Подборка: 60 цитат Уильяма Теккерея

Подборка из 60 цитат Уильяма Теккерея: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Знаете, у больных людей бывают подобные фантазии, и им приходится потакать.

   Знаете, у больных людей бывают подобные фантазии, и им приходится потакать.

   — Ярмарка тщеславия · книга
2. «

   С годами мы становимся проще и учимся лучше понимать истину.

   С годами мы становимся проще и учимся лучше понимать истину.

   — История Генри Эсмонда · книга
3. «

   И правда, какое образование скорее достигает цели, если не самообразование?

   И правда, какое образование скорее достигает цели, если не самообразование?

   — Ярмарка тщеславия · книга
4. «

   Что делает моряк, когда его мачту и руль снесло бурей? Он ставит временную мачту и старается править с помощью весла. Что происходит в доме, с которого ураган сорвал крышу? Оправившись от потрясения, потерпевший первым делом спешит убедиться, что дети его невредимы, затем отводит их под надежный кров, чтобы укрыть от дождя. Если пламя охватило дворец, мы ищем пристанище в сарае.

   Что делает моряк, когда его мачту и руль снесло бурей? Он ставит временную мачту и старается править с помощью весла. Что происходит в доме, с которого ураган сорвал крышу? Оправившись от потрясения, потерпевший первым делом спешит убедиться, что дети его невредимы, затем отводит их под надежный кров, чтобы укрыть от дождя. Если пламя охватило дворец, мы ищем пристанище в сарае.

   — История Генри Эсмонда · книга
5. «

   Матушка предостерегала меня, советуя не придавать чересчур большой цены дарам, которыми наделила меня природа.

   Матушка предостерегала меня, советуя не придавать чересчур большой цены дарам, которыми наделила меня природа.

   — Рейчел Эсмонд Уорингтон · книга
6. «

   Многие достойные женщины видят смысл своей жизни в том, чтобы делать добро ближним. Они словно переполнены добротой и испытывают необходимость поделиться ею с другими.

   Многие достойные женщины видят смысл своей жизни в том, чтобы делать добро ближним. Они словно переполнены добротой и испытывают необходимость поделиться ею с другими.

   — История Генри Эсмонда · книга
7. «

   Я могу принять мир таким, каким я нахожу его, включая пеньковый галстук, поскольку он нынче в моде.

   Я могу принять мир таким, каким я нахожу его, включая пеньковый галстук, поскольку он нынче в моде.

   — Генри Эсмонд · книга
8. «

   Кто не замечал, с какой готовностью ближайшие друзья подозревают и обвиняют друг друга в обмане, как только дело коснется денежных расчетов! Все так поступают. Мне думается, каждый их нас прав, а все остальные — мошенники.

   Кто не замечал, с какой готовностью ближайшие друзья подозревают и обвиняют друг друга в обмане, как только дело коснется денежных расчетов! Все так поступают. Мне думается, каждый их нас прав, а все остальные — мошенники.

   — Ярмарка тщеславия · книга
9. «

   Месть, может быть, и некрасивое побуждение, но вполне естественное. Я не ангел.

   Месть, может быть, и некрасивое побуждение, но вполне естественное. Я не ангел.

   — Ребекка Шарп · книга
10. «

    Много ли, в сущности, вы или я знаем друг о друге, о наших детях, о наших отцах, о наших соседях?

    Много ли, в сущности, вы или я знаем друг о друге, о наших детях, о наших отцах, о наших соседях?

    — Ярмарка тщеславия · книга
11. «

    Какая любовь, какая верность, какая преданность могут сравниться с любовью, преданностью и верностью сиделок с хорошим жалованьем?

    Какая любовь, какая верность, какая преданность могут сравниться с любовью, преданностью и верностью сиделок с хорошим жалованьем?
12. «

    Мир с доброй душой встречает того, кто сам добродушен, и сколько я ни знавал угрюмых человеконенавистников, не ладивших с миром, вина всегда оказывалась на их, а не на его стороне.

    Мир с доброй душой встречает того, кто сам добродушен, и сколько я ни знавал угрюмых человеконенавистников, не ладивших с миром, вина всегда оказывалась на их, а не на его стороне.

