Что говорил Вальтер Моэрс: 21 цитата

Вальтер Моэрс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 21 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Действительно хорошие вещи редко получают признание сразу после написания. Лучшие писатели умирают бедными. Плохие зарабатывают деньги. Так всегда было.

   Действительно хорошие вещи редко получают признание сразу после написания. Лучшие писатели умирают бедными. Плохие зарабатывают деньги. Так всегда было.

   — Клавдио Гарфеншток · книга
2. «

   Вольцотан Смейк, как обычно, сидел в шезлонге и занимался бизнесом. Помощники, помощники помощников и ассистенты помощников тех помощников, а именно пещерный тролль, несколько десятков зельцев и других подданных вились вокруг него, словно стая мух, подсовывая письма, бумаги на подпись, газетные статьи и биржевые сводки. Подобную картину я наблюдал изо дня в день, но старался не думать о том, чем он там занимается.

   Вольцотан Смейк, как обычно, сидел в шезлонге и занимался бизнесом. Помощники, помощники помощников и ассистенты помощников тех помощников, а именно пещерный тролль, несколько десятков зельцев и других подданных вились вокруг него, словно стая мух, подсовывая письма, бумаги на подпись, газетные статьи и биржевые сводки. Подобную картину я наблюдал изо дня в день, но старался не думать о том, чем он там занимается.

   — Синий Медведь · книга
3. «

   ... Всё же истина дороже, поэтому хорошая или дурная эта пачкотня, она тоже достояние читающей общественности.

   ... Всё же истина дороже, поэтому хорошая или дурная эта пачкотня, она тоже достояние читающей общественности.

   — Хильдегунст Мифорез · книга
4. «

   — Ночевать ты будешь в этом помещении. — Здесь? С живыми книгами! Почему? — В наказание. Ты хотел сожрать одну из них. — Но я едва не умер от голода и жажды! Потому что ты бросил меня одного. — Это не повод поедать моих подданных. Даже мысленно!

   — Ночевать ты будешь в этом помещении. — Здесь? С живыми книгами! Почему? — В наказание. Ты хотел сожрать одну из них. — Но я едва не умер от голода и жажды! Потому что ты бросил меня одного. — Это не повод поедать моих подданных. Даже мысленно!

   — Тень-Король · книга
5. «

   И потому для успокоения нам остается лишь природа. почти инстинктивно мы выходим из четырех стен, и в саду, в огороде, под шум листвы под звездами нам дышится свободнее — там у нас становится легче на сердце. Со звезд мы пришли, на звезды вернемся. Жизнь — лишь путешествие в неведомое.

   И потому для успокоения нам остается лишь природа. почти инстинктивно мы выходим из четырех стен, и в саду, в огороде, под шум листвы под звездами нам дышится свободнее — там у нас становится легче на сердце. Со звезд мы пришли, на звезды вернемся. Жизнь — лишь путешествие в неведомое.

   — Данцелот · книга
6. «

   Последние слова умирающего… и он жаждет поведать тебе кое-что сенсационное! Запомни этот прием! После такого никто книгу не бросит! Никто!

   Последние слова умирающего… и он жаждет поведать тебе кое-что сенсационное! Запомни этот прием! После такого никто книгу не бросит! Никто!

   — Данцелот · книга
7. «

   Разве не абсурд, что от хороших воспоминаний слёзы на глаза наворачиваются чаще, чем от дурных?

   Разве не абсурд, что от хороших воспоминаний слёзы на глаза наворачиваются чаще, чем от дурных?

   — Тень-Король · книга
8. «

   Наверх. <…> Я уже едва верил, что подобное направление вообще существует. В последнее время я хотел только наверх, но получалось лишь дальше вниз.

   Наверх. <…> Я уже едва верил, что подобное направление вообще существует. В последнее время я хотел только наверх, но получалось лишь дальше вниз.

   — Город мечтающих книг · книга
9. «

   Жизнь слишком коротка, чтобы доверить её воле случая.

   Жизнь слишком коротка, чтобы доверить её воле случая.

