235 мудрых мыслей Валентина Пикуля

Ниже 235 цитат Валентина Пикуля — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Романтика — фея нежная и весьма капризная. С ней надобно обращаться осторожно.

   Романтика — фея нежная и весьма капризная. С ней надобно обращаться осторожно.

   — Мальчики с бантиками · книга
2. «

   Волк волку не товарищ, но волки всегда живут среди волков!

   Волк волку не товарищ, но волки всегда живут среди волков!

   — Нечистая сила · книга
3. «

   Мне была дана жизнь, но у каждой жизни своя судьба. Один человек лишь проводит жизнь, как лесной ежик или улитка, покоренный судьбе, а другой человек сам созидает судьбу, для чего порою ему приходится всю жизнь выворачивать наизнанку.

   Мне была дана жизнь, но у каждой жизни своя судьба. Один человек лишь проводит жизнь, как лесной ежик или улитка, покоренный судьбе, а другой человек сам созидает судьбу, для чего порою ему приходится всю жизнь выворачивать наизнанку.

   — Честь имею · книга
4. «

   Вы, русские – добавил Бисмарк, – очень медленно запрягаете, но зато удивительно быстро скачете!

   Вы, русские – добавил Бисмарк, – очень медленно запрягаете, но зато удивительно быстро скачете!

   — Битва железных канцлеров · книга
5. «

   Преодолевать трудности — не в этом ли смысл жизни?

   Преодолевать трудности — не в этом ли смысл жизни?

   — Екатерина II · книга
6. «

   — Вы, очевидно, русский? — Честь имею быть им...

   — Вы, очевидно, русский? — Честь имею быть им...

   — Честь имею · книга
7. «

   Не пристало нам, русским, похваляться успехами, как и не пристало и принижать своего противника.

   Не пристало нам, русским, похваляться успехами, как и не пристало и принижать своего противника.

   — Честь имею · книга
8. «

   Ну, скажите, какая дубина не дрогнет, увидев свое имя, свой труд в печати? Лейтенант шагал по Грейговской улице Кронштадта, не в силах сдержать улыбки, и нес журнал в руке, уверенный, все прохожие смотрят на него — вот, видите, идет сам автор!

   Ну, скажите, какая дубина не дрогнет, увидев свое имя, свой труд в печати? Лейтенант шагал по Грейговской улице Кронштадта, не в силах сдержать улыбки, и нес журнал в руке, уверенный, все прохожие смотрят на него — вот, видите, идет сам автор!

   — Три возраста Окини-сан · книга
9. «

   Конечно, тюрьма консервирует лучшие качества, с которыми человек вошел в тюрьму, но эта же тюрьма усугубляет все пороки, с которыми порочный человек вступает в тюрьму...

   Конечно, тюрьма консервирует лучшие качества, с которыми человек вошел в тюрьму, но эта же тюрьма усугубляет все пороки, с которыми порочный человек вступает в тюрьму...

   — Каторга · книга
10. «

    Известны слова Чуйкова об этом времени: — Если американцы говорят, что «время – деньги», то мы, русские, сейчас говорим иначе: «Время – это кровь...»

    Известны слова Чуйкова об этом времени: — Если американцы говорят, что «время – деньги», то мы, русские, сейчас говорим иначе: «Время – это кровь...»

    — Барбаросса · книга
11. «

    Те, что сидят сегодня в верхах, рассуждают по давно известной схеме: после нас хоть потоп. Не думая о том и не веря в то, что потоп действительно грядёт.

    Те, что сидят сегодня в верхах, рассуждают по давно известной схеме: после нас хоть потоп. Не думая о том и не веря в то, что потоп действительно грядёт.

    — Никита Коковцев · книга
12. «

    Иногда мы вынуждены быть героями, если знаем, что выхода нет, отступать некуда, надо пережить то, чего не избежать...

    Иногда мы вынуждены быть героями, если знаем, что выхода нет, отступать некуда, надо пережить то, чего не избежать...

    — Каторга · книга
13. «

    - Я... боюсь, — честно признался юнкер. - В этом вы не оказались оригинальны: я тоже не сгораю сейчас на костре героизма.

    - Я... боюсь, — честно признался юнкер. - В этом вы не оказались оригинальны: я тоже не сгораю сейчас на костре героизма.

    — Андрей Карабанов · книга
14. «

    Русский человек умеет беречь копеечку. Но еще лучше умеет транжирить деньжата, если они у него стали «бешеными».

    Русский человек умеет беречь копеечку. Но еще лучше умеет транжирить деньжата, если они у него стали «бешеными».

    — Честь имею · книга
15. «

    Еще раз подтверждаю, что Россия за мир, но мирная политика ее не всегда пассивна!

    Еще раз подтверждаю, что Россия за мир, но мирная политика ее не всегда пассивна!

    — Честь имею · книга
16. «

    Вам раньше казалось, что тяжело, а тяжело-то сейчас и начнётся. Свои всегда больней лупят. Райская жизнь кончилась.

    Вам раньше казалось, что тяжело, а тяжело-то сейчас и начнётся. Свои всегда больней лупят. Райская жизнь кончилась.

    — Отец Паисий · книга
17. «

    ... Кстати, каков номер вашего героического корыта? — Тринадцатый, с вашего позволения. — Счастливчики! А сколько приняли мин к поставке? — Тринадцать. — Везунчики! А сколько человек в команде? Прапорщик чуть не заплакал: — Увы, без меня — тринадцать... — С таким номером не пропадете, — сообщил в утешение. — А сумма отрицательных показателей в народном суеверии всегда приносит положительный результат...

    ... Кстати, каков номер вашего героического корыта? — Тринадцатый, с вашего позволения. — Счастливчики! А сколько приняли мин к поставке? — Тринадцать. — Везунчики! А сколько человек в команде? Прапорщик чуть не заплакал: — Увы, без меня — тринадцать... — С таким номером не пропадете, — сообщил в утешение. — А сумма отрицательных показателей в народном суеверии всегда приносит положительный результат...

    — Моонзунд · книга
18. «

    Князь Святополк-Мирский решил не извинять: — Да что вы тут заладили: Дмитрий Иванович да Дмитрий Иванович! Зовите меня просто, по-свойски — ваше высокопревосходительство.

    Князь Святополк-Мирский решил не извинять: — Да что вы тут заладили: Дмитрий Иванович да Дмитрий Иванович! Зовите меня просто, по-свойски — ваше высокопревосходительство.

    — Князь Святополк-Мирский · книга
19. «

    Если отнять у людей надежду на возвышение, то руки у всех на Руси отсохнут и никто ничего делать не станет. А держава одной аристократией сильна не будет...

    Если отнять у людей надежду на возвышение, то руки у всех на Руси отсохнут и никто ничего делать не станет. А держава одной аристократией сильна не будет...

    — Екатерина II · книга
20. «

    Человек – это иногда звучит горько.

    Человек – это иногда звучит горько.

    — Каторга · книга