81 цитата Уильяма Голдинга для поста и дневника

Подборка из 81 цитата Уильяма Голдинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Для всего свои доктора есть, даже для мозгов.

   Для всего свои доктора есть, даже для мозгов.

   — Хрюша · книга
2. «

   ...и солнце злым глазом взирало вниз.

   ...и солнце злым глазом взирало вниз.

   — Повелитель мух · книга
3. «

   Вам это должно быть известно. Если угодно, такой же, как вы. Ничтожный. И я сознаю свое ничтожество. А вы? Вспомните Айво, Джослин. Вы сделали мальчишку каноником. Потому только, что его отец дал бревна для шпиля. Вот видите. У него столько же прав в соборе, сколько у вас. Или у меня. Но от него хоть меньше вреда. Он все время на охоте. А вы душили нас, как проклятие. Когда я видел вас, облеченного властью настоятеля, у меня порой сжималось сердце и перехватывало дыхание. И вот еще что я вам скажу. Хотя теперь над нами висит эта каменная глыба, среди каноников мир и согласие, словно бальзам пролился на наши души, потому что нет вас.

   Вам это должно быть известно. Если угодно, такой же, как вы. Ничтожный. И я сознаю свое ничтожество. А вы? Вспомните Айво, Джослин. Вы сделали мальчишку каноником. Потому только, что его отец дал бревна для шпиля. Вот видите. У него столько же прав в соборе, сколько у вас. Или у меня. Но от него хоть меньше вреда. Он все время на охоте. А вы душили нас, как проклятие. Когда я видел вас, облеченного властью настоятеля, у меня порой сжималось сердце и перехватывало дыхание. И вот еще что я вам скажу. Хотя теперь над нами висит эта каменная глыба, среди каноников мир и согласие, словно бальзам пролился на наши души, потому что нет вас.

   — Ансельм · книга
4. «

   Страсть к перу, право, всё равно, что страсть к бутылке. Человек должен научиться себя обуздывать.

   Страсть к перу, право, всё равно, что страсть к бутылке. Человек должен научиться себя обуздывать.

   — Ритуалы плаванья · книга
5. «

   Книги были полны слов — физическое воплощение бесконечного людского кудахтанья.

   Книги были полны слов — физическое воплощение бесконечного людского кудахтанья.

   — Зримая тьма · книга
6. «

   Объяснить тебе, в чем смысл нашей жизни? Подумай о мотыльке, который живет один только день. А вот тот ворон кое-что знает о вчерашнем и позавчерашнем дне. Ворон знает, что такое восход солнца. Быть может, он знает, что завтра солнце взойдет снова. А мотылек не знает. Ни один мотылек не знает, что такое восход! Вот так и мы с тобой! Нет, Роджер, я не собираюсь читать тебе проповедь о том, сколь кратка наша земная жизнь. Мы знаем, что она непереносимо длинна, и тем не менее ее надо перенести. Но в нашей жизни есть смысл, потому что мы оба – избранники. Мы как мотыльки. Мы не знаем, что нас ждет, когда поднимаемся вверх, фут за футом. Но мы должны прожить свой день с утра до вечера, прожить каждую его минуту, открывая что-то новое.

   Объяснить тебе, в чем смысл нашей жизни? Подумай о мотыльке, который живет один только день. А вот тот ворон кое-что знает о вчерашнем и позавчерашнем дне. Ворон знает, что такое восход солнца. Быть может, он знает, что завтра солнце взойдет снова. А мотылек не знает. Ни один мотылек не знает, что такое восход! Вот так и мы с тобой! Нет, Роджер, я не собираюсь читать тебе проповедь о том, сколь кратка наша земная жизнь. Мы знаем, что она непереносимо длинна, и тем не менее ее надо перенести. Но в нашей жизни есть смысл, потому что мы оба – избранники. Мы как мотыльки. Мы не знаем, что нас ждет, когда поднимаемся вверх, фут за футом. Но мы должны прожить свой день с утра до вечера, прожить каждую его минуту, открывая что-то новое.

   — Шпиль · книга
7. «

   – Я главный, – сказал Ральф. – Вы же сами меня выбрали. И мы решили следить за костром. А вы погнались за едой. – А ты не погнался? – крикнул Джек. – У самого в руках кость!

   – Я главный, – сказал Ральф. – Вы же сами меня выбрали. И мы решили следить за костром. А вы погнались за едой. – А ты не погнался? – крикнул Джек. – У самого в руках кость!

