20 цитат Вальтера Моэрса, ставших крылатыми

Вальтер Моэрс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 20 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Создавать книги ты ещё не можешь, а вот убивать их уже научился. Может тебе стоит стать критиком?

   Создавать книги ты ещё не можешь, а вот убивать их уже научился. Может тебе стоит стать критиком?

   — Тень-Король · книга
2. «

   Наверх. <…> Я уже едва верил, что подобное направление вообще существует. В последнее время я хотел только наверх, но получалось лишь дальше вниз.

   Наверх. <…> Я уже едва верил, что подобное направление вообще существует. В последнее время я хотел только наверх, но получалось лишь дальше вниз.

   — Город мечтающих книг · книга
3. «

   Со временем шок преобразится во вдохновение. Ты почувствуешь потребность потягаться с этим совершенством.

   Со временем шок преобразится во вдохновение. Ты почувствуешь потребность потягаться с этим совершенством.

   — Данцелот Слоготокарь · книга
4. «

   Каждый медведь должен иметь свои секреты, темные пятна так сказать, это делает его фигуру куда более таинственной и значительной.

   Каждый медведь должен иметь свои секреты, темные пятна так сказать, это делает его фигуру куда более таинственной и значительной.

   — Синий Медведь · книга
5. «

   Хорошая, добротная ложь сродни каменной стене: если кирпичики аккуратно и точно прилажены друг к другу, она становится монолитом.

   Хорошая, добротная ложь сродни каменной стене: если кирпичики аккуратно и точно прилажены друг к другу, она становится монолитом.

   — Синий Медведь · книга
6. «

   Проблема в том, чтобы зарабатывать деньги — много денег! Нам не нужна великая, безупречная литература. Нам нужна посредственность. Барахло, хлам, массовый товар. Все больше и больше. Все более толстые книги ни о чём. В счёт идёт лишь проданная бумага, а не слова, которые на ней напечатаны.

   Проблема в том, чтобы зарабатывать деньги — много денег! Нам не нужна великая, безупречная литература. Нам нужна посредственность. Барахло, хлам, массовый товар. Все больше и больше. Все более толстые книги ни о чём. В счёт идёт лишь проданная бумага, а не слова, которые на ней напечатаны.

   — Червякул · книга
7. «

   — В твоем подвале живет чудище? — В любом подвале живет чудище.

   — В твоем подвале живет чудище? — В любом подвале живет чудище.

   — Тень-Король · книга
8. «

   Жизнь слишком коротка, чтобы доверить её воле случая.

   Жизнь слишком коротка, чтобы доверить её воле случая.

   — Дэус Экс Махина (Мак) · книга
9. «

   — Учение, — выкрикивал профессор Филинчик в класс со своей кафедры, при этом выпучивая глаза так, что они становились размером с чайные блюдца, — учение — тьма! Это было основное положение идеетской филофизики, предмета, изучаемого только в Ночной школе в Темных горах. Профессор Филинчик говорил подобные вещи нередко, естественно, чтобы сбить нас, желторотиков, с толку. В этих мнимо бессмысленных высказываниях и заключалась основа методики его обучения: прежде чем ученики придут к выводу, что все это вздор и бессмыслица, им придется напрячь мозги и как следует ими пораскинуть. А это именно то, чего профессор желал больше всего: мы должны были научиться думать, и притом во всех возможных направлениях.

   — Учение, — выкрикивал профессор Филинчик в класс со своей кафедры, при этом выпучивая глаза так, что они становились размером с чайные блюдца, — учение — тьма! Это было основное положение идеетской филофизики, предмета, изучаемого только в Ночной школе в Темных горах. Профессор Филинчик говорил подобные вещи нередко, естественно, чтобы сбить нас, желторотиков, с толку. В этих мнимо бессмысленных высказываниях и заключалась основа методики его обучения: прежде чем ученики придут к выводу, что все это вздор и бессмыслица, им придется напрячь мозги и как следует ими пораскинуть. А это именно то, чего профессор желал больше всего: мы должны были научиться думать, и притом во всех возможных направлениях.

   — Синий Медведь · книга
10. «

    Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.

    Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.

    — Город мечтающих книг · книга
11. «

    Заимствовать у одного писателя – кража, у многих – сбор материала.

    Заимствовать у одного писателя – кража, у многих – сбор материала.

    — Город мечтающих книг · книга
12. «

    Говорят, жизнь коротка. Не знаю, бывает по-разному. Одна короткая, другая длинная, третья так, серединка на половинку. У меня их было еще целых тринадцать с половиной.

    Говорят, жизнь коротка. Не знаю, бывает по-разному. Одна короткая, другая длинная, третья так, серединка на половинку. У меня их было еще целых тринадцать с половиной.

    — Синий Медведь · книга
13. «

    Свежий морской бриз принес с собой едва уловимый знакомый запах. Это был запах далекого пожарища, с легкой примесью корицы. А так — как мы уже знаем — могут пахнуть только приключения.

    Свежий морской бриз принес с собой едва уловимый знакомый запах. Это был запах далекого пожарища, с легкой примесью корицы. А так — как мы уже знаем — могут пахнуть только приключения.

    — Синий Медведь · книга
14. «

    ... Всё же истина дороже, поэтому хорошая или дурная эта пачкотня, она тоже достояние читающей общественности.

    ... Всё же истина дороже, поэтому хорошая или дурная эта пачкотня, она тоже достояние читающей общественности.

    — Хильдегунст Мифорез · книга
15. «

    — Гм… ну надо же. И куда же мы пойдем? — В подвал. — В замке есть подвал? — Конечно, — отозвался Гомунколосс. — В любом страшном замке есть подвал.

    — Гм… ну надо же. И куда же мы пойдем? — В подвал. — В замке есть подвал? — Конечно, — отозвался Гомунколосс. — В любом страшном замке есть подвал.

    — Тень-Король · книга
16. «

    На чужбине мы всегда ведём себя сдержанно, среди прочего потому, что в чужие края едешь не затем, чтобы общаться с себе подобным.

    На чужбине мы всегда ведём себя сдержанно, среди прочего потому, что в чужие края едешь не затем, чтобы общаться с себе подобным.

    — Хильдегунст Мифорез · книга
17. «

    При помощи чтения умные люди избавляются от необходимости думать самим.

    При помощи чтения умные люди избавляются от необходимости думать самим.

    — Город мечтающих книг · книга
18. «

    — Воски Достей? — переспросил я. — Тот, кто писал уйму депрессивных романов про самокопание? У кого герой все спрашивал себя, человек он или тварь дрожащая? — Да, брось, это большая литература! — возразил Гольго. — Просто нужно уметь ее выносить.

    — Воски Достей? — переспросил я. — Тот, кто писал уйму депрессивных романов про самокопание? У кого герой все спрашивал себя, человек он или тварь дрожащая? — Да, брось, это большая литература! — возразил Гольго. — Просто нужно уметь ее выносить.

    — Хильдегунст Мифорез · книга
19. «

    Любопытство — самая мощная движущая сила вселенной, ведь она способна преодолеть две её величайшие тормозящие силы — здравый смысл и страх.

    Любопытство — самая мощная движущая сила вселенной, ведь она способна преодолеть две её величайшие тормозящие силы — здравый смысл и страх.

    — Город мечтающих книг · книга
20. «

    Если книга способна меня захватить, я буду читать в самых неблагоприятных условиях.

    Если книга способна меня захватить, я буду читать в самых неблагоприятных условиях.

    — Хильдегунст Мифорез · книга