31 мыслей Вальтера Моэрса без воды

Вальтер Моэрс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 31 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Последние слова умирающего… и он жаждет поведать тебе кое-что сенсационное! Запомни этот прием! После такого никто книгу не бросит! Никто!

   Последние слова умирающего… и он жаждет поведать тебе кое-что сенсационное! Запомни этот прием! После такого никто книгу не бросит! Никто!

   — Данцелот · книга
2. «

   Заимствовать у одного писателя – кража, у многих – сбор материала.

   Заимствовать у одного писателя – кража, у многих – сбор материала.

   — Город мечтающих книг · книга
3. «

   Действительно хорошие вещи редко получают признание сразу после написания. Лучшие писатели умирают бедными. Плохие зарабатывают деньги. Так всегда было.

   Действительно хорошие вещи редко получают признание сразу после написания. Лучшие писатели умирают бедными. Плохие зарабатывают деньги. Так всегда было.

   — Клавдио Гарфеншток · книга
4. «

   Вольцотан Смейк, как обычно, сидел в шезлонге и занимался бизнесом. Помощники, помощники помощников и ассистенты помощников тех помощников, а именно пещерный тролль, несколько десятков зельцев и других подданных вились вокруг него, словно стая мух, подсовывая письма, бумаги на подпись, газетные статьи и биржевые сводки. Подобную картину я наблюдал изо дня в день, но старался не думать о том, чем он там занимается.

   Вольцотан Смейк, как обычно, сидел в шезлонге и занимался бизнесом. Помощники, помощники помощников и ассистенты помощников тех помощников, а именно пещерный тролль, несколько десятков зельцев и других подданных вились вокруг него, словно стая мух, подсовывая письма, бумаги на подпись, газетные статьи и биржевые сводки. Подобную картину я наблюдал изо дня в день, но старался не думать о том, чем он там занимается.

   — Синий Медведь · книга
5. «

   — Учение, — выкрикивал профессор Филинчик в класс со своей кафедры, при этом выпучивая глаза так, что они становились размером с чайные блюдца, — учение — тьма! Это было основное положение идеетской филофизики, предмета, изучаемого только в Ночной школе в Темных горах. Профессор Филинчик говорил подобные вещи нередко, естественно, чтобы сбить нас, желторотиков, с толку. В этих мнимо бессмысленных высказываниях и заключалась основа методики его обучения: прежде чем ученики придут к выводу, что все это вздор и бессмыслица, им придется напрячь мозги и как следует ими пораскинуть. А это именно то, чего профессор желал больше всего: мы должны были научиться думать, и притом во всех возможных направлениях.

   — Учение, — выкрикивал профессор Филинчик в класс со своей кафедры, при этом выпучивая глаза так, что они становились размером с чайные блюдца, — учение — тьма! Это было основное положение идеетской филофизики, предмета, изучаемого только в Ночной школе в Темных горах. Профессор Филинчик говорил подобные вещи нередко, естественно, чтобы сбить нас, желторотиков, с толку. В этих мнимо бессмысленных высказываниях и заключалась основа методики его обучения: прежде чем ученики придут к выводу, что все это вздор и бессмыслица, им придется напрячь мозги и как следует ими пораскинуть. А это именно то, чего профессор желал больше всего: мы должны были научиться думать, и притом во всех возможных направлениях.

   — Синий Медведь · книга
6. «

   — Гм… ну надо же. И куда же мы пойдем? — В подвал. — В замке есть подвал? — Конечно, — отозвался Гомунколосс. — В любом страшном замке есть подвал.

   — Гм… ну надо же. И куда же мы пойдем? — В подвал. — В замке есть подвал? — Конечно, — отозвался Гомунколосс. — В любом страшном замке есть подвал.

   — Тень-Король · книга
7. «

   Жизнь слишком коротка, чтобы доверить её воле случая.

   Жизнь слишком коротка, чтобы доверить её воле случая.

   — Дэус Экс Махина (Мак) · книга
8. «

   Когда тебя любят, ты волей-неволей проникаешься ответной симпатией, даже если речь идет о какой-то бергине.

