Топ-144 цитаты Урсулы Ле Гуина

Ниже 144 цитаты Урсулы Ле Гуина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   У всех сил один источник и один конец. Годы и расстояния, звезды и свечи, вода, ветер, уменья человека и мудрость в корнях дерева, все это возникает одновременно. Наши с тобой имена, истинное имя солнца или же водяного источника, или нерожденного ребенка, все это слоги великого слова, которое медленно выговаривают сияющие звезды. Другой силы нет. И нет другого имени.

   У всех сил один источник и один конец. Годы и расстояния, звезды и свечи, вода, ветер, уменья человека и мудрость в корнях дерева, все это возникает одновременно. Наши с тобой имена, истинное имя солнца или же водяного источника, или нерожденного ребенка, все это слоги великого слова, которое медленно выговаривают сияющие звезды. Другой силы нет. И нет другого имени.

   — Волшебник Земноморья · книга
2. «

   Рисунок тонкий — переплелись прожилки голубые на синеватом валуне в том месте, где долгие дожди скалу подмыли. Скала та оказалась капель дождевых слабее.

   Рисунок тонкий — переплелись прожилки голубые на синеватом валуне в том месте, где долгие дожди скалу подмыли. Скала та оказалась капель дождевых слабее.

   — Ярость из Синшана · книга
3. «

   Здешние люди напоминали ему жителей Северной Долины на Гонте, к которым он привык с детства, но только были еще беднее. С ними он чувствовал себя легко и свободно, как никогда бы он не мог себя чувствовать при дворах богатой знати.

   Здешние люди напоминали ему жителей Северной Долины на Гонте, к которым он привык с детства, но только были еще беднее. С ними он чувствовал себя легко и свободно, как никогда бы он не мог себя чувствовать при дворах богатой знати.

   — Волшебник Земноморья · книга
4. «

   Зрелость — это терпение. А мастерство — девятикратное терпение.

   Зрелость — это терпение. А мастерство — девятикратное терпение.

   — Волшебник Огион · книга
5. «

   Чтобы слышать других, самому нужно молчать.

   Чтобы слышать других, самому нужно молчать.

   — Огион Молчаливый · книга
6. «

   Полная всепоглощающая любовь двух людей включает в себя и силы и возможности причинить друг другу боль.

   Полная всепоглощающая любовь двух людей включает в себя и силы и возможности причинить друг другу боль.

   — Ай · книга
7. «

   Свобода — это тяжкий груз, великое, загадочное бремя для души. Нелегко нести его. Это не подарок, но сделанный тобой выбор; и выбор этот может иметь самые неожиданные последствия. Путь свободы ведёт наверх, к свету, но, если бремя её слишком тяжело, можно никогда не достигнуть конца пути.

   Свобода — это тяжкий груз, великое, загадочное бремя для души. Нелегко нести его. Это не подарок, но сделанный тобой выбор; и выбор этот может иметь самые неожиданные последствия. Путь свободы ведёт наверх, к свету, но, если бремя её слишком тяжело, можно никогда не достигнуть конца пути.

   — Тенар · книга
8. «

   Опасность неотделима от власти, как тень неотделима от света.

   Опасность неотделима от власти, как тень неотделима от света.

   — Волшебник Огион · книга
9. «

   Утро наступит в любом случае – даже если ты забудешь завести будильник.

   Утро наступит в любом случае – даже если ты забудешь завести будильник.
10. «

    Не только во снах мы сталкиваемся с грядущим лицом к лицу, это часто открывается нам в том, что давно забыто; и часто сказанное кажется нам чепухой, потому что мы не желаем понять истинного значения этих слов.

    Не только во снах мы сталкиваемся с грядущим лицом к лицу, это часто открывается нам в том, что давно забыто; и часто сказанное кажется нам чепухой, потому что мы не желаем понять истинного значения этих слов.

    — Гед · книга
11. «

    Секс всегда все ставит с ног на голову.

    Секс всегда все ставит с ног на голову.

    — Серый Бык · книга
12. «

    Свобода как раз и состоит в том, чтобы делать то, что можешь и хочешь делать лучше других и непременно обязан выполнить. Разве я не прав? Свобода — не вещь, которой можно владеть или держать при себе. Это человеческая деятельность, это сама жизнь!

    Свобода как раз и состоит в том, чтобы делать то, что можешь и хочешь делать лучше других и непременно обязан выполнить. Разве я не прав? Свобода — не вещь, которой можно владеть или держать при себе. Это человеческая деятельность, это сама жизнь!

    — Малафрена · книга
13. «

    Дверь редко сама открывается навстречу человеку, который сердито ее захлопнул.

    Дверь редко сама открывается навстречу человеку, который сердито ее захлопнул.

