347 цитат Валентина Пикуля, которые стоит перечитать

Ниже 347 цитат Валентина Пикуля — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Во врага <...> никто не стреляет общественным мнением — врага разят только пулями...

   Во врага <...> никто не стреляет общественным мнением — врага разят только пулями...

   — Отто фон Бисмарк · книга
2. «

   В крайности всегда есть доля безобразия.

   В крайности всегда есть доля безобразия.

   — Нечистая сила · книга
3. «

   Молодость не хочет думать, что любая жизнь имеет скорбный финал.

   Молодость не хочет думать, что любая жизнь имеет скорбный финал.

   — Мальчики с бантиками · книга
4. «

   Движение людской реки многолико и однолико, многоголосо и одноголосо. У демонстрации нет героя — здесь один герой. Это сама демонстрация...

   Движение людской реки многолико и однолико, многоголосо и одноголосо. У демонстрации нет героя — здесь один герой. Это сама демонстрация...

   — Моонзунд · книга
5. «

   К метеорологии я отношусь примерно с таким же решпектом, как к хиромантии или к чёрной магии.

   К метеорологии я отношусь примерно с таким же решпектом, как к хиромантии или к чёрной магии.

   — Адмирал Диков · книга
6. «

   Одна ложь цепляется за другую, и из маленькой лжи вырастает большая ложь.

   Одна ложь цепляется за другую, и из маленькой лжи вырастает большая ложь.

   — Савва · книга
7. «

   ...отдать женщину на поругание, это... хуже убийства!

   ...отдать женщину на поругание, это... хуже убийства!

   — Федор фон Клюгенау · книга
8. «

   Чем невероятнее ложь, тем охотнее в нее верят.

   Чем невероятнее ложь, тем охотнее в нее верят.

   — Апис · книга
9. «

   А вечером, попивая с Нарышкиным слабенькое винцо возле камина, ученый слушал этого старого человека, сокрушавшегося о бедах отечества. - Я ведь долго жил в Европе, — говорил он, — и много живу в России. Для Европы она всегда останется сфинксом, и все будут удивляться нашему могуществу и нашим бедам. Но для меня, для русского, останется трагической загадкой: как мы ещё не погибли окончательно под руинами собственных ошибок?

   А вечером, попивая с Нарышкиным слабенькое винцо возле камина, ученый слушал этого старого человека, сокрушавшегося о бедах отечества. - Я ведь долго жил в Европе, — говорил он, — и много живу в России. Для Европы она всегда останется сфинксом, и все будут удивляться нашему могуществу и нашим бедам. Но для меня, для русского, останется трагической загадкой: как мы ещё не погибли окончательно под руинами собственных ошибок?

   — Нарышкин · книга
10. «

    Я по себе знаю, — сказал султан, — что если женщине чего-либо захочется, то помешать невозможно. Она успокоится лишь в том случае, если её зашьют в мешок и бросят в воды Босфора. Но я уверен, что пока мешок не коснется далекого дна, женщина ещё волнуется, — как бы ей утолить свои вожделения!

    Я по себе знаю, — сказал султан, — что если женщине чего-либо захочется, то помешать невозможно. Она успокоится лишь в том случае, если её зашьют в мешок и бросят в воды Босфора. Но я уверен, что пока мешок не коснется далекого дна, женщина ещё волнуется, — как бы ей утолить свои вожделения!

    — Мустафа III · книга
11. «

    Уничтожить бюрократию стало теперь невозможно, ибо уничтожение её придется поручить тем же самым бюрократам. Но, даже уничтожив старую бюрократию, они тут же породят новую, ещё более прожорливую, более выносливую и живучую... Так не лучше ли нам это гадючье логово и не трогать?

    Уничтожить бюрократию стало теперь невозможно, ибо уничтожение её придется поручить тем же самым бюрократам. Но, даже уничтожив старую бюрократию, они тут же породят новую, ещё более прожорливую, более выносливую и живучую... Так не лучше ли нам это гадючье логово и не трогать?

    — Григорий Потемкин · книга
12. «

    В своем духовном завещании Фридрих написал:

    В своем духовном завещании Фридрих написал:

    — Пером и шпагой · книга
13. «

    И вдруг... О эти «вдруг»! Как они играют человеком.

    И вдруг... О эти «вдруг»! Как они играют человеком.

    — Из тупика · книга
14. «

    — Я уже не думаю, как бы мне хорошо прожить. С некоторых пор я стал больше заботиться — как бы мне хорошо помереть...

    — Я уже не думаю, как бы мне хорошо прожить. С некоторых пор я стал больше заботиться — как бы мне хорошо помереть...

    — Артемьев · книга
15. «

    Никогда не следует человеку отказываться от получения тех впечатлений, которые могут обогатить его сердце!

    Никогда не следует человеку отказываться от получения тех впечатлений, которые могут обогатить его сердце!

    — Брэнгвин · книга
16. «

    Нет ничего гибельнее для страны, <...> чем апатия народа к внешней политике своего отечества...

    Нет ничего гибельнее для страны, <...> чем апатия народа к внешней политике своего отечества...

    — Александр Михайлович Горчаков · книга
17. «

    — Скажи, Клара... как тебя зовут? — Называй как угодно. Все равно ошибешься...

    — Скажи, Клара... как тебя зовут? — Называй как угодно. Все равно ошибешься...

    — Артемьев · книга
18. «

    - А я жалею, что не мужчина и не служу в армии. В таких случаях доза лести крайне необходима. - Вы легко достигли бы чина фельдмаршальского! — С моим-то драчливым характером? — хмыкнула Екатерина. — Что вы, посол! Меня бы пришибли еще в чине поручика. — Прощаясь с Дюраном, она вдруг в полный мах отвесила ему политическую оплеуху. — Я не знаю, как сложатся мои дальнейшие отношения с Версалем, но можете отписать королю: французы способны делать в политике лишь то, что они могут делать, а Россия станет делать все то, что она хочет делать...

    - А я жалею, что не мужчина и не служу в армии. В таких случаях доза лести крайне необходима. - Вы легко достигли бы чина фельдмаршальского! — С моим-то драчливым характером? — хмыкнула Екатерина. — Что вы, посол! Меня бы пришибли еще в чине поручика. — Прощаясь с Дюраном, она вдруг в полный мах отвесила ему политическую оплеуху. — Я не знаю, как сложатся мои дальнейшие отношения с Версалем, но можете отписать королю: французы способны делать в политике лишь то, что они могут делать, а Россия станет делать все то, что она хочет делать...

    — Дюран · книга
19. «

    — Что тебе, мамочка, привезти из Японии? – спросил он. — Привези целую голову, две руки и две ноги, а больше мне от тебя никаких подарков и не нужно, дорогой мой...

    — Что тебе, мамочка, привезти из Японии? – спросил он. — Привези целую голову, две руки и две ноги, а больше мне от тебя никаких подарков и не нужно, дорогой мой...

    — Мама · книга
20. «

    Много всего в штанах и мало под шляпами.

    Много всего в штанах и мало под шляпами.

    — Нечистая сила · книга