52 цитаты Ватари Ватару — коротко и по делу

Ватари Ватару — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 52 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Говорят, время лечит. Но это не так. Время есть не что иное, как медленно действующий яд. Нечто, полагающее конец, заставляющее сдаваться, медленно истачивающее прошлое.

   Говорят, время лечит. Но это не так. Время есть не что иное, как медленно действующий яд. Нечто, полагающее конец, заставляющее сдаваться, медленно истачивающее прошлое.

   — Хатиман Хикигая · книга
2. «

   Быть чьим-то другом — это значит из кожи вон лезть ради него. Ни за что не соглашусь, что иметь много друзей — это хорошо.

   Быть чьим-то другом — это значит из кожи вон лезть ради него. Ни за что не соглашусь, что иметь много друзей — это хорошо.

   — Хатиман Хикигая · книга
3. «

   Полагаться на собственные силы и собственную волю – это путь к взрослению. Научившись ползать, потом ходить, когда-нибудь ты впервые поймёшь, что значит идти вместе с кем-то.

   Полагаться на собственные силы и собственную волю – это путь к взрослению. Научившись ползать, потом ходить, когда-нибудь ты впервые поймёшь, что значит идти вместе с кем-то.

   — Хатиман Хикигая · книга
4. «

   Звёз­ды так да­леко, что свет от них идёт де­сят­ки лет. Ви­дя звез­ду, мы по­нятия не име­ем, су­щес­тву­ет ли она сей­час. И по­тому они ка­жут­ся ещё прек­раснее. То, ч­то не­дос­ти­жимо, или то, что вот-вот ис­чезнет, кажется самым прекрасным на свете.

   Звёз­ды так да­леко, что свет от них идёт де­сят­ки лет. Ви­дя звез­ду, мы по­нятия не име­ем, су­щес­тву­ет ли она сей­час. И по­тому они ка­жут­ся ещё прек­раснее. То, ч­то не­дос­ти­жимо, или то, что вот-вот ис­чезнет, кажется самым прекрасным на свете.

   — Хатиман Хикигая · книга
5. «

   Ты можешь верить кому-то и доверять ему свои секреты, но рано или поздно получишь удар в спину.

   Ты можешь верить кому-то и доверять ему свои секреты, но рано или поздно получишь удар в спину.

   — Хатиман Хикигая · книга
6. «

   Поражение не есть поражение, пока ты не признал его таковым. Я уверен, что стоящий за моей спиной человек ни на миг не признал бы своё поражение, как бы часто он ни уступал и ни ошибался. В таком случае он ближе всех к победе. Даже когда всё кончено, когда твои надежды и мечтания не значат ничего – даже тогда продолжать рычать изо всех сил. Не опираясь ни на что, кроме простой силы воли, держась лишь на ней. Вот тогда ты можешь называть это мечтой. Кем бы ты ни был, это иллюзия, с которой трудно жить, и это драгоценность. Очень немногие могут этим похвастаться – в этом мире мечты редко становятся реальностью.

   Поражение не есть поражение, пока ты не признал его таковым. Я уверен, что стоящий за моей спиной человек ни на миг не признал бы своё поражение, как бы часто он ни уступал и ни ошибался. В таком случае он ближе всех к победе. Даже когда всё кончено, когда твои надежды и мечтания не значат ничего – даже тогда продолжать рычать изо всех сил. Не опираясь ни на что, кроме простой силы воли, держась лишь на ней. Вот тогда ты можешь называть это мечтой. Кем бы ты ни был, это иллюзия, с которой трудно жить, и это драгоценность. Очень немногие могут этим похвастаться – в этом мире мечты редко становятся реальностью.

   — Хатиман Хикигая · книга
7. «

   Глупо оценивать достоинства человека лишь по оценкам на экзамене и занятому месту. И среди отличников попадаются на редкость паршивые типы.

   Глупо оценивать достоинства человека лишь по оценкам на экзамене и занятому месту. И среди отличников попадаются на редкость паршивые типы.

   — Юкино Юкиносита · книга
8. «

   Я не из тех, кто легко верит чужим словам. Я из тех, кто смотрит на то, что скрыто за словами. Вот такая вот бесполезная у меня особенность.