    — Говорящий Камень · книга
14. «

    Свет — это сила, огромная сила, благодаря которой мы существуем, но она существует сама по себе не только, когда мы нуждаемся в ней. Солнечный и лунный свет — это время, а время — это свет. Солнечный свет, исчисляемый днями и годами, и есть жизнь.

    Свет — это сила, огромная сила, благодаря которой мы существуем, но она существует сама по себе не только, когда мы нуждаемся в ней. Солнечный и лунный свет — это время, а время — это свет. Солнечный свет, исчисляемый днями и годами, и есть жизнь.

    — Гед · книга
15. «

    — Всякое поветрие или мор — это, в общем-то, обычное колебание маятника в часах Великого Равновесия... Мы порой испытываем страдания, когда Миропорядок стремится обрести утраченное на миг равновесие, однако не теряем надежды, даже если приостанавливается развитие искусств и люди ненадолго забывают слова Созидания. Это ведь тоже естественное состояние Природы... И только одно существо способно полностью нарушить баланс. — Человек? — напряженно спросил Аррен. — Да, люди. — Но почему? — Из-за своей неуемной жажды жизни. — Жизни? Но разве это плохо — желать жить? — Нет, это не плохо. Но когда мы силой заставляем природу выполнять наши желания, когда мы требуем, требуем, требуем — несокрушимого здоровья, абсолютной безопасности, бессмертия, — тогда естественное желание превращается в алчность. А когда алчность подкреплена Знанием, она открывает ворота Злу. И тогда Великое Равновесие нарушается, и Зло тяжким бременем тянет чашу мировых весов вниз.

    — Всякое поветрие или мор — это, в общем-то, обычное колебание маятника в часах Великого Равновесия... Мы порой испытываем страдания, когда Миропорядок стремится обрести утраченное на миг равновесие, однако не теряем надежды, даже если приостанавливается развитие искусств и люди ненадолго забывают слова Созидания. Это ведь тоже естественное состояние Природы... И только одно существо способно полностью нарушить баланс. — Человек? — напряженно спросил Аррен. — Да, люди. — Но почему? — Из-за своей неуемной жажды жизни. — Жизни? Но разве это плохо — желать жить? — Нет, это не плохо. Но когда мы силой заставляем природу выполнять наши желания, когда мы требуем, требуем, требуем — несокрушимого здоровья, абсолютной безопасности, бессмертия, — тогда естественное желание превращается в алчность. А когда алчность подкреплена Знанием, она открывает ворота Злу. И тогда Великое Равновесие нарушается, и Зло тяжким бременем тянет чашу мировых весов вниз.

    — Гед · книга
16. «

    Чёрная невинность земли обнимала его. Он лежал внутри неё...

    Чёрная невинность земли обнимала его. Он лежал внутри неё...

    — Звезды под ногами · книга
17. «

    Ни один певец не предпочтёт песне молчание.

    Ни один певец не предпочтёт песне молчание.

    — На последнем берегу · книга
18. «

    Только в молчании звук, Только во мраке свет, Только в погибели жизнь: В пустынной синеве Ясен ястреба след.

    Только в молчании звук, Только во мраке свет, Только в погибели жизнь: В пустынной синеве Ясен ястреба след.

    — Песнь о Создании Эа · книга
19. «

    Если ты не будешь учить машины и лошадей тому, чего ты от них хочешь, они сами начнут учить тебя делать то, что хотят они.

    Если ты не будешь учить машины и лошадей тому, чего ты от них хочешь, они сами начнут учить тебя делать то, что хотят они.

    — Старая Пословица · книга
20. «

    — О Кролик! У тебя. конечно, нет такого ума, как у меня, зато ты такой красивый! Итак, Человек с Кроликом обменялись. — О муж мой! Каким ты стал красивым! Все женщины города захотят спать в твоих объятиях и станут завидовать мне! И Человек стал совокупляться со всеми женщинами подряд. А жена Кролика убежала от своего мужа — слишком он стал безобразен. Но и жена Человека убежала от своего мужа — слишком он стал хорош собой, — Эй, Человек! Отдавай обратно мои уши. Отдавай обратно мои ноги. Что хорошего в твоем большом уме? Но человек прыгнул и ускакал прочь.

    — О Кролик! У тебя. конечно, нет такого ума, как у меня, зато ты такой красивый! Итак, Человек с Кроликом обменялись. — О муж мой! Каким ты стал красивым! Все женщины города захотят спать в твоих объятиях и станут завидовать мне! И Человек стал совокупляться со всеми женщинами подряд. А жена Кролика убежала от своего мужа — слишком он стал безобразен. Но и жена Человека убежала от своего мужа — слишком он стал хорош собой, — Эй, Человек! Отдавай обратно мои уши. Отдавай обратно мои ноги. Что хорошего в твоем большом уме? Но человек прыгнул и ускакал прочь.

    — Человек · книга