41 цитата Умберто Эко, которые захочется сохранить

Ниже 41 цитата Умберто Эко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Часто инквизиторы, доказывая усердие, любой ценой вырывают у подследственного признание, как будто хорошим следователем может считаться тот, кто, чтоб удачно закрыть процесс, нашел козла отпущения…

   Часто инквизиторы, доказывая усердие, любой ценой вырывают у подследственного признание, как будто хорошим следователем может считаться тот, кто, чтоб удачно закрыть процесс, нашел козла отпущения…

   — Настоятель · книга
2. «

   Книга представляется нам как некое «колесо знания и воображения»: его не смогут остановить никакие грядущие технологические революции.

   Книга представляется нам как некое «колесо знания и воображения»: его не смогут остановить никакие грядущие технологические революции.

   — Жан-Клод Каррьер · книга
3. «

   Ты живёшь поверхностями. Твоя глубина — это напластование множества поверхностей, такого множества, что они создают впечатление плотности, однако будь это настоящая плотность, ты бы не выдержал собственного веса.

   Ты живёшь поверхностями. Твоя глубина — это напластование множества поверхностей, такого множества, что они создают впечатление плотности, однако будь это настоящая плотность, ты бы не выдержал собственного веса.

   — Маятник Фуко · книга
4. «

   Если дурак говорит вам, что все вокруг дураки, тот факт, что он сам дурак, не значит, что он говорит неправду. Если же он скажет, что все остальные дураки, «как и он», то проявит тем самым свой ум.

   Если дурак говорит вам, что все вокруг дураки, тот факт, что он сам дурак, не значит, что он говорит неправду. Если же он скажет, что все остальные дураки, «как и он», то проявит тем самым свой ум.

   — Жан-Клод Каррьер · книга
5. «

   Взгляд Другого определяет и формирует нас. Мы (как не в состоянии существовать без питания и без сна) неспособны осознать, кто мы такие, без взгляда и ответа Других.

   Взгляд Другого определяет и формирует нас. Мы (как не в состоянии существовать без питания и без сна) неспособны осознать, кто мы такие, без взгляда и ответа Других.

   — Когда на сцену приходит другой · книга
6. «

   Предполагается, что можно удержать душу от греха при помощи страха и что страх сильнее тяги к протесту.

   Предполагается, что можно удержать душу от греха при помощи страха и что страх сильнее тяги к протесту.

   — Вильгельм Барскельвийский · книга
7. «

   Люди не любят тех, кто лжёт по мелочам, и боготворят поэтов, которые лгут только в самом главном.

   Люди не любят тех, кто лжёт по мелочам, и боготворят поэтов, которые лгут только в самом главном.

   — Баудолино · книга
8. «

   Чем менее правдоподобно подобие, тем чётче вырисовывается истина.

   Чем менее правдоподобно подобие, тем чётче вырисовывается истина.

   — Имя розы · книга
9. «

   Текст должен стать устройством для преображения собственного читателя. Ты думаешь, что тебе нужен секс или криминальная интрига, где в конце концов виновного поймают? И как можно больше действия? Но в то же время тебе совестно клевать на преподобную тошнятину, состряпанную из «рук покойницы» и «монастырских застенков»? Отлично. Так я тебе устрою много латыни, и мало баб, и кучу богословия, и литры крови, как в Гран-Гиньоле. И ты в конце концов у меня взвоешь: «Что за выдумки! Я не согласен!» И тут-то ты уже будешь мой, и задрожишь, видя безграничное всемогущество Божие, выявляющее тщету миропорядка. А дальше будь умницей и постарайся понять, каким способом я заманил тебя в ловушку. Ведь я же, в конце концов, предупреждал тебя! Ведь я столько раз повторил, что веду к погибели!

   Текст должен стать устройством для преображения собственного читателя. Ты думаешь, что тебе нужен секс или криминальная интрига, где в конце концов виновного поймают? И как можно больше действия? Но в то же время тебе совестно клевать на преподобную тошнятину, состряпанную из «рук покойницы» и «монастырских застенков»? Отлично. Так я тебе устрою много латыни, и мало баб, и кучу богословия, и литры крови, как в Гран-Гиньоле. И ты в конце концов у меня взвоешь: «Что за выдумки! Я не согласен!» И тут-то ты уже будешь мой, и задрожишь, видя безграничное всемогущество Божие, выявляющее тщету миропорядка. А дальше будь умницей и постарайся понять, каким способом я заманил тебя в ловушку. Ведь я же, в конце концов, предупреждал тебя! Ведь я столько раз повторил, что веду к погибели!

   — Заметки на полях "Имени Розы" · книга
10. «

    Утверждать обман — грех! Но обманно свидетельствовать о том, во что ты сам веришь, это достойное занятие!

    Утверждать обман — грех! Но обманно свидетельствовать о том, во что ты сам веришь, это достойное занятие!

    — Баудолино · книга
11. «

    Он не поверит. Не такой дурак. Но именно потому, что не дурак, он притворится, будто верит.

    Он не поверит. Не такой дурак. Но именно потому, что не дурак, он притворится, будто верит.

    — Баудолино · книга
12. «

    Когда приходит вера, науку предают огню.

    Когда приходит вера, науку предают огню.

    — Жан-Клод Каррьер · книга
13. «

    Я убеждал себя, что жизнь пошла точно так, как мне полагалось. А полагалось мне остаться навеки несчастным. Прими я это, и можно было обрести мир.

    Я убеждал себя, что жизнь пошла точно так, как мне полагалось. А полагалось мне остаться навеки несчастным. Прими я это, и можно было обрести мир.

    — Баудолино · книга
14. «

    Ничто не порождает столько толкований, как бессмыслица.

    Ничто не порождает столько толкований, как бессмыслица.

    — Жан-Клод Каррьер · книга
15. «

    Нас окружает невежество, зачастую чванливое и отстаивающее свое право быть таким. Оно все время приобретает новых сторонников. Оно самоуверенно и заявляет о своем превосходстве устами наших ограниченных политиков. А знание, хрупкое и переменчивое, которому угрожают разные опасности, которое сомневается в самом себе, является, возможно, одним из последних прибежищ утопии.

    Нас окружает невежество, зачастую чванливое и отстаивающее свое право быть таким. Оно все время приобретает новых сторонников. Оно самоуверенно и заявляет о своем превосходстве устами наших ограниченных политиков. А знание, хрупкое и переменчивое, которому угрожают разные опасности, которое сомневается в самом себе, является, возможно, одним из последних прибежищ утопии.

    — Жан-Клод Каррьер · книга
16. «

    Если мне нечего сказать, я не пишу.

    Если мне нечего сказать, я не пишу.
17. «

    — Какое самое лютое животное? — Человек. — Почему? — Спроси у себя самого. Ты же зверь, имеющий при себе других зверей и из жажды власти готовый лишить существования всех прочих зверей.

    — Какое самое лютое животное? — Человек. — Почему? — Спроси у себя самого. Ты же зверь, имеющий при себе других зверей и из жажды власти готовый лишить существования всех прочих зверей.

    — Баудолино · книга
18. «

    Название [книги] должно запутывать мысли, а не дисциплинировать их.

    Название [книги] должно запутывать мысли, а не дисциплинировать их.

    — Заметки на полях "Имени Розы" · книга
19. «

    Если впереди нас ждёт нечто важное или захватывающее, мы должны воспитывать в себе искусство медлить.

    Если впереди нас ждёт нечто важное или захватывающее, мы должны воспитывать в себе искусство медлить.

    — Шесть прогулок в литературных лесах · книга
20. «

    Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.

    Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.

    — Имя розы · книга