447 цитат Уильяма Сомерсета Моэма

Подборка из 447 цитат Уильяма Сомерсета Моэма: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Дьявол всегда сумеет подыскать и обернуть в свою пользу цитату из Библии.

   Дьявол всегда сумеет подыскать и обернуть в свою пользу цитату из Библии.

   — Луна и грош · книга
2. «

   Люди регулярно портят себе жизнь, упорно делая то, против чего восстают их чувства.

   Люди регулярно портят себе жизнь, упорно делая то, против чего восстают их чувства.
3. «

   Памятник художнику — его творения.

   Памятник художнику — его творения.

   — Луна и грош · книга
4. «

   Его всегда удивляло, почему она совсем не нравилась ему по утрам и не слишком нравилась днём, но зато вечером его волновало малейшее прикосновение её руки.

   Его всегда удивляло, почему она совсем не нравилась ему по утрам и не слишком нравилась днём, но зато вечером его волновало малейшее прикосновение её руки.

   — Бремя страстей человеческих · книга
5. «

   Хорошо одетый человек — это тот, на чью одежду не обращают внимания.

   Хорошо одетый человек — это тот, на чью одежду не обращают внимания.
6. «

   Одно утешение — может быть, я не выглядел таким дураком, каким себя чувствовал.

   Одно утешение — может быть, я не выглядел таким дураком, каким себя чувствовал.

   — Пустячный случай · книга
7. «

   Женщина может простить мужчине зло, которое он причинил ей, но жертв, которые он ей принёс, она не прощает.

   Женщина может простить мужчине зло, которое он причинил ей, но жертв, которые он ей принёс, она не прощает.

   — Луна и грош · книга
8. «

   Ведь это иллюзия, будто юность всегда счастлива, — иллюзия тех, кто давно расстался с юностью; молодые знают, сколько им приходится испытывать горя, ведь они полны ложных идеалов, внушенных им с детства, а придя в столкновение с реальностью, они чувствуют, как она бьет их и ранит. Молодежи начинает казаться, что она стала жертвой какого-то заговора: книги, подобранные для них взрослыми, где все так идеализировано, разговоры со старшими, которые видят прошлое сквозь дымку забвения, — всё это готовит к жизни, совсем не похожей на действительность. Молодёжи приходится открывать самой, что все, о чем она читала и о чем ей твердили, — ложь, ложь и ложь; а каждое такое открытие — ещё один гвоздь, пронзающий юное тело, распятое на кресте человеческого существования.

   Ведь это иллюзия, будто юность всегда счастлива, — иллюзия тех, кто давно расстался с юностью; молодые знают, сколько им приходится испытывать горя, ведь они полны ложных идеалов, внушенных им с детства, а придя в столкновение с реальностью, они чувствуют, как она бьет их и ранит. Молодежи начинает казаться, что она стала жертвой какого-то заговора: книги, подобранные для них взрослыми, где все так идеализировано, разговоры со старшими, которые видят прошлое сквозь дымку забвения, — всё это готовит к жизни, совсем не похожей на действительность. Молодёжи приходится открывать самой, что все, о чем она читала и о чем ей твердили, — ложь, ложь и ложь; а каждое такое открытие — ещё один гвоздь, пронзающий юное тело, распятое на кресте человеческого существования.

   — Бремя страстей человеческих · книга
9. «

   И женщины могут хранить тайны. Но они не могут умолчать о том, что они умолчали о тайне.

   И женщины могут хранить тайны. Но они не могут умолчать о том, что они умолчали о тайне.
10. «

    Женщина, которая ведет счет не только своим деньгам, но и деньгам своего любовника, — хорошая женщина.

    Женщина, которая ведет счет не только своим деньгам, но и деньгам своего любовника, — хорошая женщина.

    — Ашиль Гаен · книга
11. «

    Люди говорят одно, а делают другое — это один из самых забавных спектаклей, которые предлагает нам жизнь.

    Люди говорят одно, а делают другое — это один из самых забавных спектаклей, которые предлагает нам жизнь.

    — Доктор Сондерс · книга
12. «

    Роджер утверждает, что мы не существуем. Как раз наоборот, только мы и существуем. Они тени, мы вкладываем в них телесное содержание. Мы — символы всей этой беспорядочной, бесцельной борьбы, которая называется жизнью, а только символ реален. Говорят: игра — притворство. Это притворство и есть единственная реальность.

    Роджер утверждает, что мы не существуем. Как раз наоборот, только мы и существуем. Они тени, мы вкладываем в них телесное содержание. Мы — символы всей этой беспорядочной, бесцельной борьбы, которая называется жизнью, а только символ реален. Говорят: игра — притворство. Это притворство и есть единственная реальность.

    — Театр · книга
13. «

    Я не думаю о прошлом, значение имеет только вечное сегодня.

    Я не думаю о прошлом, значение имеет только вечное сегодня.

    — Чарльз Стрикленд · книга
14. «

    Отдых, покой, тишина, одиночество. Похоже, такую роскошь могут себе позволить только очень богатые, а ведь это ничего не стоит. Странно, что так трудно этого достичь.

    Отдых, покой, тишина, одиночество. Похоже, такую роскошь могут себе позволить только очень богатые, а ведь это ничего не стоит. Странно, что так трудно этого достичь.

    — Рождественские каникулы · книга
15. «

    Когда я увидел её впервые, мне показалось, что новый мир открылся моей душе.

    Когда я увидел её впервые, мне показалось, что новый мир открылся моей душе.

    — Артур Бардон · книга
16. «

    Нет ничего более лживого в этом мире, чем поступки. Они обычно обусловлены обстоятельствами и не имеют ничего общего с характером человека.

    Нет ничего более лживого в этом мире, чем поступки. Они обычно обусловлены обстоятельствами и не имеют ничего общего с характером человека.

    — Джеймс Парсонс · книга
17. «

    Если бы я представляла, что они намерены позволить себе со мной вольности, я бы по крайней мере заранее попросила у них визитные карточки.

    Если бы я представляла, что они намерены позволить себе со мной вольности, я бы по крайней мере заранее попросила у них визитные карточки.

    — Джулия Ламберт · книга
18. «

    Они безжалостны. Они невероятно жестоки в своей доброте, в заботе о моём благополучии.

    Они безжалостны. Они невероятно жестоки в своей доброте, в заботе о моём благополучии.

    — Джеймс Парсонс · книга
19. «

    Дымок папиросы растаял в воздухе — вот она, человеческая жизнь.

    Дымок папиросы растаял в воздухе — вот она, человеческая жизнь.

    — W. Somerset Maugham · книга
20. «

    Я часто с недоумением замечал в женщинах страсть эффектно вести себя у смертного одра тех, кого они любят. Временами мне даже казалось, что они досадуют на долговечность близких, не позволяющую им разыграть красивую сцену.

    Я часто с недоумением замечал в женщинах страсть эффектно вести себя у смертного одра тех, кого они любят. Временами мне даже казалось, что они досадуют на долговечность близких, не позволяющую им разыграть красивую сцену.

    — Луна и грош · книга