316 цитат Веры Камши

Ниже 316 цитат Веры Камши — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Глупость, благородство и золото способны творить чудеса даже по отдельности, но когда они объединяются, мир оказывается на краю.

   Глупость, благородство и золото способны творить чудеса даже по отдельности, но когда они объединяются, мир оказывается на краю.

   — Ойген Райнштайнер · книга
2. «

   Кому, что и сколько я должен, решать мне. И я отдаю долги так, как считаю нужным.

   Кому, что и сколько я должен, решать мне. И я отдаю долги так, как считаю нужным.

   — Роман Ясный · книга
3. «

   Нет пути для впавших в уныние и пьющих горе свое аки вино.

   Нет пути для впавших в уныние и пьющих горе свое аки вино.

   — Бонифаций · книга
4. «

   Отсутствие совести и сострадания так легко спутать со смелостью.

   Отсутствие совести и сострадания так легко спутать со смелостью.

   — Катарина Ариго-Оллар · книга
5. «

   — Кузен Робер, вы столько повидали, не то что мы, жалкие провинциалы, – Ивонн улыбнулась и тут же утратила половину очарования. Улыбка не была живой, она крепилась к лицу, как брошка к платью. Слова тоже были сшиты в глупые затасканные фразы. Вот оно, хорошее воспитание – убить себя и напялить на труп маску, похожую на сотни других.

   — Кузен Робер, вы столько повидали, не то что мы, жалкие провинциалы, – Ивонн улыбнулась и тут же утратила половину очарования. Улыбка не была живой, она крепилась к лицу, как брошка к платью. Слова тоже были сшиты в глупые затасканные фразы. Вот оно, хорошее воспитание – убить себя и напялить на труп маску, похожую на сотни других.

   — Отблески Этерны. Книга 3. Лик Победы · книга
6. «

   Пусть Марианна живёт, пусть она встретит старость, счастливую и незаметную, пусть к ней придет тот, кто заберёт её у барона и кому барон с легкой душой вверит женщину, за которую отвечал… Этот, новый, не подведёт – не умрёт, не разорится, не разлюбит. – Будь счастлива, любовь моя. Пусть без меня, но будь жива и счастлива!

   Пусть Марианна живёт, пусть она встретит старость, счастливую и незаметную, пусть к ней придет тот, кто заберёт её у барона и кому барон с легкой душой вверит женщину, за которую отвечал… Этот, новый, не подведёт – не умрёт, не разорится, не разлюбит. – Будь счастлива, любовь моя. Пусть без меня, но будь жива и счастлива!

   — Робер Эпинэ · книга
7. «

   Уважение не заменит издохшую любовь, а выгода – дружбу.

   Уважение не заменит издохшую любовь, а выгода – дружбу.

   — Жермон Ариго · книга
8. «

   Если повар не ворует яйца и сало, знает, как готовить яичницу, и не отвлекается, когда ее жарит, вы тоже будете настаивать, что ему везет?

   Если повар не ворует яйца и сало, знает, как готовить яичницу, и не отвлекается, когда ее жарит, вы тоже будете настаивать, что ему везет?

   — Лионель Савиньяк · книга
9. «

   – Если видишь скотину и можешь убить, никому, кроме нее, не в ущерб – убивай. Первый шаг ты сделал, дело за вторым. – Убить? – приказ ограничиться поркой Арно бы не удивил, но чтоб такое?! – Если сочтешь нужным и сможешь. Нет – значит, нет, твоя дуэль, тебе и решать. – Я сильнее. – И тебе неловко? Половина бед случается оттого, что сильным неловко прикончить сволочь, пока она кажется слабой.

   – Если видишь скотину и можешь убить, никому, кроме нее, не в ущерб – убивай. Первый шаг ты сделал, дело за вторым. – Убить? – приказ ограничиться поркой Арно бы не удивил, но чтоб такое?! – Если сочтешь нужным и сможешь. Нет – значит, нет, твоя дуэль, тебе и решать. – Я сильнее. – И тебе неловко? Половина бед случается оттого, что сильным неловко прикончить сволочь, пока она кажется слабой.

   — Рокэ Алва · книга
10. «

    Безотчетная, глупая и несвоевременная ярость вырвалась откуда-то из юности, и унять ее не вышло.

    Безотчетная, глупая и несвоевременная ярость вырвалась откуда-то из юности, и унять ее не вышло.

    — Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть вторая · книга
11. «

    – Я не собираюсь возвращаться в Ноху, а на воле, как ты правильно заметил, слепому делать нечего. Лучшее и единственное, что я могу, – это умереть. И я умру, но без цепей и от собственной руки. Еще утром я и мечтать не смел о таком счастье. – Рокэ! Не надо! – Дик, поверь – дышать, пить и есть еще не значит жить.

    – Я не собираюсь возвращаться в Ноху, а на воле, как ты правильно заметил, слепому делать нечего. Лучшее и единственное, что я могу, – это умереть. И я умру, но без цепей и от собственной руки. Еще утром я и мечтать не смел о таком счастье. – Рокэ! Не надо! – Дик, поверь – дышать, пить и есть еще не значит жить.

    — Рокэ Алва · книга
12. «

    Жечь книги и насиловать — значит расписываться в собственном бессилии. В том, что тебе не опровергнуть написанное и не добиться любви. Даже за плату.

