Подборка: 29 цитат Вальтера Моэрса

Вальтер Моэрс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 29 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Говорят, жизнь коротка. Не знаю, бывает по-разному. Одна короткая, другая длинная, третья так, серединка на половинку. У меня их было еще целых тринадцать с половиной.

   Говорят, жизнь коротка. Не знаю, бывает по-разному. Одна короткая, другая длинная, третья так, серединка на половинку. У меня их было еще целых тринадцать с половиной.

   — Синий Медведь · книга
2. «

   — Воски Достей? — переспросил я. — Тот, кто писал уйму депрессивных романов про самокопание? У кого герой все спрашивал себя, человек он или тварь дрожащая? — Да, брось, это большая литература! — возразил Гольго. — Просто нужно уметь ее выносить.

   — Воски Достей? — переспросил я. — Тот, кто писал уйму депрессивных романов про самокопание? У кого герой все спрашивал себя, человек он или тварь дрожащая? — Да, брось, это большая литература! — возразил Гольго. — Просто нужно уметь ее выносить.

   — Хильдегунст Мифорез · книга
3. «

   Со временем шок преобразится во вдохновение. Ты почувствуешь потребность потягаться с этим совершенством.

   Со временем шок преобразится во вдохновение. Ты почувствуешь потребность потягаться с этим совершенством.

   — Данцелот Слоготокарь · книга
4. «

   Если книга способна меня захватить, я буду читать в самых неблагоприятных условиях.

   Если книга способна меня захватить, я буду читать в самых неблагоприятных условиях.

   — Хильдегунст Мифорез · книга
5. «

   Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.

   Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.

   — Город мечтающих книг · книга
6. «

   В смехе в одиночку всегда есть толика отчаяния.

   В смехе в одиночку всегда есть толика отчаяния.

   — Город мечтающих книг · книга
7. «

   Многого добился тот, кому собственная жизнь напоминает полную бочку, а не пустое ведро.

   Многого добился тот, кому собственная жизнь напоминает полную бочку, а не пустое ведро.

   — Город мечтающих книг · книга
8. «

   При помощи чтения умные люди избавляются от необходимости думать самим.

   При помощи чтения умные люди избавляются от необходимости думать самим.

   — Город мечтающих книг · книга
9. «

   Хорошая, добротная ложь сродни каменной стене: если кирпичики аккуратно и точно прилажены друг к другу, она становится монолитом.

   Хорошая, добротная ложь сродни каменной стене: если кирпичики аккуратно и точно прилажены друг к другу, она становится монолитом.

   — Синий Медведь · книга
10. «

    — В твоем подвале живет чудище? — В любом подвале живет чудище.

    — В твоем подвале живет чудище? — В любом подвале живет чудище.

    — Тень-Король · книга
11. «

    На чужбине мы всегда ведём себя сдержанно, среди прочего потому, что в чужие края едешь не затем, чтобы общаться с себе подобным.

    На чужбине мы всегда ведём себя сдержанно, среди прочего потому, что в чужие края едешь не затем, чтобы общаться с себе подобным.

    — Хильдегунст Мифорез · книга
12. «

    Каждый медведь должен иметь свои секреты, темные пятна так сказать, это делает его фигуру куда более таинственной и значительной.

    Каждый медведь должен иметь свои секреты, темные пятна так сказать, это делает его фигуру куда более таинственной и значительной.

    — Синий Медведь · книга
13. «

    Жизнь слишком коротка, чтобы доверить её воле случая.

    Жизнь слишком коротка, чтобы доверить её воле случая.

    — Дэус Экс Махина (Мак) · книга
14. «

    ... Всё же истина дороже, поэтому хорошая или дурная эта пачкотня, она тоже достояние читающей общественности.

    ... Всё же истина дороже, поэтому хорошая или дурная эта пачкотня, она тоже достояние читающей общественности.

    — Хильдегунст Мифорез · книга
15. «

    Создавать книги ты ещё не можешь, а вот убивать их уже научился. Может тебе стоит стать критиком?

    Создавать книги ты ещё не можешь, а вот убивать их уже научился. Может тебе стоит стать критиком?

    — Тень-Король · книга
16. «

    — Учение, — выкрикивал профессор Филинчик в класс со своей кафедры, при этом выпучивая глаза так, что они становились размером с чайные блюдца, — учение — тьма! Это было основное положение идеетской филофизики, предмета, изучаемого только в Ночной школе в Темных горах. Профессор Филинчик говорил подобные вещи нередко, естественно, чтобы сбить нас, желторотиков, с толку. В этих мнимо бессмысленных высказываниях и заключалась основа методики его обучения: прежде чем ученики придут к выводу, что все это вздор и бессмыслица, им придется напрячь мозги и как следует ими пораскинуть. А это именно то, чего профессор желал больше всего: мы должны были научиться думать, и притом во всех возможных направлениях.

    — Учение, — выкрикивал профессор Филинчик в класс со своей кафедры, при этом выпучивая глаза так, что они становились размером с чайные блюдца, — учение — тьма! Это было основное положение идеетской филофизики, предмета, изучаемого только в Ночной школе в Темных горах. Профессор Филинчик говорил подобные вещи нередко, естественно, чтобы сбить нас, желторотиков, с толку. В этих мнимо бессмысленных высказываниях и заключалась основа методики его обучения: прежде чем ученики придут к выводу, что все это вздор и бессмыслица, им придется напрячь мозги и как следует ими пораскинуть. А это именно то, чего профессор желал больше всего: мы должны были научиться думать, и притом во всех возможных направлениях.

    — Синий Медведь · книга
17. «

    Не в том дело, как начинается рассказ. И не в том, как он заканчивается. А в том, что происходит между началом и концом.

    Не в том дело, как начинается рассказ. И не в том, как он заканчивается. А в том, что происходит между началом и концом.

    — Данцелот · книга
18. «

    Проблема в том, чтобы зарабатывать деньги — много денег! Нам не нужна великая, безупречная литература. Нам нужна посредственность. Барахло, хлам, массовый товар. Все больше и больше. Все более толстые книги ни о чём. В счёт идёт лишь проданная бумага, а не слова, которые на ней напечатаны.

    Проблема в том, чтобы зарабатывать деньги — много денег! Нам не нужна великая, безупречная литература. Нам нужна посредственность. Барахло, хлам, массовый товар. Все больше и больше. Все более толстые книги ни о чём. В счёт идёт лишь проданная бумага, а не слова, которые на ней напечатаны.

    — Червякул · книга
19. «

    Действительно хорошие вещи редко получают признание сразу после написания. Лучшие писатели умирают бедными. Плохие зарабатывают деньги. Так всегда было.

    Действительно хорошие вещи редко получают признание сразу после написания. Лучшие писатели умирают бедными. Плохие зарабатывают деньги. Так всегда было.

    — Клавдио Гарфеншток · книга
20. «

    Когда тебя любят, ты волей-неволей проникаешься ответной симпатией, даже если речь идет о какой-то бергине.

    Когда тебя любят, ты волей-неволей проникаешься ответной симпатией, даже если речь идет о какой-то бергине.

    — Синий Медведь · книга