125 цитат от Уильяма Сомерсета Моэма

Подборка из 125 цитат Уильяма Сомерсета Моэма: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ...для человека, привыкшего к чтению, оно становится наркотиком, а сам он — его рабом. Попробуйте отнять у него книги, и он станет мрачным, дерганым и беспокойным, а потом, подобно алкоголику, который, если оставить его без спиртного, набрасывается на полки.

   ...для человека, привыкшего к чтению, оно становится наркотиком, а сам он — его рабом. Попробуйте отнять у него книги, и он станет мрачным, дерганым и беспокойным, а потом, подобно алкоголику, который, если оставить его без спиртного, набрасывается на полки.
2. «

   Когда человека нет рядом, его идеализируешь, на расстоянии чувство обостряется, это верно, а увидишь его снова — и удивляешься, что ты в нем находил.

   Когда человека нет рядом, его идеализируешь, на расстоянии чувство обостряется, это верно, а увидишь его снова — и удивляешься, что ты в нем находил.

   — Саймон · книга
3. «

   Говорят женщины тщеславны; да они просто сама скромность по сравнению с мужчинами.

   Говорят женщины тщеславны; да они просто сама скромность по сравнению с мужчинами.

   — Джулия Ламберт · книга
4. «

   Люди злы в той мере, в какой несчастны.

   Люди злы в той мере, в какой несчастны.
5. «

   Люди больше всего на свете любят наклеить на другого человека ярлык, который раз и навсегда освобождает их от необходимости думать.

   Люди больше всего на свете любят наклеить на другого человека ярлык, который раз и навсегда освобождает их от необходимости думать.
6. «

   Удивительно, какие разные чувства вызывает в разных людях одна и та же музыка.

   Удивительно, какие разные чувства вызывает в разных людях одна и та же музыка.

   — Рождественские каникулы · книга
7. «

   — Ты начисто лишен самолюбия, это редчайшее свойство. — Я люблю ее куда больше, чем самого себя. Мне кажется, самолюбие примешивается к любви, только когда ты больше любишь самого себя. Ведь женатые мужчины сплошь и рядом увлекаются другими женщинами; а потом все проходит, они возвращаются в семью, и люди считают это вполне естественным. Почему с женщинами должно быть по-другому? — Рассуждение довольно логичное, — рассмеялся я, — но большинство мужчин иначе устроено; они не могут простить и этим все сказано.

   — Ты начисто лишен самолюбия, это редчайшее свойство. — Я люблю ее куда больше, чем самого себя. Мне кажется, самолюбие примешивается к любви, только когда ты больше любишь самого себя. Ведь женатые мужчины сплошь и рядом увлекаются другими женщинами; а потом все проходит, они возвращаются в семью, и люди считают это вполне естественным. Почему с женщинами должно быть по-другому? — Рассуждение довольно логичное, — рассмеялся я, — но большинство мужчин иначе устроено; они не могут простить и этим все сказано.

   — Дирк Струве · книга
8. «

   Увы, так всегда бывает. Один любит, а другой разрешает, чтобы его любили.

   Увы, так всегда бывает. Один любит, а другой разрешает, чтобы его любили.

   — Филип Кэри · книга
9. «

   — Вы когда-нибудь думаете о смерти? — Зачем? Она того не стоит.

   — Вы когда-нибудь думаете о смерти? — Зачем? Она того не стоит.

   — Чарльз Стрикленд · книга
10. «

    Великое это несчастье — иметь сердце.

    Великое это несчастье — иметь сердце.

    — W. Somerset Maugham · книга
11. «

    Мир состоит из меня, моих мыслей, моих чувств; всё остальное — мираж, чистое воображение. Жизнь — сон, где я сам создаю образы, которые проходят передо мной. Жизнь — это последовательный сон, и когда он перестает сниться, весь мир с его красотой и болью, печалями, с его невообразимым разнообразием перестает существовать.