    Жечь книги и насиловать — значит расписываться в собственном бессилии. В том, что тебе не опровергнуть написанное и не добиться любви. Даже за плату.

    — Сердце зверя. Том 1. Правда стали, ложь зеркал · книга
13. «

    Могилы – это только могилы. Некоторым удается связать холмики под кипарисами с ушедшими в Рассвет, а у меня не вышло. Умирая умирают, если что и остается от прошлого, то это память...

    Могилы – это только могилы. Некоторым удается связать холмики под кипарисами с ушедшими в Рассвет, а у меня не вышло. Умирая умирают, если что и остается от прошлого, то это память...

    — Отблески Этерны. Книга 2. От войны до войны · книга
14. «

    Величие не бывает прошлым. Если это величие страны или человека, который что-то сделал.

    Величие не бывает прошлым. Если это величие страны или человека, который что-то сделал.

    — Рокэ Алва · книга
15. «

    Что чувствует факел, который швырнули в пороховой склад? Что он может изменить?

    Что чувствует факел, который швырнули в пороховой склад? Что он может изменить?

    — Отблески Этерны. Книга 3. Лик Победы · книга
16. «

    Смерть — это тень жизни, а равнодушие — тень любви, но без тени нельзя понять свет.

    Смерть — это тень жизни, а равнодушие — тень любви, но без тени нельзя понять свет.

    — Мэллит · книга
17. «

    Вам, адмирал, пить нельзя, а мне по такому случаю нельзя не пить.

    Вам, адмирал, пить нельзя, а мне по такому случаю нельзя не пить.

    — Ротгер Вальдес · книга
18. «

    — У меня была сестра. — Спрут подвинул кувшин с рябиновыми ветками и принялся собирать разложенные книги. — Если не трудно, положи вот это на бюро... Однажды она убила — видимо, из любви, как она её понимала; семья её защитила, и началась ненависть. Габриэла не желала ненавидеть себя и потому возненавидела нас. Смерть родителей сделала её счастливой почти на месяц, потом ей захотелось большего. В конце концов сестра убила снова. Этого не доказать, но я не сомневаюсь, что графа Гирке утопила она. Меня Габриэла не трогала лишь потому, что ждала, когда я буду счастлив и очень не захочу умирать.

    — У меня была сестра. — Спрут подвинул кувшин с рябиновыми ветками и принялся собирать разложенные книги. — Если не трудно, положи вот это на бюро... Однажды она убила — видимо, из любви, как она её понимала; семья её защитила, и началась ненависть. Габриэла не желала ненавидеть себя и потому возненавидела нас. Смерть родителей сделала её счастливой почти на месяц, потом ей захотелось большего. В конце концов сестра убила снова. Этого не доказать, но я не сомневаюсь, что графа Гирке утопила она. Меня Габриэла не трогала лишь потому, что ждала, когда я буду счастлив и очень не захочу умирать.

    — Валентин Придд · книга
19. «

    Король замолчал, и Алан был этому рад. Он искренне любил и уважал Эрнани Ракана, но в последнее время тот часто говорил вещи, от которых по спине бежали мурашки. Воин до мозга костей, Окделл знал – нет ничего хуже, чем признать себя побеждённым ещё до сражения, а талигойский монарх в поражении не сомневался.

    Король замолчал, и Алан был этому рад. Он искренне любил и уважал Эрнани Ракана, но в последнее время тот часто говорил вещи, от которых по спине бежали мурашки. Воин до мозга костей, Окделл знал – нет ничего хуже, чем признать себя побеждённым ещё до сражения, а талигойский монарх в поражении не сомневался.

    — Отблески Этерны. Книга 2. От войны до войны · книга
20. «

    – Ты мне не ответил, Дик. Стал бы ты играть на свою любовь в карты? – Это… Госпожа баронесса… Вы не смеете сравнивать… – Отчего же? – Марианна села на кровати, не спуская взгляда с лежавшего юноши. – Любовь живёт в том, кто любит. Для неё нет разницы между коровницей, королевой и святой. А если есть, если мужчина готов взять приглянувшуюся ему женщину силой, за деньги, обманом, это не любовь. Это, Ричард Окделл, называется иначе. Не хочу знать, в кого ты влюблён, но если эта женщина потеряет всё, если ей, чтобы не умереть с голоду, придётся продавать себя, ты её купишь? Или поможешь, ничего не требуя взамен?

    – Ты мне не ответил, Дик. Стал бы ты играть на свою любовь в карты? – Это… Госпожа баронесса… Вы не смеете сравнивать… – Отчего же? – Марианна села на кровати, не спуская взгляда с лежавшего юноши. – Любовь живёт в том, кто любит. Для неё нет разницы между коровницей, королевой и святой. А если есть, если мужчина готов взять приглянувшуюся ему женщину силой, за деньги, обманом, это не любовь. Это, Ричард Окделл, называется иначе. Не хочу знать, в кого ты влюблён, но если эта женщина потеряет всё, если ей, чтобы не умереть с голоду, придётся продавать себя, ты её купишь? Или поможешь, ничего не требуя взамен?

    — Марианна Капуль-Гизайль · книга