298 цитат Валентина Пикуля для поста и дневника

Ниже 298 цитат Валентина Пикуля — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Император увольнял в отставку сановников, доставшихся в наследство от батюшки, которого Герцен прозвал «неудобозабываемым». Правда, смена кабинета далась нелегко, пришлось даже выдержать истерику матери. Почерневшая и сухая мегера, внучка Фридриха Великого, кричала на сына: — Как ты собираешься управлять страной дураков и воров без верных слуг отца — без Клейнмихелей! без Нессельроде! Царь дал матери ответ, ставший историческим: – Мой папа был гений, потому мог позволить себе окружать трон остолопами. А я не гений — мне нужны умные люди...

   Император увольнял в отставку сановников, доставшихся в наследство от батюшки, которого Герцен прозвал «неудобозабываемым». Правда, смена кабинета далась нелегко, пришлось даже выдержать истерику матери. Почерневшая и сухая мегера, внучка Фридриха Великого, кричала на сына: — Как ты собираешься управлять страной дураков и воров без верных слуг отца — без Клейнмихелей! без Нессельроде! Царь дал матери ответ, ставший историческим: – Мой папа был гений, потому мог позволить себе окружать трон остолопами. А я не гений — мне нужны умные люди...

   — Александр II · книга
2. «

   Конечно, глуп человек, который в старости не сделался консерватором, но ещё глупее тот, кто в юности никогда не был революционером.

   Конечно, глуп человек, который в старости не сделался консерватором, но ещё глупее тот, кто в юности никогда не был революционером.

   — Каторга · книга
3. «

   Бисмарк озлобленно хлопал ящиками стола, выгребая из них какие-то документы. Сказал: — Горчаков повёл себя, как барышня, которую гусар хочет поцеловать. Барышня обязательно скажет «нет», после чего её тут же целуют...

   Бисмарк озлобленно хлопал ящиками стола, выгребая из них какие-то документы. Сказал: — Горчаков повёл себя, как барышня, которую гусар хочет поцеловать. Барышня обязательно скажет «нет», после чего её тут же целуют...

   — Отто фон Бисмарк · книга
4. «

   Победить русских очень трудно, но и самим русским трудно быть победителями!

   Победить русских очень трудно, но и самим русским трудно быть победителями!

   — Конрад-фон-Гетцендорф · книга
5. «

   — А где вы успели нажить себе так много врагов? — Для этого не надо быть гением. Делай своё дело, говори правду, не подхалимствуй — и этого вполне достаточно, чтобы любая шавка облаяла тебя из-под каждого забора.

   — А где вы успели нажить себе так много врагов? — Для этого не надо быть гением. Делай своё дело, говори правду, не подхалимствуй — и этого вполне достаточно, чтобы любая шавка облаяла тебя из-под каждого забора.

   — Честь имею · книга
6. «

   Рядом со своим лицом он видел её лицо, ставшее в лунном свете моложе. Потемкин поймал себя на мысли, что ему хочется взять её за шею и трясти за всё прошлое так, чтобы голова моталась из стороны в сторону. Екатерина, очевидно по выражению лица, догадалась о состоянии мужчины. — Ну... бей! — сказала она. — Бей, только не отвергай. В этот момент ему стало жаль её. Он понёс женщину в глубину комнат, ударами ботфорта распахивая перед собой половинки дверей, сухо трещавшие. Екатерина покорилась ему. - Пришёл… все-таки пришёл, — бормотала она. — Не хочешь быть шестым — и не надо! Будь последним моим, проклятый...

   Рядом со своим лицом он видел её лицо, ставшее в лунном свете моложе. Потемкин поймал себя на мысли, что ему хочется взять её за шею и трясти за всё прошлое так, чтобы голова моталась из стороны в сторону. Екатерина, очевидно по выражению лица, догадалась о состоянии мужчины. — Ну... бей! — сказала она. — Бей, только не отвергай. В этот момент ему стало жаль её. Он понёс женщину в глубину комнат, ударами ботфорта распахивая перед собой половинки дверей, сухо трещавшие. Екатерина покорилась ему. - Пришёл… все-таки пришёл, — бормотала она. — Не хочешь быть шестым — и не надо! Будь последним моим, проклятый...

   — Екатерина II · книга
7. «

   Павел, мучимый давним недовольством, утешался мыслями о своем превосходстве над матерью, которой однажды и сознался: — Я внутренне чувствую, что все меня любят. — Хуже быть того не может, — отвечала мать. — Очень опасное заблуждение думать, что ты всеми любим. Готовьтесь, сын мой, выносить и всеобщую ненависть...

   Павел, мучимый давним недовольством, утешался мыслями о своем превосходстве над матерью, которой однажды и сознался: — Я внутренне чувствую, что все меня любят. — Хуже быть того не может, — отвечала мать. — Очень опасное заблуждение думать, что ты всеми любим. Готовьтесь, сын мой, выносить и всеобщую ненависть...