    Мир состоит из меня, моих мыслей, моих чувств; всё остальное — мираж, чистое воображение. Жизнь — сон, где я сам создаю образы, которые проходят передо мной. Жизнь — это последовательный сон, и когда он перестает сниться, весь мир с его красотой и болью, печалями, с его невообразимым разнообразием перестает существовать.

    — Малый уголок · книга
12. «

    Человек – только мельчайшая песчинка в огромном людском водовороте, захлестнувшем на короткий миг земную поверхность; но он становится всесильным, как только разгадает тайну, что и хаос – ничто.

    Человек – только мельчайшая песчинка в огромном людском водовороте, захлестнувшем на короткий миг земную поверхность; но он становится всесильным, как только разгадает тайну, что и хаос – ничто.

    — Бремя страстей человеческих · книга
13. «

    Люди говорят одно, а делают другое — это один из самых забавных спектаклей, которые предлагает нам жизнь.

    Люди говорят одно, а делают другое — это один из самых забавных спектаклей, которые предлагает нам жизнь.

    — Доктор Сондерс · книга
14. «

    Не каждому дано обрести утешение в искусстве или философии. Трагедия нашего времени в том и состоит, что эти простые души утратили веру в Бога, на которого некогда уповали, и надежду на загробную жизнь и на счастье, которого они лишены в этом мире; взамен же они не нашли ничего.

    Не каждому дано обрести утешение в искусстве или философии. Трагедия нашего времени в том и состоит, что эти простые души утратили веру в Бога, на которого некогда уповали, и надежду на загробную жизнь и на счастье, которого они лишены в этом мире; взамен же они не нашли ничего.

    — Санаторий · книга
15. «

    Отложить удовольствие — значит увеличить его.

    Отложить удовольствие — значит увеличить его.

    — Малый уголок · книга
16. «

    Смелые слова, которые кажутся столь новыми тому, кто их произносит, были, и почти с теми же интонациями, произнесены сотни раз.

    Смелые слова, которые кажутся столь новыми тому, кто их произносит, были, и почти с теми же интонациями, произнесены сотни раз.

    — Луна и грош · книга
17. «

    Это был человек, который не видел жизни своими глазами, а постигал её только через книги и был вдвойне опасен тем, что убедил себя в своей искренности. Он непритворно принимал свою похоть за возвышенные чувства, слабодушие — за непостоянство артистической натуры, лень — за философское спокойствие. Ум его, пошлый в своих потугах на утонченность, воспринимал все в чуть-чуть преувеличенном виде, расплывчато, сквозь позолоченный туман сентиментальности. Он лгал, не зная, что лжет, а когда другие в этом его попрекали, говорил, что ложь прекрасна. Словом он был идеалист.

    Это был человек, который не видел жизни своими глазами, а постигал её только через книги и был вдвойне опасен тем, что убедил себя в своей искренности. Он непритворно принимал свою похоть за возвышенные чувства, слабодушие — за непостоянство артистической натуры, лень — за философское спокойствие. Ум его, пошлый в своих потугах на утонченность, воспринимал все в чуть-чуть преувеличенном виде, расплывчато, сквозь позолоченный туман сентиментальности. Он лгал, не зная, что лжет, а когда другие в этом его попрекали, говорил, что ложь прекрасна. Словом он был идеалист.

    — Бремя страстей человеческих · книга
18. «

    Ей хотелось ощутить к нему презрение, потому что пока она его только ненавидела, она ещё была слишком близка к любви и знала это.

    Ей хотелось ощутить к нему презрение, потому что пока она его только ненавидела, она ещё была слишком близка к любви и знала это.

    — W. Somerset Maugham · книга
19. «

    Как замечательно чувствовать, что твоё сердце принадлежит тебе одной, это вселяет такую веру в себя.

    Как замечательно чувствовать, что твоё сердце принадлежит тебе одной, это вселяет такую веру в себя.

    — Театр · книга
20. «

    Ничего не поделаешь, люди редко бывают довольны тем, что они имеют, им подавай всё новое да новое, и так без конца.

    Ничего не поделаешь, люди редко бывают довольны тем, что они имеют, им подавай всё новое да новое, и так без конца.

    — Джулия Ламберт · книга