460 фраз Уильяма Сомерсета Моэма для статуса

Подборка из 460 цитат Уильяма Сомерсета Моэма: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Сострадание подтачивает разум, а результатом, и слишком часто, становится беда.

   Сострадание подтачивает разум, а результатом, и слишком часто, становится беда.

   — Джеймс Парсонс · книга
2. «

   Когда любишь, самая тяжёлая ноша — невозможность что-либо сделать для дорогого тебе человека, а когда появляется шанс сослужить ему службу, это всегда легко и приятно.

   Когда любишь, самая тяжёлая ноша — невозможность что-либо сделать для дорогого тебе человека, а когда появляется шанс сослужить ему службу, это всегда легко и приятно.

   — Герой · книга
3. «

   В сутках двадцать четыре часа, а вершины своей чувство достигает лишь в редкие минуты.

   В сутках двадцать четыре часа, а вершины своей чувство достигает лишь в редкие минуты.

   — Луна и грош · книга
4. «

   ...насколько меньше чувствуют обязательства те, кому оказывают услугу, чем те, кто её оказывает.

   ...насколько меньше чувствуют обязательства те, кому оказывают услугу, чем те, кто её оказывает.

   — Бремя страстей человеческих · книга
5. «

   Если ты женщина, то можешь играть.

   Если ты женщина, то можешь играть.

   — На вилле · книга
6. «

   Разве делать то, к чему у тебя лежит душа, жить так, как ты хочешь жить, и не знать внутреннего разлада — значит исковеркать себе жизнь? И такое ли уж это счастье быть видным хирургом, зарабатывать десять тысяч фунтов в год и иметь красавицу жену? Мне думется, все определяется тем, чего ты ищешь в жизни, и еще тем, что ты спрашиваешь с себя и с других.

   Разве делать то, к чему у тебя лежит душа, жить так, как ты хочешь жить, и не знать внутреннего разлада — значит исковеркать себе жизнь? И такое ли уж это счастье быть видным хирургом, зарабатывать десять тысяч фунтов в год и иметь красавицу жену? Мне думется, все определяется тем, чего ты ищешь в жизни, и еще тем, что ты спрашиваешь с себя и с других.

   — Луна и грош · книга
7. «

   ...искусством лучше не обьедаться...

   ...искусством лучше не обьедаться...

   — мисс Прайс · книга
8. «

   Молодые нетерпимы, скажи им то, что диктует здравый смысл, они тут же сочтут тебя старым обманщиком.

   Молодые нетерпимы, скажи им то, что диктует здравый смысл, они тут же сочтут тебя старым обманщиком.

   — Рождественские каникулы · книга
9. «

   Трудно пройти по острию бритвы; так же труден, говорят мудрецы, путь, ведущий к спасению.

   Трудно пройти по острию бритвы; так же труден, говорят мудрецы, путь, ведущий к спасению.

   — Катха Упанишады · книга
10. «

    Любовь облекает в плоть и кровь иллюзию, и человек, отдавая себе отчёт в том, что это иллюзия, всё же любит её больше действительности. Она делает его больше, чем он есть, и в то же время — меньше. Он перестает быть самим собою. Он уже не личность, а предмет, орудие для достижения цели, чуждой его «я».

    Любовь облекает в плоть и кровь иллюзию, и человек, отдавая себе отчёт в том, что это иллюзия, всё же любит её больше действительности. Она делает его больше, чем он есть, и в то же время — меньше. Он перестает быть самим собою. Он уже не личность, а предмет, орудие для достижения цели, чуждой его «я».

    — Луна и грош · книга
11. «

    Меня особенно пленяет мысль, что постигнуть Реальность можно с помощью знания. В более поздние эпохи индийские мудрецы, снисходя к человеческой слабости, допускали, что спасения можно достигнуть также через любовь и добрые дела, но они никогда не отрицали, что самый достойный, хоть и самый трудный путь — это путь познания, потому что орудие его — самое драгоценное, чем обладает человек, — разум.

    Меня особенно пленяет мысль, что постигнуть Реальность можно с помощью знания. В более поздние эпохи индийские мудрецы, снисходя к человеческой слабости, допускали, что спасения можно достигнуть также через любовь и добрые дела, но они никогда не отрицали, что самый достойный, хоть и самый трудный путь — это путь познания, потому что орудие его — самое драгоценное, чем обладает человек, — разум.

    — Ларри (Larry) · книга
12. «

    Брак, устроенный с должным учетом общественного и материального положения и общности интересов, имеет все преимущества перед браком по любви.

    Брак, устроенный с должным учетом общественного и материального положения и общности интересов, имеет все преимущества перед браком по любви.

    — Острие бритвы · книга
13. «

    Существует мнение, что, когда человек ни на что иное не пригоден, он становится писателем.

    Существует мнение, что, когда человек ни на что иное не пригоден, он становится писателем.

    — Сомерсет Моэм · книга
14. «

    Ты не понимаешь одного: актерская игра не жизнь, это искусство, искусство же — то, что ты сам творишь. Настоящее горе уродливо; задача актера представить его не только правдиво, но и красиво. Если бы я действительно умирала, как умираю в полдюжине пьес, думаешь, меня заботило бы, достаточно ли изящны мои жесты и слышны ли мои бессвязные слова в последнем ряду галерки? Коль это подделка, то не больше, чем соната Бетховена, и я такой же шарлатан, как пианист, который играет ее.

