107 лучших цитат — Уильям Теккерей

Подборка из 107 цитат Уильяма Теккерея: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Матушка предостерегала меня, советуя не придавать чересчур большой цены дарам, которыми наделила меня природа.

   Матушка предостерегала меня, советуя не придавать чересчур большой цены дарам, которыми наделила меня природа.

   — Рейчел Эсмонд Уорингтон · книга
2. «

   Если вас постоянно томят предчувствия, то некоторые из них обязательно сбудутся, будьте уверены.

   Если вас постоянно томят предчувствия, то некоторые из них обязательно сбудутся, будьте уверены.

   — Ярмарка тщеславия · книга
3. «

   В жизни каждого человека случается — и не раз! — что внезапный шквал сбивает его с пути, и все, что ему остается, — это искать спасения на скалах, куда его выкинет волной.

   В жизни каждого человека случается — и не раз! — что внезапный шквал сбивает его с пути, и все, что ему остается, — это искать спасения на скалах, куда его выкинет волной.

   — История Генри Эсмонда · книга
4. «

   Он не допускал фамильярности, но всегда был крайне прост и естественен в обращении; он одинаково относился к великим и к ничтожным.

   Он не допускал фамильярности, но всегда был крайне прост и естественен в обращении; он одинаково относился к великим и к ничтожным.

   — Рейчел Эсмонд Уорингтон · книга
5. «

   Существовали женщины лучше, но ему нужна была только эта. Другой он не хотел. Оттого ли, что она была так лучезарно прекрасна? Почему ее голос так проникал ему в душу?

   Существовали женщины лучше, но ему нужна была только эта. Другой он не хотел. Оттого ли, что она была так лучезарно прекрасна? Почему ее голос так проникал ему в душу?

   — История Генри Эсмонда · книга
6. «

   Стремящийся к чужому упускает свое.

   Стремящийся к чужому упускает свое.

   — Ярмарка тщеславия · книга
7. «

   Надо сказать, что искусство правописания не было в ходу среди светского общества тех лет, и письма герцога Мальборо показывают, что он, например, ограничился весьма отдаленным знакомством с этим разделом грамматики.

   Надо сказать, что искусство правописания не было в ходу среди светского общества тех лет, и письма герцога Мальборо показывают, что он, например, ограничился весьма отдаленным знакомством с этим разделом грамматики.

   — История Генри Эсмонда · книга
8. «

   Из всех пороков, унижающих личность человека, себялюбие самый гнусный и презренный.

   Из всех пороков, унижающих личность человека, себялюбие самый гнусный и презренный.

   — Ярмарка тщеславия · книга
9. «

   Сердце доброго Тома всегда столь исправно повиновалось рассудку, что даже сама Венера, будь она бесприданницей, не заставила бы его забиться

   Сердце доброго Тома всегда столь исправно повиновалось рассудку, что даже сама Венера, будь она бесприданницей, не заставила бы его забиться

   — История Генри Эсмонда · книга
10. «

    Бородатое сословие столь же падко на лесть, столь же щепетильно в рассуждении своего туалета, столь же гордится своей наружностью, столь же верит в могущество своих чар, как и любая кокетка.

    Бородатое сословие столь же падко на лесть, столь же щепетильно в рассуждении своего туалета, столь же гордится своей наружностью, столь же верит в могущество своих чар, как и любая кокетка.

    — Ярмарка тщеславия · книга
11. «

    Все мы лицемеры. О боже! Как мы все одиноки, одиноки, одиноки!

    Все мы лицемеры. О боже! Как мы все одиноки, одиноки, одиноки!

    — Беатриса · книга
12. «

    Где нет равенства, там неизбежно должно быть лицемерие.

    Где нет равенства, там неизбежно должно быть лицемерие.
13. «

    Я считаю, что счастье или несчастье не властно изменить человека, оно лишь способствует развитию характера. Как мы не знаем тысячи заложенных в нас мыслей, покуда не возьмемся за перо, так и тайны сердца сокрыты даже и для того (или той), в чьей груди оно бьется. Кто из нас не бывал застигнут врасплох вспышкой страсти, мстительным порывом, внезапным побуждением, добрым или злым, которого семена незримо покоились в глубине души, покуда случай не вызвал их наружу?

    Я считаю, что счастье или несчастье не властно изменить человека, оно лишь способствует развитию характера. Как мы не знаем тысячи заложенных в нас мыслей, покуда не возьмемся за перо, так и тайны сердца сокрыты даже и для того (или той), в чьей груди оно бьется. Кто из нас не бывал застигнут врасплох вспышкой страсти, мстительным порывом, внезапным побуждением, добрым или злым, которого семена незримо покоились в глубине души, покуда случай не вызвал их наружу?

    — История Генри Эсмонда · книга
14. «

    Давайте не будем слишком уверены в наших собственных моральных и философских взглядах.

    Давайте не будем слишком уверены в наших собственных моральных и философских взглядах.
15. «

    Мы обращаемся, как турки, с чувствами наших женщин, да ещё требуем, чтобы они признавали за нами такое право. Мы позволяем их телам разгуливать довольно свободно, их улыбки, локончики и розовые шляпки заменяют им покрывала и чадры. Но душу их дозволено видеть только одному-единственному мужчине, а они и рады повиноваться и соглашаются сидеть дома не хуже рабынь, прислуживая нам и выполняя всю чёрную работу.

    Мы обращаемся, как турки, с чувствами наших женщин, да ещё требуем, чтобы они признавали за нами такое право. Мы позволяем их телам разгуливать довольно свободно, их улыбки, локончики и розовые шляпки заменяют им покрывала и чадры. Но душу их дозволено видеть только одному-единственному мужчине, а они и рады повиноваться и соглашаются сидеть дома не хуже рабынь, прислуживая нам и выполняя всю чёрную работу.

    — Ярмарка тщеславия · книга
16. «

    Актеры в древних трагедиях, как говорят нам книги, произносили свои ямбы нараспев, встав на ходули и надев маску и пышный парик. Муза истории не желает отставать от своей театральной сестры. И она является в маске и говорит размеренной речью. И она в наш век занимается делом одних лишь только королей, прислуживая им раболепно и напыщенно, как если бы она была придворной церемониймейстершей и летопись дел простого народа вовсе ее не касалась.

    Актеры в древних трагедиях, как говорят нам книги, произносили свои ямбы нараспев, встав на ходули и надев маску и пышный парик. Муза истории не желает отставать от своей театральной сестры. И она является в маске и говорит размеренной речью. И она в наш век занимается делом одних лишь только королей, прислуживая им раболепно и напыщенно, как если бы она была придворной церемониймейстершей и летопись дел простого народа вовсе ее не касалась.

    — История Генри Эсмонда · книга
17. «

    ...решив снова искать рабства, ибо находила его менее обременительным, чем свобода.

    ...решив снова искать рабства, ибо находила его менее обременительным, чем свобода.

    — Эмилия · книга
18. «

    Не распоряжается ли судьба участью королей по-иному, нежели участью простых смертных?

    Не распоряжается ли судьба участью королей по-иному, нежели участью простых смертных?

    — История Генри Эсмонда · книга
19. «

    Это была глупая ошибка. Но разве вся наша жизнь не состоит из подобных ошибок?

    Это была глупая ошибка. Но разве вся наша жизнь не состоит из подобных ошибок?

    — Ярмарка тщеславия · книга
20. «

    Добрый смех — это солнечный свет в доме.

    Добрый смех — это солнечный свет в доме.