90 мыслей Веры Камши без воды

Ниже 90 цитат Веры Камши — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Драться за вождя приятнее, когда вождь рядом.

   Драться за вождя приятнее, когда вождь рядом.

   — Лионель Савиньяк · книга
2. «

   Я не лаю и даже не кусаю. Я рву глотку.

   Я не лаю и даже не кусаю. Я рву глотку.

   — Рокэ Алва · книга
3. «

   Мэллит думала о любви, ждала любви, ненавидела любовь и ничего не знала о том, чего же хотела и от чего бежала.

   Мэллит думала о любви, ждала любви, ненавидела любовь и ничего не знала о том, чего же хотела и от чего бежала.

   — Синий взгляд смерти. Рассвет · книга
4. «

   Оставьте, генерал, это скучная книга... Ужасно скучная и ужасно длинная... Все куда-то зачем-то идут и друг друга убивают... Но неудачно... А они все идут, и идут, и идут... Кошмар...

   Оставьте, генерал, это скучная книга... Ужасно скучная и ужасно длинная... Все куда-то зачем-то идут и друг друга убивают... Но неудачно... А они все идут, и идут, и идут... Кошмар...

   — Рокэ Алва · книга
5. «

   Мир сходит с ума, так пусть он делает это весело!

   Мир сходит с ума, так пусть он делает это весело!

   — Ротгер Вальдес · книга
6. «

   Кровь на юге стоит дешевле воды, не говоря уж о вине.

   Кровь на юге стоит дешевле воды, не говоря уж о вине.

   — Отблески Этерны. Книга 2. От войны до войны · книга
7. «

   Жизнь — величайший дар и величайший долг. Это я и вам напоминаю. На всякий случай.

   Жизнь — величайший дар и величайший долг. Это я и вам напоминаю. На всякий случай.

   — Левий · книга
8. «

   Безнадёжных положений не бывает. Есть безнадёжные дураки и есть утратившие надежду.

   Безнадёжных положений не бывает. Есть безнадёжные дураки и есть утратившие надежду.

   — Рамиро Алва · книга
9. «

   Вы собирались на рынок, но, обдумывая завтрак, не кутаются в шаль, не поднимают лицо к звёздам, не выходят к перекрестью дорог, а окно — это всегда перепутье, граница между «остаться» и «уйти».

   Вы собирались на рынок, но, обдумывая завтрак, не кутаются в шаль, не поднимают лицо к звёздам, не выходят к перекрестью дорог, а окно — это всегда перепутье, граница между «остаться» и «уйти».

   — Лионель Савиньяк · книга
10. «

    Проигранное сражение – это не проигранная война, а каждое обретенное знание – оружие.

    Проигранное сражение – это не проигранная война, а каждое обретенное знание – оружие.

    — Роман Ясный · книга
11. «

    Человека не на своем месте всегда видно. Как собаку на заборе.

    Человека не на своем месте всегда видно. Как собаку на заборе.

    — Отблески Этерны. Книга 3. Лик Победы · книга
12. «

    Свое горе начинает драть душу с опозданием, когда все доделано, убрано, сожжено и ты остаешься с ним один на один. Или почти один на один. Вот тогда оно и приходит, садится на кровать и начинает здесь жить. Долго... А горе друзей, оно болит сразу, оно зазора не дает. Правда, оно, сделав свое дело, иногда собирается и уходит.

    Свое горе начинает драть душу с опозданием, когда все доделано, убрано, сожжено и ты остаешься с ним один на один. Или почти один на один. Вот тогда оно и приходит, садится на кровать и начинает здесь жить. Долго... А горе друзей, оно болит сразу, оно зазора не дает. Правда, оно, сделав свое дело, иногда собирается и уходит.

    — Арлетта Савиньяк · книга
13. «

    Жечь книги и насиловать — значит расписываться в собственном бессилии. В том, что тебе не опровергнуть написанное и не добиться любви. Даже за плату.

    Жечь книги и насиловать — значит расписываться в собственном бессилии. В том, что тебе не опровергнуть написанное и не добиться любви. Даже за плату.

    — Сердце зверя. Том 1. Правда стали, ложь зеркал · книга
14. «

    — Будь вы генералом, вы бы или замечали очевидное, или нет. Курт прекрасно знает, что получится, если к двум пушкам прибавить десять мортир, но сложить две армии с тремя урожаями, вычесть одного предателя и разделить на трех дураков он не в состоянии. То, что война — продолжение политики иными средствами, повторяют все кому не лень, но это чушь. Мира в Золотых землях нет уже круга четыре, а есть продолжение войны иными средствами. То бишь политикой.

    — Будь вы генералом, вы бы или замечали очевидное, или нет. Курт прекрасно знает, что получится, если к двум пушкам прибавить десять мортир, но сложить две армии с тремя урожаями, вычесть одного предателя и разделить на трех дураков он не в состоянии. То, что война — продолжение политики иными средствами, повторяют все кому не лень, но это чушь. Мира в Золотых землях нет уже круга четыре, а есть продолжение войны иными средствами. То бишь политикой.

    — Отблески Этерны. Книга 3. Лик Победы · книга
15. «

    Жизнь – это счастье, а страх его убивает.

    Жизнь – это счастье, а страх его убивает.

    — Руперт фок Фельсенбург · книга
16. «

    Если будит кто-то истинно любимый, пробуждение становится менее ужасным.

    Если будит кто-то истинно любимый, пробуждение становится менее ужасным.

    — Рокэ Алва · книга
17. «

    – Монсеньор, – голос Ричарда дрогнул, – прошу меня простить. Я... я не думал... – Не сомневаюсь, – кивнул Алва, его мысли были заняты чем-то другим. – Думать вредно, так что вы поступили совершенно правильно.

    – Монсеньор, – голос Ричарда дрогнул, – прошу меня простить. Я... я не думал... – Не сомневаюсь, – кивнул Алва, его мысли были заняты чем-то другим. – Думать вредно, так что вы поступили совершенно правильно.

    — Ричард Окделл · книга
18. «

    Преданность бывает хуже подлости, а наивность страшней любого расчёта.

    Преданность бывает хуже подлости, а наивность страшней любого расчёта.

    — Робер Эпинэ · книга
19. «

    От предателей не защитят никакие стены.

    От предателей не защитят никакие стены.

    — Робер Эпинэ · книга
20. «

    — Но Рамиэрль, — Примеро уже не приказывал, он просил, — Рамиэрль, нам без тебя и твоего кольца не проложить дороги к Эрасти. А Рене, он уже или погиб, или спасся. Будь благоразумен, миру грозит гибель, неужели ты пожертвуешь всеми ради одного и позволишь Тьме... — Слушай, волшебник, — Роман говорил, как рубил клинком, — «Мир», «Конец света», «Тьма» — это пока лишь слова. А Рене Аррой — мой друг, и его жизнь для меня значит больше, чем ваши, вместе взятые. Радеть за весь свет проще, чем быть путным другом.

    — Но Рамиэрль, — Примеро уже не приказывал, он просил, — Рамиэрль, нам без тебя и твоего кольца не проложить дороги к Эрасти. А Рене, он уже или погиб, или спасся. Будь благоразумен, миру грозит гибель, неужели ты пожертвуешь всеми ради одного и позволишь Тьме... — Слушай, волшебник, — Роман говорил, как рубил клинком, — «Мир», «Конец света», «Тьма» — это пока лишь слова. А Рене Аррой — мой друг, и его жизнь для меня значит больше, чем ваши, вместе взятые. Радеть за весь свет проще, чем быть путным другом.

    — Примеро · книга