   Я не из тех, кто легко верит чужим словам. Я из тех, кто смотрит на то, что скрыто за словами. Вот такая вот бесполезная у меня особенность.

   — Хатиман Хикигая · книга
9. «

   Что приходит на ум, когда человек преодолевает середину болезненного испытания? Отчаяние, что впереди ещё столько же, или радость, что половина уже пройдена? Как правило, человек чувствует или одно, или другое. Оба варианта подрывают дух. И из-за этого человек осознаёт свою усталость.

   Что приходит на ум, когда человек преодолевает середину болезненного испытания? Отчаяние, что впереди ещё столько же, или радость, что половина уже пройдена? Как правило, человек чувствует или одно, или другое. Оба варианта подрывают дух. И из-за этого человек осознаёт свою усталость.

   — Хатиман Хикигая · книга
10. «

    Я единственный, кто понимает меня, в том числе и мои обиды.

    Я единственный, кто понимает меня, в том числе и мои обиды.

    — Хатиман Хикигая · книга
11. «

    Если все будут страдать вместе, мир станет тихим и спокойным.

    Если все будут страдать вместе, мир станет тихим и спокойным.

    — Хатиман Хикигая · книга
12. «

    — Деда, ты ненавидишь молодёжь? — Ни капельки. В конце концов, это же за их счёт мне платят пенсию. — Какой ужасный довод…

    — Деда, ты ненавидишь молодёжь? — Ни капельки. В конце концов, это же за их счёт мне платят пенсию. — Какой ужасный довод…

    — Хатиман Хикигая · книга
13. «

    Та насмешка, тот гневный рык, тот плач. Я закрывал глаза и затыкал уши, чтобы не обращать на них внимания. Вместо слов из груди вырывалось лишь горячее дыхание.

    Та насмешка, тот гневный рык, тот плач. Я закрывал глаза и затыкал уши, чтобы не обращать на них внимания. Вместо слов из груди вырывалось лишь горячее дыхание.

    — Хатиман Хикигая · книга
14. «

    Увидев в себе зло, ты всеми силами стремишься его спрятать поглубже. Маску, которой ты его прикрываешь, окружающие принимают за правду. И в конце концов она становится правдой и для тебя. Я попадаю в бесконечный круг сомнений, так ли это на самом деле. И самостоятельно отличий уже не найти. Вот почему, пожалуй, я жду человека, который увидит меня насквозь.

    Увидев в себе зло, ты всеми силами стремишься его спрятать поглубже. Маску, которой ты его прикрываешь, окружающие принимают за правду. И в конце концов она становится правдой и для тебя. Я попадаю в бесконечный круг сомнений, так ли это на самом деле. И самостоятельно отличий уже не найти. Вот почему, пожалуй, я жду человека, который увидит меня насквозь.

    — Хатиман Хикигая · книга
15. «

    Те, кто говорит «А Эдисон тоже плохо учился», плохи не только в учёбе, но и во всём остальном.

    Те, кто говорит «А Эдисон тоже плохо учился», плохи не только в учёбе, но и во всём остальном.

    — Хатиман Хикигая · книга
16. «

    Акулы. Акулы великолепны. Я мечтательно смотрел на них. Такие спокойные, я бы даже сказал, элегантные.

    Акулы. Акулы великолепны. Я мечтательно смотрел на них. Такие спокойные, я бы даже сказал, элегантные.

    — Хатиман Хикигая · книга
17. «

    ... Для начала надо разобраться в ситуации. Чем больше ты её осознаёшь, тем дальше оказываешься загнан в угол. Это и называют «работа». Если затраты и график не слишком гибкие, ничего хорошего не выйдет. Оказываясь под таким давлением и пытаясь что-то сделать, ты лишь впадаешь в уныние. А если слишком гибкие, будешь благодушествовать и бездельничать. В результате потеряешь бдительность, и в конечном итоге всё пойдёт прахом. Так, и что из этого следует? Что если ты работаешь, крах неминуем… Вот потому-то столь важно сразу отказаться от работы, как только ты оценил свои возможности. А если варианта отказаться нет, надо договариваться снизить нагрузку.

