135 коротких цитат Уильяма Сомерсета Моэма

Подборка из 135 цитат Уильяма Сомерсета Моэма: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Неудача — основа успеха, а в успехе таится зародыш неудачи; но кто скажет, когда одно сменится другим?

   Неудача — основа успеха, а в успехе таится зародыш неудачи; но кто скажет, когда одно сменится другим?

   — W. Somerset Maugham · книга
2. «

   Я бы любил тебя, если бы мог найти. Но где ты? Если содрать с тебя твой эксгибиционизм, забрать мастерство, снять, как снимают шелуху с луковицы, слой за слоем притворство, неискренность, избитые цитаты из старых ролей и обрывки поддельных чувств, доберешься ли наконец до твоей души?

   Я бы любил тебя, если бы мог найти. Но где ты? Если содрать с тебя твой эксгибиционизм, забрать мастерство, снять, как снимают шелуху с луковицы, слой за слоем притворство, неискренность, избитые цитаты из старых ролей и обрывки поддельных чувств, доберешься ли наконец до твоей души?

   — Роджер · книга
3. «

   Как ни странно, женщинам льстит, когда на них смотрят с одной мыслью — повалить поскорей на кровать.

   Как ни странно, женщинам льстит, когда на них смотрят с одной мыслью — повалить поскорей на кровать.

   — Театр · книга
4. «

   Вот уже 20 лет, как он не мог решить вопрос: любит он алкоголь за то, что он развязывает ему язык, или же любит беседу за то, что она вызывает у него жажду.

   Вот уже 20 лет, как он не мог решить вопрос: любит он алкоголь за то, что он развязывает ему язык, или же любит беседу за то, что она вызывает у него жажду.

   — Бремя страстей человеческих · книга
5. «

   Удивительно, какие разные чувства вызывает в разных людях одна и та же музыка.

   Удивительно, какие разные чувства вызывает в разных людях одна и та же музыка.

   — Рождественские каникулы · книга
6. «

   Присвоивши себе ту или иную маску, человек со временем так привыкает к ней, что и вправду становится тем, чем сначала хотел казаться.

   Присвоивши себе ту или иную маску, человек со временем так привыкает к ней, что и вправду становится тем, чем сначала хотел казаться.

   — Луна и грош · книга
7. «

   Всякий человек ощущает свое тело как особый и самостоятельный организм, но отнюдь не каждый осознает свое «я» как самостоятельную и независимую личность.

   Всякий человек ощущает свое тело как особый и самостоятельный организм, но отнюдь не каждый осознает свое «я» как самостоятельную и независимую личность.

   — Бремя страстей человеческих · книга
8. «

   Страстные звуки музыки проникали в его душу, смешиваясь с его собственной любовью и его собственным горем, и он забыл обо всём на свете.

   Страстные звуки музыки проникали в его душу, смешиваясь с его собственной любовью и его собственным горем, и он забыл обо всём на свете.

   — Маг · книга
9. «

   ... знал, что мужчина никогда не должен извиняться, так же, как и Каталина понимала, что упреки ни к чему не приведут. Какими бы ужасными ни были его проступки, мужчина только раздражается, когда о них говорят ему в лицо. Умная женщина удовлетворится тем, что они будут тяготить совесть мужчины, если она у него есть, а если нет, то обвинения тем более бесполезны.

   ... знал, что мужчина никогда не должен извиняться, так же, как и Каталина понимала, что упреки ни к чему не приведут. Какими бы ужасными ни были его проступки, мужчина только раздражается, когда о них говорят ему в лицо. Умная женщина удовлетворится тем, что они будут тяготить совесть мужчины, если она у него есть, а если нет, то обвинения тем более бесполезны.

   — Каталина · книга
10. «

    Доброта — единственная ценность в этом иллюзорном мире, которая может быть самоцелью.

    Доброта — единственная ценность в этом иллюзорном мире, которая может быть самоцелью.
11. «

    Расстояние скорее вопрос времени, чем пространства...

    Расстояние скорее вопрос времени, чем пространства...

    — Малый уголок · книга
12. «

    Беда моя в том, что я не умею ненавидеть людей, которые заставляют меня смеяться.

    Беда моя в том, что я не умею ненавидеть людей, которые заставляют меня смеяться.