    — История Генри Эсмонда · книга
13. «

    Ярмарка Тщеславия! Ярмарка Тщеславия! Вот перед нами человек едва грамотный и нисколько не интересующийся чтением, человек с привычками и хитрецой деревенщины, чья жизненная цель заключается в мелком крючкотворстве, человек, никогда не знавший никаких желаний, волнений или радостей, кроме грязных и пошлых, — и тем не менее у него завидный сан, он пользуется почестями и властью. Он важное лицо в своей стране, опора государства. Он верховный шериф и разъезжает в золоченой карете. Великие министры и государственные мужи ухаживают за ним; и на Ярмарке Тщеславия он занимает более высокое положение, чем люди самого блестящего ума или незапятнанной добродетели.

    Ярмарка Тщеславия! Ярмарка Тщеславия! Вот перед нами человек едва грамотный и нисколько не интересующийся чтением, человек с привычками и хитрецой деревенщины, чья жизненная цель заключается в мелком крючкотворстве, человек, никогда не знавший никаких желаний, волнений или радостей, кроме грязных и пошлых, — и тем не менее у него завидный сан, он пользуется почестями и властью. Он важное лицо в своей стране, опора государства. Он верховный шериф и разъезжает в золоченой карете. Великие министры и государственные мужи ухаживают за ним; и на Ярмарке Тщеславия он занимает более высокое положение, чем люди самого блестящего ума или незапятнанной добродетели.

    — Ярмарка тщеславия · книга
14. «

    Я ни разу не слышала, чтобы отец повысил голос, произнес резкое слово, и тем удивительнее было уважение, которое питали к нему подчиненные.

    Я ни разу не слышала, чтобы отец повысил голос, произнес резкое слово, и тем удивительнее было уважение, которое питали к нему подчиненные.

    — Рейчел Эсмонд Уорингтон · книга
15. «

    Тайная и ужасающая мудрость, определяющая судьбы человечества, стремится унизить кроткого, доброго и мудрого и возвысить себялюбца, дурака и злодея. О, будь смиренным, брат мой, когда судьба благоволит к тебе! Будь ласков с теми, кому меньше посчастливилось, чем тебе, несмотря на то, что они заслуживают того же, что и ты.

    Тайная и ужасающая мудрость, определяющая судьбы человечества, стремится унизить кроткого, доброго и мудрого и возвысить себялюбца, дурака и злодея. О, будь смиренным, брат мой, когда судьба благоволит к тебе! Будь ласков с теми, кому меньше посчастливилось, чем тебе, несмотря на то, что они заслуживают того же, что и ты.
16. «

    Кому не приходилось видеть, как женщина тиранит женщину? Разве мучения, которые приходится выносить мужчинам, могут сравниться с теми ежедневными колкостями, презрительными и жестокими, какими донимают несчастных женщин деспоты в юбках?

    Кому не приходилось видеть, как женщина тиранит женщину? Разве мучения, которые приходится выносить мужчинам, могут сравниться с теми ежедневными колкостями, презрительными и жестокими, какими донимают несчастных женщин деспоты в юбках?

    — Ярмарка тщеславия · книга
17. «

    Пока есть жизнь, есть и надежда...

    Пока есть жизнь, есть и надежда...

    — Ребекка Шарп · книга
18. «

    Опасность придает охоте только большую прелесть!

    Опасность придает охоте только большую прелесть!

    — Ярмарка тщеславия · книга
19. «

    Он не допускал фамильярности, но всегда был крайне прост и естественен в обращении; он одинаково относился к великим и к ничтожным.

    Он не допускал фамильярности, но всегда был крайне прост и естественен в обращении; он одинаково относился к великим и к ничтожным.

    — Рейчел Эсмонд Уорингтон · книга
20. «

    Подумай, какое ты имеешь право презирать, — ты, чья добродетель — лишь отсутствие искушений, чей успех, возможно, — дело случая, чьё высокое положение — заслуга далёкого предка, чьё благополучие, по всей вероятности, — злая шутка судьбы.

    Подумай, какое ты имеешь право презирать, — ты, чья добродетель — лишь отсутствие искушений, чей успех, возможно, — дело случая, чьё высокое положение — заслуга далёкого предка, чьё благополучие, по всей вероятности, — злая шутка судьбы.

    — Ярмарка тщеславия · книга