   — Дэус Экс Махина (Мак) · книга
10. «

    — В твоем подвале живет чудище? — В любом подвале живет чудище.

    — В твоем подвале живет чудище? — В любом подвале живет чудище.

    — Тень-Король · книга
11. «

    Свежий морской бриз принес с собой едва уловимый знакомый запах. Это был запах далекого пожарища, с легкой примесью корицы. А так — как мы уже знаем — могут пахнуть только приключения.

    Свежий морской бриз принес с собой едва уловимый знакомый запах. Это был запах далекого пожарища, с легкой примесью корицы. А так — как мы уже знаем — могут пахнуть только приключения.

    — Синий Медведь · книга
12. «

    — Гм… ну надо же. И куда же мы пойдем? — В подвал. — В замке есть подвал? — Конечно, — отозвался Гомунколосс. — В любом страшном замке есть подвал.

    — Гм… ну надо же. И куда же мы пойдем? — В подвал. — В замке есть подвал? — Конечно, — отозвался Гомунколосс. — В любом страшном замке есть подвал.

    — Тень-Король · книга
13. «

    Если книга способна меня захватить, я буду читать в самых неблагоприятных условиях.

    Если книга способна меня захватить, я буду читать в самых неблагоприятных условиях.

    — Хильдегунст Мифорез · книга
14. «

    Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.

    Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.

    — Город мечтающих книг · книга
15. «

    Любопытство — самая мощная движущая сила вселенной, ведь она способна преодолеть две её величайшие тормозящие силы — здравый смысл и страх.

    Любопытство — самая мощная движущая сила вселенной, ведь она способна преодолеть две её величайшие тормозящие силы — здравый смысл и страх.

    — Город мечтающих книг · книга
16. «

    Проблема в том, чтобы зарабатывать деньги — много денег! Нам не нужна великая, безупречная литература. Нам нужна посредственность. Барахло, хлам, массовый товар. Все больше и больше. Все более толстые книги ни о чём. В счёт идёт лишь проданная бумага, а не слова, которые на ней напечатаны.

    Проблема в том, чтобы зарабатывать деньги — много денег! Нам не нужна великая, безупречная литература. Нам нужна посредственность. Барахло, хлам, массовый товар. Все больше и больше. Все более толстые книги ни о чём. В счёт идёт лишь проданная бумага, а не слова, которые на ней напечатаны.

    — Червякул · книга
17. «

    И теперь я постиг тайну музыки, понял, почему она на голову выше всех остальных искусств: дело в ее бестелесности. Стоит ей отделиться от инструмента, она снова принадлежит сама себе. Она — обретшая независимость сумма звуков, невесомая, бестелесная, совершенно чистая и пребывающая в полной гармонии со Вселенной.

    И теперь я постиг тайну музыки, понял, почему она на голову выше всех остальных искусств: дело в ее бестелесности. Стоит ей отделиться от инструмента, она снова принадлежит сама себе. Она — обретшая независимость сумма звуков, невесомая, бестелесная, совершенно чистая и пребывающая в полной гармонии со Вселенной.

    — Город мечтающих книг · книга
18. «

    Заимствовать у одного писателя – кража, у многих – сбор материала.

    Заимствовать у одного писателя – кража, у многих – сбор материала.

    — Город мечтающих книг · книга
19. «

    Говорят, жизнь коротка. Не знаю, бывает по-разному. Одна короткая, другая длинная, третья так, серединка на половинку. У меня их было еще целых тринадцать с половиной.

    Говорят, жизнь коротка. Не знаю, бывает по-разному. Одна короткая, другая длинная, третья так, серединка на половинку. У меня их было еще целых тринадцать с половиной.

    — Синий Медведь · книга
20. «

    Хорошая, добротная ложь сродни каменной стене: если кирпичики аккуратно и точно прилажены друг к другу, она становится монолитом.

    Хорошая, добротная ложь сродни каменной стене: если кирпичики аккуратно и точно прилажены друг к другу, она становится монолитом.

    — Синий Медведь · книга