    Ведь бывает, что наконец встретишь женщину, которая всю жизнь должна была принадлежать тебе, да только теперь уже поздно. И этой женщине в минуту встречи лет шестнадцать, а тебе девятнадцать <...>, и ты смотришь на эту женщину в первый, единственный раз и тут же ей говоришь: «Ты красивая. Я люблю тебя. Давай никогда не будем расставаться», — и она говорит: «Конечно», — одно слово, но оно значит: «Конечно, красивая. Конечно, любишь. Конечно, не будем». Только уж поздно. Она замужем за другим.

    Ведь бывает, что наконец встретишь женщину, которая всю жизнь должна была принадлежать тебе, да только теперь уже поздно. И этой женщине в минуту встречи лет шестнадцать, а тебе девятнадцать <...>, и ты смотришь на эту женщину в первый, единственный раз и тут же ей говоришь: «Ты красивая. Я люблю тебя. Давай никогда не будем расставаться», — и она говорит: «Конечно», — одно слово, но оно значит: «Конечно, красивая. Конечно, любишь. Конечно, не будем». Только уж поздно. Она замужем за другим.

    — Особняк · книга
15. «

    Нужно, ещё не видя зла, быть готовым дать ему отпор, сказать «нет»; нужно сказать «нет», ещё даже не зная, что это такое.

    Нужно, ещё не видя зла, быть готовым дать ему отпор, сказать «нет»; нужно сказать «нет», ещё даже не зная, что это такое.
16. «

    Богатство — ничто перед лицом Господа, потому что Он видит сердце.

    Богатство — ничто перед лицом Господа, потому что Он видит сердце.

    — Кэт · книга
17. «

    ... человек – это совокупность его бед.

    ... человек – это совокупность его бед.

    — Шум и ярость · книга
18. «

    И снова раздался плач Бена, звук безнадежный и длинный. Шум. Ничего более. Как если бы — игрой соединения планет — все горе, утесненье всех времен обрело на миг голос.

    И снова раздался плач Бена, звук безнадежный и длинный. Шум. Ничего более. Как если бы — игрой соединения планет — все горе, утесненье всех времен обрело на миг голос.

    — Квентин · книга
19. «

    Книги, которые я читаю, я читаю уже много лет. Ветхий завет, Диккенса, Флобера, Бальзака, Достоевского, Толстого, Шекспира. Это старые друзья.

    Книги, которые я читаю, я читаю уже много лет. Ветхий завет, Диккенса, Флобера, Бальзака, Достоевского, Толстого, Шекспира. Это старые друзья.

    — Фолкнер · книга
20. «

    Человек так мало знает о своих ближних. В его глазах все мужчины — или женщины — действуют из побуждений, которые двигали бы им самим, будь он настолько безумен, чтобы поступать, как другой мужчина — или женщина.

    Человек так мало знает о своих ближних. В его глазах все мужчины — или женщины — действуют из побуждений, которые двигали бы им самим, будь он настолько безумен, чтобы поступать, как другой мужчина — или женщина.

    — Свет в августе · книга