    Ты не понимаешь одного: актерская игра не жизнь, это искусство, искусство же — то, что ты сам творишь. Настоящее горе уродливо; задача актера представить его не только правдиво, но и красиво. Если бы я действительно умирала, как умираю в полдюжине пьес, думаешь, меня заботило бы, достаточно ли изящны мои жесты и слышны ли мои бессвязные слова в последнем ряду галерки? Коль это подделка, то не больше, чем соната Бетховена, и я такой же шарлатан, как пианист, который играет ее.

    — Джулия Ламберт · книга
15. «

    Женщины всегда с нежностью вспоминают своего первого возлюбленного, но всегда ли им удается вспомнить, кто был первым?

    Женщины всегда с нежностью вспоминают своего первого возлюбленного, но всегда ли им удается вспомнить, кто был первым?

    — Луна и грош · книга
16. «

    Красота, самое драгоценное, что есть в мире, валяется, как камень на берегу, который может поднять любой прохожий? Красота — это то удивительное и недоступное, что художник в тяжких душевных муках творит из хаоса мироздания. И когда она уже создана, не всякому дано её узнать. Чтобы постичь красоту, надо вжиться в терзание художника. Красота — мелодия, которую он поет нам, и для того чтобы она отозвалась в нашем сердце, нужны знание, восприимчивость и фантазия...

    Красота, самое драгоценное, что есть в мире, валяется, как камень на берегу, который может поднять любой прохожий? Красота — это то удивительное и недоступное, что художник в тяжких душевных муках творит из хаоса мироздания. И когда она уже создана, не всякому дано её узнать. Чтобы постичь красоту, надо вжиться в терзание художника. Красота — мелодия, которую он поет нам, и для того чтобы она отозвалась в нашем сердце, нужны знание, восприимчивость и фантазия...

    — Луна и грош · книга
17. «

    На небесах, когда блаженные души говорят по телефону, они прямо переходят к делу без единого лишнего слова.

    На небесах, когда блаженные души говорят по телефону, они прямо переходят к делу без единого лишнего слова.

    — Шесть рассказов, написанных от первого лица · книга
18. «

    Неправда, что страдания облагораживают характер, иногда это удается счастью, но страдания в большинстве случаев делают человека мелочным и мстительным.

    Неправда, что страдания облагораживают характер, иногда это удается счастью, но страдания в большинстве случаев делают человека мелочным и мстительным.

    — Луна и грош · книга
19. «

    А что изображала эта роспись? — Трудно сказать. Все было так странно и фантастично. Точно он видел начало света, райские кущи, Адама и Еву — это был гимн красоте человеческого тела, мужского и женского, славословие природе, величавой, равнодушной, прельстительной и жестокой. Дух захватывало от ощущения бесконечности пространства и нескончаемости времени. Стрикленд написал деревья, которые я видел каждый день, кокосовые пальмы, баньяны, тамаринды, груши аллигатор, — и с тех пор вижу совсем иными, словно есть в них живой дух и тайна, которую я всякую минуту готов постичь и которая все-таки от меня ускользает. Краски тоже были хорошо знакомые мне, и в то же время другие. В них было собственное, им одним присущее значение. А эти нагие люди, мужчины и женщины! Земные и, однако, чуждые земному. В них словно бы чувствовалась глина, из которой они были сотворены, но была в них и искра божества. Перед вами был человек во всей наготе своих первобытных инстинктов, и мороз продирал вас по коже, потому что это были вы сами.

    А что изображала эта роспись? — Трудно сказать. Все было так странно и фантастично. Точно он видел начало света, райские кущи, Адама и Еву — это был гимн красоте человеческого тела, мужского и женского, славословие природе, величавой, равнодушной, прельстительной и жестокой. Дух захватывало от ощущения бесконечности пространства и нескончаемости времени. Стрикленд написал деревья, которые я видел каждый день, кокосовые пальмы, баньяны, тамаринды, груши аллигатор, — и с тех пор вижу совсем иными, словно есть в них живой дух и тайна, которую я всякую минуту готов постичь и которая все-таки от меня ускользает. Краски тоже были хорошо знакомые мне, и в то же время другие. В них было собственное, им одним присущее значение. А эти нагие люди, мужчины и женщины! Земные и, однако, чуждые земному. В них словно бы чувствовалась глина, из которой они были сотворены, но была в них и искра божества. Перед вами был человек во всей наготе своих первобытных инстинктов, и мороз продирал вас по коже, потому что это были вы сами.

    — Луна и грош · книга
20. «

    Дао — это Путь и Путник. Это вечная дорога, по которой движется все живое, но ее никто не создал, ибо она сама — живая. Она все и ничто. От нее все возникает, ей подчиняется и к ней в конечном счете возвращается.

    Дао — это Путь и Путник. Это вечная дорога, по которой движется все живое, но ее никто не создал, ибо она сама — живая. Она все и ничто. От нее все возникает, ей подчиняется и к ней в конечном счете возвращается.

    — W. Somerset Maugham · книга