   — Екатерина II · книга
8. «

   Дураков всегда бьют...

   Дураков всегда бьют...

   — Битва железных канцлеров · книга
9. «

   — Все это — высокие слова. А мы кормимся делом...

   — Все это — высокие слова. А мы кормимся делом...

   — Моонзунд · книга
10. «

    Горчакова навестил и посол далекого Вашингтона: — Америка никогда не признавала условий Парижского трактата. Эскадры флота Соединенных Штатов в вашем распоряжении. Скажите слово, и наши мониторы появятся на Босфоре, готовые залпами по сералю султана Турции расплатиться с Россией за все услуги, которые она оказала президенту Аврааму Линкольну в его борьбе с Южными Штатами... — Я тронут, — сказал Горчаков. — Передайте благодарность конгрессу. Но война ограничится порханием бумаг. Потом все бумаги подошьют в дела архивов, а мы, успокоив нервы валерьянкой, приступим к возрождению Черноморского флота.

    Горчакова навестил и посол далекого Вашингтона: — Америка никогда не признавала условий Парижского трактата. Эскадры флота Соединенных Штатов в вашем распоряжении. Скажите слово, и наши мониторы появятся на Босфоре, готовые залпами по сералю султана Турции расплатиться с Россией за все услуги, которые она оказала президенту Аврааму Линкольну в его борьбе с Южными Штатами... — Я тронут, — сказал Горчаков. — Передайте благодарность конгрессу. Но война ограничится порханием бумаг. Потом все бумаги подошьют в дела архивов, а мы, успокоив нервы валерьянкой, приступим к возрождению Черноморского флота.

    — Александр Михайлович Горчаков · книга
11. «

    Те, что сидят сегодня в верхах, рассуждают по давно известной схеме: после нас хоть потоп. Не думая о том и не веря в то, что потоп действительно грядёт.

    Те, что сидят сегодня в верхах, рассуждают по давно известной схеме: после нас хоть потоп. Не думая о том и не веря в то, что потоп действительно грядёт.

    — Никита Коковцев · книга
12. «

    Россия — это такая страна, которой можно нанести поражение, но которую нельзя победить!

    Россия — это такая страна, которой можно нанести поражение, но которую нельзя победить!

    — Трухачев · книга
13. «

    Английские министры спрашивали Протопопова: – Как могло случиться. что ваша страна, в которой всё есть, ничего не имеет и постоянно содрогается в конвульсиях? – Это наша вина – отвечал Протопопов. – Мы сами не знаем, чего хотим.

    Английские министры спрашивали Протопопова: – Как могло случиться. что ваша страна, в которой всё есть, ничего не имеет и постоянно содрогается в конвульсиях? – Это наша вина – отвечал Протопопов. – Мы сами не знаем, чего хотим.

    — Нечистая сила · книга
14. «

    Но помни, что имеешь дело с живыми людьми, а люди — не бумага, которую и скомкать можно. Человека же, если скомкаешь, никаким утюгом не разгладишь...

    Но помни, что имеешь дело с живыми людьми, а люди — не бумага, которую и скомкать можно. Человека же, если скомкаешь, никаким утюгом не разгладишь...

    — Екатерина II · книга
15. «

    В квартире прибрано. Белеют зеркала. Как конь попоною, одет рояль забытый; На консультации вчера здесь Смерть была, И дверь после себя оставила открытой...

    В квартире прибрано. Белеют зеркала. Как конь попоною, одет рояль забытый; На консультации вчера здесь Смерть была, И дверь после себя оставила открытой...

    — Честь имею · книга
16. «

    В трудные для России времена правительство всегда вспоминало о патриотах...

    В трудные для России времена правительство всегда вспоминало о патриотах...

    — Битва железных канцлеров · книга
17. «

    Красота ландшафтов была поразительная. Бронницы с храмами на горе выступили вечером — как сказка. Безбородко доказывал Фицгерберту, что бронницкое сено — лучшее сено в мире: - Я бы его сам ел, да тогда скотине не хватит...

    Красота ландшафтов была поразительная. Бронницы с храмами на горе выступили вечером — как сказка. Безбородко доказывал Фицгерберту, что бронницкое сено — лучшее сено в мире: - Я бы его сам ел, да тогда скотине не хватит...

    — Безбородко · книга
18. «

    В крайности всегда есть доля безобразия.

    В крайности всегда есть доля безобразия.

    — Нечистая сила · книга
19. «

    А за столом сидел ласковый русский дедушка в паричке набок. Он любовно перебирал лежавшие перед ним ржавые клейма, щипцы для вырывания ноздрей, плети-семихвостки.

    А за столом сидел ласковый русский дедушка в паричке набок. Он любовно перебирал лежавшие перед ним ржавые клейма, щипцы для вырывания ноздрей, плети-семихвостки.

    — Пером и шпагой · книга
20. «

    Нет такой матери, чтобы не спасла сына.

    Нет такой матери, чтобы не спасла сына.

    — Честь имею · книга