   — Ральф · книга
8. «

   Ральф застонал тихонько. Он устал. Измучился, но он боялся забыться, свалиться в колодец сна. Он боялся их. А может, взять и смело пойти прямо в крепость, сказать: «Чур, не трогать меня!» – засмеяться как ни в чём не бывало и заснуть рядом со всеми? Притвориться, что они всё ещё мальчики, школьники, те самые, что говорили: «Да, сэр!» – и ходили в школьных фуражках? Ясный полдень ещё мог бы ответить – да, но тьма и смертные ужасы отвечали – нет. Он лежал во тьме и знал, что он отщепенец. – Потому что я ещё что-то соображаю.

   Ральф застонал тихонько. Он устал. Измучился, но он боялся забыться, свалиться в колодец сна. Он боялся их. А может, взять и смело пойти прямо в крепость, сказать: «Чур, не трогать меня!» – засмеяться как ни в чём не бывало и заснуть рядом со всеми? Притвориться, что они всё ещё мальчики, школьники, те самые, что говорили: «Да, сэр!» – и ходили в школьных фуражках? Ясный полдень ещё мог бы ответить – да, но тьма и смертные ужасы отвечали – нет. Он лежал во тьме и знал, что он отщепенец. – Потому что я ещё что-то соображаю.

   — Ральф · книга
9. «

   А что есть любовь? Горе, растворенное в ненависти, ядовитый раствор, обжигающий нутро.

   А что есть любовь? Горе, растворенное в ненависти, ядовитый раствор, обжигающий нутро.

   — Воришка Мартин · книга
10. «

    Восемнадцать лет — самая удачная для страданий пора. Есть необходимые силы и никаких защитных приспособлений.

    Восемнадцать лет — самая удачная для страданий пора. Есть необходимые силы и никаких защитных приспособлений.

    — Пирамида · книга
11. «

    Они посмотрели друг на друга с изумлением, любовью и ненавистью. Понадобились солёные брызги и бухты, крики, барахтанье и смех, чтобы снова и их объединить.

    Они посмотрели друг на друга с изумлением, любовью и ненавистью. Понадобились солёные брызги и бухты, крики, барахтанье и смех, чтобы снова и их объединить.

    — Повелитель мух · книга
12. «

    Вышнее милосердие разборчиво.

    Вышнее милосердие разборчиво.

    — Зримая тьма · книга
13. «

    Свобода — вот что мне грозило. Я вам советую: нечего её и пробовать. Увидите, что она приходит, — бегите. А если она искушает вас бежать, оставайтесь на месте.

    Свобода — вот что мне грозило. Я вам советую: нечего её и пробовать. Увидите, что она приходит, — бегите. А если она искушает вас бежать, оставайтесь на месте.

    — Уилфред Баркли · книга
14. «

    Думаю, что во сне с его видениями мы тщимся избавить от мусора наш рассудок.

    Думаю, что во сне с его видениями мы тщимся избавить от мусора наш рассудок.

    — Двойной язык · книга
15. «

    Неважно, сильный ты или нет, а честность есть честность.

    Неважно, сильный ты или нет, а честность есть честность.

    — Повелитель мух · книга
16. «

    Есть рабы от природы.

    Есть рабы от природы.

    — Двойной язык · книга
17. «

    — Ну как, Роджер, сын мой? Мастер выпрямился, смахнул пыль с колен, отряхнул руки. Землекопы возобновили работу, лопаты зашуршали. – Вы поняли, что это значит, преподобный отец? – Лишь то, что легенды правы. Но ведь легенды всегда правы. – Вы, священники, выбираете себе легенды по вкусу.

    — Ну как, Роджер, сын мой? Мастер выпрямился, смахнул пыль с колен, отряхнул руки. Землекопы возобновили работу, лопаты зашуршали. – Вы поняли, что это значит, преподобный отец? – Лишь то, что легенды правы. Но ведь легенды всегда правы. – Вы, священники, выбираете себе легенды по вкусу.

    — Джослин (Jocelyn) · книга
18. «

    На свободе следует печатать официальное предупреждение, как на пачке сигарет! Учить этому в школах, проповедовать с амвонов, провозглашать в парламенте: господин спикер, слушайте, слушайте, ни за что не доверяйтесь ей, благородной деве!

    На свободе следует печатать официальное предупреждение, как на пачке сигарет! Учить этому в школах, проповедовать с амвонов, провозглашать в парламенте: господин спикер, слушайте, слушайте, ни за что не доверяйтесь ей, благородной деве!

    — Уилфрид Баркли · книга
19. «

    Я боюсь. Я нас самих боюсь.

    Я боюсь. Я нас самих боюсь.

    — Ральф · книга
20. «

    Люди могут внушить себе всё, что угодно. Это как ложная беременность — все симптомы есть, а ребёнка нет.

    Люди могут внушить себе всё, что угодно. Это как ложная беременность — все симптомы есть, а ребёнка нет.

    — Уилфрид Баркли · книга