533 цитат-размышлений Уильяма Сомерсета Моэма

Подборка из 533 цитаты Уильяма Сомерсета Моэма: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Каждый год остаются незамеченными сотни книг, многие из которых обладают большими достоинствами. Автор каждой такой книги писал её много месяцев, а думал о ней, может быть, много лет; он вложил в неё какую-то часть самого себя, которой он после этого уже навсегда лишился. Сердце разрывается, когда думаешь, как велика вероятность, что эта книга потеряется в потоке произведений, загромождающих столы критиков и обременяющих полки книжных лавок.

   Каждый год остаются незамеченными сотни книг, многие из которых обладают большими достоинствами. Автор каждой такой книги писал её много месяцев, а думал о ней, может быть, много лет; он вложил в неё какую-то часть самого себя, которой он после этого уже навсегда лишился. Сердце разрывается, когда думаешь, как велика вероятность, что эта книга потеряется в потоке произведений, загромождающих столы критиков и обременяющих полки книжных лавок.

   — Пироги и пиво, или Скелет в шкафу · книга
2. «

   Отказаться от всего ради личного счастья – может быть, и означает поражение, но это поражение лучше всяких побед.

   Отказаться от всего ради личного счастья – может быть, и означает поражение, но это поражение лучше всяких побед.

   — Бремя страстей человеческих · книга
3. «

   Она всегда умела привести цитату, — а это хорошая замена собственному остроумию.

   Она всегда умела привести цитату, — а это хорошая замена собственному остроумию.

   — Источник вдохновения · книга
4. «

   ...для человека, привыкшего к чтению, оно становится наркотиком, а сам он — его рабом. Попробуйте отнять у него книги, и он станет мрачным, дерганым и беспокойным, а потом, подобно алкоголику, который, если оставить его без спиртного, набрасывается на полки.

   ...для человека, привыкшего к чтению, оно становится наркотиком, а сам он — его рабом. Попробуйте отнять у него книги, и он станет мрачным, дерганым и беспокойным, а потом, подобно алкоголику, который, если оставить его без спиртного, набрасывается на полки.
5. «

   Человек принимает решение, но, когда наступает время действовать, он бессильно склоняется под бременем своих инстинктов, страстей и ещё Бог знает чего. Он словно машина, которую приводят в действие две силы – среда и характер; разум его – только созерцатель, регистрирующий факты, но бессильный вмешаться; роль его напоминает тех богов Эпикура, которые наблюдают за людскими делами со своих эмпирейских высот, но не властны изменить ни на йоту того, что происходит.

   Человек принимает решение, но, когда наступает время действовать, он бессильно склоняется под бременем своих инстинктов, страстей и ещё Бог знает чего. Он словно машина, которую приводят в действие две силы – среда и характер; разум его – только созерцатель, регистрирующий факты, но бессильный вмешаться; роль его напоминает тех богов Эпикура, которые наблюдают за людскими делами со своих эмпирейских высот, но не властны изменить ни на йоту того, что происходит.

   — Бремя страстей человеческих · книга
6. «

   Нужно три поколения, чтобы создать одного джентльмена.

   Нужно три поколения, чтобы создать одного джентльмена.

   — дядя Филипа · книга
7. «

   Большинство из нас, поступив с кем-нибудь нехорошо, сохраняет к нему злобное чувство.

   Большинство из нас, поступив с кем-нибудь нехорошо, сохраняет к нему злобное чувство.

   — Пироги и пиво, или Скелет в шкафу · книга
8. «

   Все мужчины — дураки, когда влюблены.

   Все мужчины — дураки, когда влюблены.

   — На вилле · книга
9. «

   — Если русские хотят, чтобы мы [американцы] считали их цивилизованными людьми, почему они не говорят на цивилизованном языке?

   — Если русские хотят, чтобы мы [американцы] считали их цивилизованными людьми, почему они не говорят на цивилизованном языке?

   — Белье мистера Харрингтона · книга
10. «

    Удивительнее всего, что тот, кто сам пережил горькое разочарование, в свою очередь, помимо воли, поддерживает лживые иллюзии у других.

    Удивительнее всего, что тот, кто сам пережил горькое разочарование, в свою очередь, помимо воли, поддерживает лживые иллюзии у других.

    — Бремя страстей человеческих · книга
11. «

    Каждый из нас одинок в этом мире. Каждый заключен в медной башне и может общаться со своими собратьями лишь через посредство знаков. Но знаки не одни для всех, а потому их смысл темен и неверен. Мы отчаянно стремимся поделиться с другими сокровищами нашего сердца, но они не знают как принять их, и потому мы одиноко бредем по жизни, бок о бок со своими спутниками, но не заодно с ними, не понимая их и не понятые ими. Мы похожи на людей, что живут в чужой стране, почти не зная ее языка; им хочется высказать много прекрасных, глубоких мыслей, но они обречены произносить лишь штампованные фразы из разговорника. В их мозгу бродят идеи одна интереснее другой, а сказать эти люди могут разве что: «Тетушка нашего садовника позабыла дома свой зонтик».