    ... Для начала надо разобраться в ситуации. Чем больше ты её осознаёшь, тем дальше оказываешься загнан в угол. Это и называют «работа». Если затраты и график не слишком гибкие, ничего хорошего не выйдет. Оказываясь под таким давлением и пытаясь что-то сделать, ты лишь впадаешь в уныние. А если слишком гибкие, будешь благодушествовать и бездельничать. В результате потеряешь бдительность, и в конечном итоге всё пойдёт прахом. Так, и что из этого следует? Что если ты работаешь, крах неминуем… Вот потому-то столь важно сразу отказаться от работы, как только ты оценил свои возможности. А если варианта отказаться нет, надо договариваться снизить нагрузку.

    — Хатиман Хикигая · книга
18. «

    Уметь подталкивать себя – это очень важно.

    Уметь подталкивать себя – это очень важно.

    — Сидзука Хирацука · книга
19. «

    Ты просто желаешь казаться крутым, потому и лжёшь. А потом, чтобы ложь не разоблачили, лжёшь снова. Но это замкнутый круг, вечный порочный круг обмана. Пойми, это путь в никуда.

    Ты просто желаешь казаться крутым, потому и лжёшь. А потом, чтобы ложь не разоблачили, лжёшь снова. Но это замкнутый круг, вечный порочный круг обмана. Пойми, это путь в никуда.

    — Ёситэру Дзаймокудза · книга
20. «

    Ты не можешь противостоять общему мнению. Бывают моменты, когда у тебя нет иного выбора, кроме как поступить вопреки своим истинным чувствам. Все так говорят, все так поступают, и если ты поведёшь себя иначе, ты уже не сможешь оставаться одним из всех. Но не существует такого человека – «все». «Все» не разговаривают, «все» не бьют тебя. Они не сердятся и не смеются. «Все» – это иллюзия, созданная волшебством группового мышления. Это призрак, рождающийся сам по себе. Призрачный дух, призванный скрывать маленькое индивидуальное зло. Который за счёт чудовищной трансформации способен сожрать кого угодно, не входящего в их круг друзей, и даже проклясть своих собственных друзей. И бывшие друзья тоже становятся помехой. Вот почему я это презираю. Я презираю мир, обозначенный словом «все». Я презираю мир, построенный на спинах козлов отпущения. Я презираю пустые идеи, построенные исключительно на лжи, отвергающие даже доброту и справедливость, превращающие их в оппортунизм, постоянно тебя раздражающие. Ты не можешь изменить прошлое и не можешь изменить мир. Ты не можешь изменить то, что уже произошло, ты не можешь изменить «всех». Но, как я уже говорил, ты не обязан становиться рабом системы. Ты можешь отбросить прошлое, сокрушить под ногой мир и позволить всему пойти насмарку.

    Ты не можешь противостоять общему мнению. Бывают моменты, когда у тебя нет иного выбора, кроме как поступить вопреки своим истинным чувствам. Все так говорят, все так поступают, и если ты поведёшь себя иначе, ты уже не сможешь оставаться одним из всех. Но не существует такого человека – «все». «Все» не разговаривают, «все» не бьют тебя. Они не сердятся и не смеются. «Все» – это иллюзия, созданная волшебством группового мышления. Это призрак, рождающийся сам по себе. Призрачный дух, призванный скрывать маленькое индивидуальное зло. Который за счёт чудовищной трансформации способен сожрать кого угодно, не входящего в их круг друзей, и даже проклясть своих собственных друзей. И бывшие друзья тоже становятся помехой. Вот почему я это презираю. Я презираю мир, обозначенный словом «все». Я презираю мир, построенный на спинах козлов отпущения. Я презираю пустые идеи, построенные исключительно на лжи, отвергающие даже доброту и справедливость, превращающие их в оппортунизм, постоянно тебя раздражающие. Ты не можешь изменить прошлое и не можешь изменить мир. Ты не можешь изменить то, что уже произошло, ты не можешь изменить «всех». Но, как я уже говорил, ты не обязан становиться рабом системы. Ты можешь отбросить прошлое, сокрушить под ногой мир и позволить всему пойти насмарку.

    — Хатиман Хикигая · книга