75 цитат Уильяма Голдинга для тех, кто любит думать

Подборка из 75 цитат Уильяма Голдинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Для всего свои доктора есть, даже для мозгов.

   Для всего свои доктора есть, даже для мозгов.

   — Хрюша · книга
2. «

   Как же мне требовать от других то, чего я не могу сделать сам?

   Как же мне требовать от других то, чего я не могу сделать сам?

   — Ансельм · книга
3. «

   На войне жизнь утрачивает цену.

   На войне жизнь утрачивает цену.

   — Чрезвычайный посол · книга
4. «

   Старики стрекочут, как кузнечики, завидев проходящую мимо девушку.

   Старики стрекочут, как кузнечики, завидев проходящую мимо девушку.

   — Уилфрид Баркли · книга
5. «

   ... люди не всегда верят в то, во что, по их словам, они верят.

   ... люди не всегда верят в то, во что, по их словам, они верят.

   — Двойной язык · книга
6. «

   Я боюсь. Я нас самих боюсь.

   Я боюсь. Я нас самих боюсь.

   — Ральф · книга
7. «

   Писатель — это не актер и не музыкант. Лицо — не его достоинство. Скорее недостаток, но может быть, и нет. Писатель безличен.

   Писатель — это не актер и не музыкант. Лицо — не его достоинство. Скорее недостаток, но может быть, и нет. Писатель безличен.

   — Уилфред Баркли · книга
8. «

   День совсем ушёл с опушки, стёрся с неба. Тьма хлынула на лес, затопляя проходы между стволами, пока они не стали тусклыми и чужими, как дно морское. Вместо свечек на кустах раскрылись большие белые цветы, и уже их колол стеклянный свет первых звёзд. Запах цветов вылился в воздух и заполонил остров.

   День совсем ушёл с опушки, стёрся с неба. Тьма хлынула на лес, затопляя проходы между стволами, пока они не стали тусклыми и чужими, как дно морское. Вместо свечек на кустах раскрылись большие белые цветы, и уже их колол стеклянный свет первых звёзд. Запах цветов вылился в воздух и заполонил остров.

   — Повелитель мух · книга
9. «

   С тоской увидел я в этом козни моего вечного врага: дух фарса вновь взялся за свои проделки.

   С тоской увидел я в этом козни моего вечного врага: дух фарса вновь взялся за свои проделки.

   — Уилфред Баркли · книга
10. «

    Господи, да она ещё в трансе новобрачной! Она исполнена тайного довольства тем, что она отныне знает и чего не знает никто другой, женской радости самоотдачи, знания, что ты чье-то владение, чья-то рабыня, и что ты должна скрывать это от мужа именно тогда, когда получаешь наслаждение, заставлять его поверить, что ты просто играешь там, где, как тебе прекрасно известно, и заключена суть человеческой жизни.

    Господи, да она ещё в трансе новобрачной! Она исполнена тайного довольства тем, что она отныне знает и чего не знает никто другой, женской радости самоотдачи, знания, что ты чье-то владение, чья-то рабыня, и что ты должна скрывать это от мужа именно тогда, когда получаешь наслаждение, заставлять его поверить, что ты просто играешь там, где, как тебе прекрасно известно, и заключена суть человеческой жизни.

    — Уилфрид Баркли · книга
11. «

    Мне казалось, это будет просто. Мне казалось, шпиль завершит каменную Библию, станет каменным Апокалипсисом. В своем безумии я и не подозревал, что с каждым шагом мне будет дан новый урок и новая сила. И некому было наставить меня. Я должен был строить, повинуясь лишь своей вере, не слушая ничьих советов. Другого пути не было. Но при этом люди притупляются, как плохой резец, или срываются, как топор с топорища. Я слишком был поглощен своим видением, чтобы принять это в расчет, и, кроме видения, не нуждался ни в чем.

    Мне казалось, это будет просто. Мне казалось, шпиль завершит каменную Библию, станет каменным Апокалипсисом. В своем безумии я и не подозревал, что с каждым шагом мне будет дан новый урок и новая сила. И некому было наставить меня. Я должен был строить, повинуясь лишь своей вере, не слушая ничьих советов. Другого пути не было. Но при этом люди притупляются, как плохой резец, или срываются, как топор с топорища. Я слишком был поглощен своим видением, чтобы принять это в расчет, и, кроме видения, не нуждался ни в чем.

    — Джослин (Jocelyn) · книга
12. «

    Вышнее милосердие разборчиво.

    Вышнее милосердие разборчиво.

    — Зримая тьма · книга
13. «

    Книги были полны слов — физическое воплощение бесконечного людского кудахтанья.

    Книги были полны слов — физическое воплощение бесконечного людского кудахтанья.

    — Зримая тьма · книга
14. «

    Он вдруг понял, как утомительна жизнь, когда приходится заново прокладывать каждую тропку и чуть не все время, пока не спишь, ты следишь за своими вышагивающими ногами.

    Он вдруг понял, как утомительна жизнь, когда приходится заново прокладывать каждую тропку и чуть не все время, пока не спишь, ты следишь за своими вышагивающими ногами.

    — Повелитель мух · книга
15. «

    ... От бури не осталось следа, берег блистал, как наточенное лезвие. Гора и небо сияли в жаре, в головокружительной дали; и приподнятый миражем риф плыл по серебряному пруду на полпути к небу...

    ... От бури не осталось следа, берег блистал, как наточенное лезвие. Гора и небо сияли в жаре, в головокружительной дали; и приподнятый миражем риф плыл по серебряному пруду на полпути к небу...

    — Повелитель мух · книга
16. «

    Люди могут внушить себе всё, что угодно. Это как ложная беременность — все симптомы есть, а ребёнка нет.

    Люди могут внушить себе всё, что угодно. Это как ложная беременность — все симптомы есть, а ребёнка нет.

    — Уилфрид Баркли · книга
17. «

    Да, конечно, наши грехи всегда нас найдут, Всевышний вездесущ с блокнотом и фотокамерой, и он не дает нам принять желаемую позу, а просто фиксирует картину по своему непостижимому усмотрению, к нашему вящему позору.

    Да, конечно, наши грехи всегда нас найдут, Всевышний вездесущ с блокнотом и фотокамерой, и он не дает нам принять желаемую позу, а просто фиксирует картину по своему непостижимому усмотрению, к нашему вящему позору.

    — Уилфред Баркли · книга
18. «

    Неважно, сильный ты или нет, а честность есть честность.

    Неважно, сильный ты или нет, а честность есть честность.

    — Повелитель мух · книга
19. «

    Все всегда оказываются не такими, как от них ждешь.

    Все всегда оказываются не такими, как от них ждешь.

    — Повелитель мух · книга
20. «

    Есть такие выражения, которые читаются подобно крупному шрифту, и самые выдающиеся среди них — презрение и неприязнь.

    Есть такие выражения, которые читаются подобно крупному шрифту, и самые выдающиеся среди них — презрение и неприязнь.

    — Уилфред Баркли · книга