    Каждый из нас одинок в этом мире. Каждый заключен в медной башне и может общаться со своими собратьями лишь через посредство знаков. Но знаки не одни для всех, а потому их смысл темен и неверен. Мы отчаянно стремимся поделиться с другими сокровищами нашего сердца, но они не знают как принять их, и потому мы одиноко бредем по жизни, бок о бок со своими спутниками, но не заодно с ними, не понимая их и не понятые ими. Мы похожи на людей, что живут в чужой стране, почти не зная ее языка; им хочется высказать много прекрасных, глубоких мыслей, но они обречены произносить лишь штампованные фразы из разговорника. В их мозгу бродят идеи одна интереснее другой, а сказать эти люди могут разве что: «Тетушка нашего садовника позабыла дома свой зонтик».

    — Луна и грош · книга
12. «

    Люди стремятся в жизни только к одному — к наслаждению.

    Люди стремятся в жизни только к одному — к наслаждению.

    — Бремя страстей человеческих · книга
13. «

    Объяснить, как соотносятся характеры и фабула нелегко. Нельзя создать персонаж в безвоздушном пространстве: как только начинаешь о нем думать, представляешь его себе в какой-то ситуации, он совершает какие-то поступки; и выходит, что характер и хотя бы основное действие зарождаются в воображении одновременно.

    Объяснить, как соотносятся характеры и фабула нелегко. Нельзя создать персонаж в безвоздушном пространстве: как только начинаешь о нем думать, представляешь его себе в какой-то ситуации, он совершает какие-то поступки; и выходит, что характер и хотя бы основное действие зарождаются в воображении одновременно.

    — W. Somerset Maugham · книга
14. «

    Производительность писателя должна быть такой, чтобы оглушить читателя массой, если уж нельзя удержать его интерес качеством.

    Производительность писателя должна быть такой, чтобы оглушить читателя массой, если уж нельзя удержать его интерес качеством.

    — Пироги и пиво, или Скелет в шкафу · книга
15. «

    Истина заключается в том, что человек, живущий в необычных условиях, сам от этого необычные не становится, но, с другой стороны, человек необычный сделает свою жизнь необычной, даже если он всего-навсего рядовой сельский священник.

    Истина заключается в том, что человек, живущий в необычных условиях, сам от этого необычные не становится, но, с другой стороны, человек необычный сделает свою жизнь необычной, даже если он всего-навсего рядовой сельский священник.

    — Брак по расчёту · книга
16. «

    Не желай желать, предоставь всему идти своими путями. Смиряющийся будет сохранен. Сгибающийся будет выпрямлен.

    Не желай желать, предоставь всему идти своими путями. Смиряющийся будет сохранен. Сгибающийся будет выпрямлен.

    — W. Somerset Maugham · книга
17. «

    Мне хотелось остаться незамеченным, чтобы спокойно наблюдать за этими великими людьми, спокойно слушать их умные речи.

    Мне хотелось остаться незамеченным, чтобы спокойно наблюдать за этими великими людьми, спокойно слушать их умные речи.

    — Луна и грош · книга
18. «

    Недалек тот час, когда европейские монархи будут домогаться руки той или иной принцессы долларов. Как это сказал Шелли? «Снова славные дни наступают. Возвращается век золотой».

    Недалек тот час, когда европейские монархи будут домогаться руки той или иной принцессы долларов. Как это сказал Шелли? «Снова славные дни наступают. Возвращается век золотой».

    — Генри Мэтюрин · книга
19. «

    Самопожертвование — страсть настолько всепоглощающая, что по сравнению с ней даже голод и вожделение — безделка. Она мчит своего раба к погибели в час наивысшего утверждения его личности.

    Самопожертвование — страсть настолько всепоглощающая, что по сравнению с ней даже голод и вожделение — безделка. Она мчит своего раба к погибели в час наивысшего утверждения его личности.

    — Острие бритвы · книга
20. «

    ... Судьба больше всего любит насмехаться над бедными существами, чьё будущее держит в своих руках. Она до последнего мгновения отказывает страждущим сердцам в том, к чему они стремятся, а потом вдруг изумляет их своим даром.

    ... Судьба больше всего любит насмехаться над бедными существами, чьё будущее держит в своих руках. Она до последнего мгновения отказывает страждущим сердцам в том, к чему они стремятся, а потом вдруг изумляет их своим даром.

    — Герой · книга