    — Луна и грош · книга
13. «

    Искусство — это убежище от жизненной скуки, придуманное изобретательными людьми, пресыщенными едою и женщинами.

    Искусство — это убежище от жизненной скуки, придуманное изобретательными людьми, пресыщенными едою и женщинами.

    — Кроншоу · книга
14. «

    Согласен: у меня нет ни воображения, ни чувства юмора. Я обыкновенный практичный человек и ясно вижу всё лишь в пределах длины собственного носа. К счастью, он у меня довольно большой.

    Согласен: у меня нет ни воображения, ни чувства юмора. Я обыкновенный практичный человек и ясно вижу всё лишь в пределах длины собственного носа. К счастью, он у меня довольно большой.

    — Артур Бардон · книга
15. «

    В любви разница между мужчиной и женщиной в том, что женщина любит весь день напролёт, а мужчина — только урывками.

    В любви разница между мужчиной и женщиной в том, что женщина любит весь день напролёт, а мужчина — только урывками.

    — Луна и грош · книга
16. «

    Жизнь большинства людей определяется их окружением. Обстоятельства, в которые ставит их судьба, они принимают не только с покорностью, но и охотно. Они похожи на трамваи, вполне довольные тем, что бегут по своим рельсам, и презирающие веселый маленький автомобиль, который шныряет туда-сюда среди уличного движения и резво мчится по деревенским дорогам. Я уважаю таких людей: это хорошие граждане, хорошие мужья и отцы, и, кроме того, должен же кто-то платить налоги; но они меня не волнуют. Куда интереснее, на мой взгляд, люди — надо сказать, весьма редкие, — которые берут жизнь в руки и как бы лепят ее по своему вкусу. Может быть, свобода воли нам вообще не дана, но иллюзия ее нас не покидает. На развилке дорог нам кажется, что мы вольны пойти и направо и налево, когда же выбор сделан, трудно увидеть, что нас подвел к нему весь ход мировой истории.

    Жизнь большинства людей определяется их окружением. Обстоятельства, в которые ставит их судьба, они принимают не только с покорностью, но и охотно. Они похожи на трамваи, вполне довольные тем, что бегут по своим рельсам, и презирающие веселый маленький автомобиль, который шныряет туда-сюда среди уличного движения и резво мчится по деревенским дорогам. Я уважаю таких людей: это хорошие граждане, хорошие мужья и отцы, и, кроме того, должен же кто-то платить налоги; но они меня не волнуют. Куда интереснее, на мой взгляд, люди — надо сказать, весьма редкие, — которые берут жизнь в руки и как бы лепят ее по своему вкусу. Может быть, свобода воли нам вообще не дана, но иллюзия ее нас не покидает. На развилке дорог нам кажется, что мы вольны пойти и направо и налево, когда же выбор сделан, трудно увидеть, что нас подвел к нему весь ход мировой истории.

    — Мэйхью · книга
17. «

    Свои несчастья можно научиться принимать без ропота; но спокойно взирать на чужие несчастья, которые так часто кажутся незаслуженными, — на это способны только философы, одержимые совершенством абсолюта.

    Свои несчастья можно научиться принимать без ропота; но спокойно взирать на чужие несчастья, которые так часто кажутся незаслуженными, — на это способны только философы, одержимые совершенством абсолюта.

    — Подводя итоги · книга
18. «

    Влюблённые находят тысячи способов убедить себя в том, что раз им чего-то хочется, значит, это разумно. Отсюда, думается мне, и огромное количество неудавшихся браков.

    Влюблённые находят тысячи способов убедить себя в том, что раз им чего-то хочется, значит, это разумно. Отсюда, думается мне, и огромное количество неудавшихся браков.

    — Острие бритвы · книга
19. «

    ...насколько меньше чувствуют обязательства те, кому оказывают услугу, чем те, кто её оказывает.

    ...насколько меньше чувствуют обязательства те, кому оказывают услугу, чем те, кто её оказывает.

    — Бремя страстей человеческих · книга
20. «

    Жертвуя собой, человек становится выше бога, ибо как может бог, бесконечный и всемогущий, пожертвовать собой? В лучшем случае он может принести в жертву своего единственного сына.

    Жертвуя собой, человек становится выше бога, ибо как может бог, бесконечный и всемогущий, пожертвовать собой? В лучшем случае он может принести в жертву своего единственного сына.

    — Острие бритвы · книга