144 цитаты Уильяма Теккерея

Подборка из 144 цитаты Уильяма Теккерея: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Месть, может быть, и некрасивое побуждение, но вполне естественное. Я не ангел.

   Месть, может быть, и некрасивое побуждение, но вполне естественное. Я не ангел.

   — Ребекка Шарп · книга
2. «

   О женщины! Они возятся и няньчатся со своими предчувствиями и любовно носятся с самыми мрачными мыслями, как матери с увечными детьми.

   О женщины! Они возятся и няньчатся со своими предчувствиями и любовно носятся с самыми мрачными мыслями, как матери с увечными детьми.

   — Ярмарка тщеславия · книга
3. «

   Великих и богатых с улыбкой встречают на широкой лестнице этого мира. Честолюбивые бедняки должны взбираться по отвесной стене, или проталкиваться по черной лестнице, или даже, черт возьми, проползать через любые лазейки, невзирая на то, насколько эти лазейки узки и грязны, лишь бы они вели кверху.

   Великих и богатых с улыбкой встречают на широкой лестнице этого мира. Честолюбивые бедняки должны взбираться по отвесной стене, или проталкиваться по черной лестнице, или даже, черт возьми, проползать через любые лазейки, невзирая на то, насколько эти лазейки узки и грязны, лишь бы они вели кверху.
4. «

   Но на Ярмарке Тщеславия титул и карета четверней — игрушки более драгоценные, чем счастье.

   Но на Ярмарке Тщеславия титул и карета четверней — игрушки более драгоценные, чем счастье.

   — Ярмарка тщеславия · книга
5. «

   Если бы мы знали, что думают о нас наши близкие друзья и дорогие родственники, жизнь потеряла бы всякое очарование и мы всё время пребывали бы в невыносимом унынии и страхе.

   Если бы мы знали, что думают о нас наши близкие друзья и дорогие родственники, жизнь потеряла бы всякое очарование и мы всё время пребывали бы в невыносимом унынии и страхе.

   — Ярмарка тщеславия · книга
6. «

   Страхи и опасения юного возраста не оставляют некоторых людей до конца жизни.

   Страхи и опасения юного возраста не оставляют некоторых людей до конца жизни.

   — Ярмарка тщеславия · книга
7. «

   Тот не прав, кто почитает бедность самым тяжким испытанием, самой несчастливой долей на земле.

   Тот не прав, кто почитает бедность самым тяжким испытанием, самой несчастливой долей на земле.

   — мистер Аддисон · книга
8. «

   Таков обычный удел людей — не иметь ни одного истинного друга, если сам никого не любишь.

   Таков обычный удел людей — не иметь ни одного истинного друга, если сам никого не любишь.

   — Ярмарка тщеславия · книга
9. «

   Кому не приходилось видеть, как женщина тиранит женщину? Разве мучения, которые приходится выносить мужчинам, могут сравниться с теми ежедневными колкостями, презрительными и жестокими, какими донимают несчастных женщин деспоты в юбках?

   Кому не приходилось видеть, как женщина тиранит женщину? Разве мучения, которые приходится выносить мужчинам, могут сравниться с теми ежедневными колкостями, презрительными и жестокими, какими донимают несчастных женщин деспоты в юбках?

   — Ярмарка тщеславия · книга
10. «

    Я англичанин и принимаю свою родину такою, какой я ее вижу. Воля народа гласит: церковь и король; вот я и стою за церковь и короля.

    Я англичанин и принимаю свою родину такою, какой я ее вижу. Воля народа гласит: церковь и король; вот я и стою за церковь и короля.

    — Гарри Эсмонд · книга
11. «

    Да и он ли один ставил на карту жизнь ради выигрыша, который не стоил ставки? Иной рискует жизнью (а подчас и честью) ради пачки кредитных билетов, или ярда голубой ленты, или места на парламентской скамье; другие — из азарта и ради удовольствия, получаемого от самой игры; так сотня охотников с гиканьем взапуски мчится по следу дрянной лисицы, которая должна стать наградой счастливому победителю в этом состязании.