   Когда тебя любят, ты волей-неволей проникаешься ответной симпатией, даже если речь идет о какой-то бергине.

   — Синий Медведь · книга
9. «

   Многого добился тот, кому собственная жизнь напоминает полную бочку, а не пустое ведро.

   Многого добился тот, кому собственная жизнь напоминает полную бочку, а не пустое ведро.

   — Город мечтающих книг · книга
10. «

    Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.

    Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.

    — Город мечтающих книг · книга
11. «

    Любопытство — самая мощная движущая сила вселенной, ведь она способна преодолеть две её величайшие тормозящие силы — здравый смысл и страх.

    Любопытство — самая мощная движущая сила вселенной, ведь она способна преодолеть две её величайшие тормозящие силы — здравый смысл и страх.

    — Город мечтающих книг · книга
12. «

    — Воски Достей? — переспросил я. — Тот, кто писал уйму депрессивных романов про самокопание? У кого герой все спрашивал себя, человек он или тварь дрожащая? — Да, брось, это большая литература! — возразил Гольго. — Просто нужно уметь ее выносить.

    — Воски Достей? — переспросил я. — Тот, кто писал уйму депрессивных романов про самокопание? У кого герой все спрашивал себя, человек он или тварь дрожащая? — Да, брось, это большая литература! — возразил Гольго. — Просто нужно уметь ее выносить.

    — Хильдегунст Мифорез · книга
13. «

    ... Всё же истина дороже, поэтому хорошая или дурная эта пачкотня, она тоже достояние читающей общественности.

    ... Всё же истина дороже, поэтому хорошая или дурная эта пачкотня, она тоже достояние читающей общественности.

    — Хильдегунст Мифорез · книга
14. «

    Хорошая, добротная ложь сродни каменной стене: если кирпичики аккуратно и точно прилажены друг к другу, она становится монолитом.

    Хорошая, добротная ложь сродни каменной стене: если кирпичики аккуратно и точно прилажены друг к другу, она становится монолитом.

    — Синий Медведь · книга
15. «

    — Ночевать ты будешь в этом помещении. — Здесь? С живыми книгами! Почему? — В наказание. Ты хотел сожрать одну из них. — Но я едва не умер от голода и жажды! Потому что ты бросил меня одного. — Это не повод поедать моих подданных. Даже мысленно!

    — Ночевать ты будешь в этом помещении. — Здесь? С живыми книгами! Почему? — В наказание. Ты хотел сожрать одну из них. — Но я едва не умер от голода и жажды! Потому что ты бросил меня одного. — Это не повод поедать моих подданных. Даже мысленно!

    — Тень-Король · книга
16. «

    Разве не абсурд, что от хороших воспоминаний слёзы на глаза наворачиваются чаще, чем от дурных?

    Разве не абсурд, что от хороших воспоминаний слёзы на глаза наворачиваются чаще, чем от дурных?

    — Тень-Король · книга
17. «

    Не в том дело, как начинается рассказ. И не в том, как он заканчивается. А в том, что происходит между началом и концом.

    Не в том дело, как начинается рассказ. И не в том, как он заканчивается. А в том, что происходит между началом и концом.

    — Данцелот · книга
18. «

    Со временем шок преобразится во вдохновение. Ты почувствуешь потребность потягаться с этим совершенством.

    Со временем шок преобразится во вдохновение. Ты почувствуешь потребность потягаться с этим совершенством.

    — Данцелот Слоготокарь · книга
19. «

    При помощи чтения умные люди избавляются от необходимости думать самим.

    При помощи чтения умные люди избавляются от необходимости думать самим.

    — Город мечтающих книг · книга
20. «

    Свежий морской бриз принес с собой едва уловимый знакомый запах. Это был запах далекого пожарища, с легкой примесью корицы. А так — как мы уже знаем — могут пахнуть только приключения.

    Свежий морской бриз принес с собой едва уловимый знакомый запах. Это был запах далекого пожарища, с легкой примесью корицы. А так — как мы уже знаем — могут пахнуть только приключения.

    — Синий Медведь · книга