    Да и он ли один ставил на карту жизнь ради выигрыша, который не стоил ставки? Иной рискует жизнью (а подчас и честью) ради пачки кредитных билетов, или ярда голубой ленты, или места на парламентской скамье; другие — из азарта и ради удовольствия, получаемого от самой игры; так сотня охотников с гиканьем взапуски мчится по следу дрянной лисицы, которая должна стать наградой счастливому победителю в этом состязании.

    — История Генри Эсмонда · книга
12. «

    Но так как герцогиня Х. провела в Англии всего лишь двадцать лет, она не понимала по-английски ни слова...

    Но так как герцогиня Х. провела в Англии всего лишь двадцать лет, она не понимала по-английски ни слова...

    — Ярмарка тщеславия · книга
13. «

    Расстаться с деньгами — жертва, непосильная почти для каждого здравомыслящего человека. Вряд ли вы найдете среди живущих кого-нибудь, кто не считал бы себя достойным всяческой похвалы за то, что он дал своему ближнему пять фунтов. Беспечный человек дает не из чувства сострадания, а ради пустого удовольствия давать.

    Расстаться с деньгами — жертва, непосильная почти для каждого здравомыслящего человека. Вряд ли вы найдете среди живущих кого-нибудь, кто не считал бы себя достойным всяческой похвалы за то, что он дал своему ближнему пять фунтов. Беспечный человек дает не из чувства сострадания, а ради пустого удовольствия давать.
14. «

    Говорят, что самые яростные ненавистники ирландцев — сами же ирландцы; точно так же и жесточайшие мучители женщин — сами женщины.

    Говорят, что самые яростные ненавистники ирландцев — сами же ирландцы; точно так же и жесточайшие мучители женщин — сами женщины.
15. «

    Только женщины умеют так ранить. Их маленькие стрелы отравлены ядом, который причиняет в тысячу раз больше боли, чем грубое мужское оружие.

    Только женщины умеют так ранить. Их маленькие стрелы отравлены ядом, который причиняет в тысячу раз больше боли, чем грубое мужское оружие.

    — Ярмарка тщеславия · книга
16. «

    Где сокрыта таинственная сила, которая одну маленькую ручку делает для нас дороже всех других?

    Где сокрыта таинственная сила, которая одну маленькую ручку делает для нас дороже всех других?

    — Генри Эсмонд · книга
17. «

    У каждого из нас есть заветная цель, ради которой мы готовы поставить жизнь на карту. Один стремится к славе ученого, другой — к светским успехам на зависть всему городу, тот желает создать шедевр кисти или пера и тем проложить себе дорогу к бессмертию, а у этого в известную пору его жизни средоточием всех помыслов и стремлений является женщина.

    У каждого из нас есть заветная цель, ради которой мы готовы поставить жизнь на карту. Один стремится к славе ученого, другой — к светским успехам на зависть всему городу, тот желает создать шедевр кисти или пера и тем проложить себе дорогу к бессмертию, а у этого в известную пору его жизни средоточием всех помыслов и стремлений является женщина.

    — История Генри Эсмонда · книга
18. «

    Он не допускал фамильярности, но всегда был крайне прост и естественен в обращении; он одинаково относился к великим и к ничтожным.

    Он не допускал фамильярности, но всегда был крайне прост и естественен в обращении; он одинаково относился к великим и к ничтожным.

    — Рейчел Эсмонд Уорингтон · книга
19. «

    Посеешь поступок — пожнешь привычку, посеешь привычку — пожнешь характер, посеешь характер — пожнешь судьбу.

    Посеешь поступок — пожнешь привычку, посеешь привычку — пожнешь характер, посеешь характер — пожнешь судьбу.
20. «

    Я многое мог бы сказать в назидание своим потомкам, но не сомневаюсь, что когда придет час, они позабудут дедовские наставления и поступят по-своему. Всякий мужчина учится на собственном опыте, а не заимствует его из чужих рассказов; да и немного стоил бы тот, кто поступал бы иначе.

    Я многое мог бы сказать в назидание своим потомкам, но не сомневаюсь, что когда придет час, они позабудут дедовские наставления и поступят по-своему. Всякий мужчина учится на собственном опыте, а не заимствует его из чужих рассказов; да и немного стоил бы тот, кто поступал бы иначе.

    — История Генри Эсмонда · книга