355 цитат Веры Полозковы, которые захочется сохранить

Подборка из 355 цитат Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И родинки, что стоят, как проба, На этой шее, и соус чили — Опять придётся любить до гроба. А по-другому нас не учили.

   И родинки, что стоят, как проба, На этой шее, и соус чили — Опять придётся любить до гроба. А по-другому нас не учили.
2. «

   Просыпаешься – а в груди горячо и густо. Все как прежде – но вот внутри раскаленный воск. И из каждой розетки снова бежит искусство – В том числе и из тех, где раньше включался мозг.

   Просыпаешься – а в груди горячо и густо. Все как прежде – но вот внутри раскаленный воск. И из каждой розетки снова бежит искусство – В том числе и из тех, где раньше включался мозг.
3. «

   Меня трудно любить Земным. В вихре ожесточённых вёсен Я порой задохнусь иным, Что лучист, вознесён, несносен… Но ему не построят храм, Что пребудет велик и вечен — Он ест сырники по утрам И влюбляется в смертных женщин.

   Меня трудно любить Земным. В вихре ожесточённых вёсен Я порой задохнусь иным, Что лучист, вознесён, несносен… Но ему не построят храм, Что пребудет велик и вечен — Он ест сырники по утрам И влюбляется в смертных женщин.
4. «

   мы, до мелкого позвонка, чем нас ни отрави, - плоть эпохи и языка. реже, когда любви.

   мы, до мелкого позвонка, чем нас ни отрави, - плоть эпохи и языка. реже, когда любви.
5. «

   Я больная. Я прокаженная. Мой диагноз — уже пароль: «Безнадежная? Зараженная? Не дотрагиваться — Люболь»

   Я больная. Я прокаженная. Мой диагноз — уже пароль: «Безнадежная? Зараженная? Не дотрагиваться — Люболь»
6. «

   Сделай так, Господи, чтобы наши любимые оказались нас достойны. Чтобы мы, по крайней мере, никогда не узнали, что это не так.

   Сделай так, Господи, чтобы наши любимые оказались нас достойны. Чтобы мы, по крайней мере, никогда не узнали, что это не так.
7. «

   Не могу назвать тебя мое счастье, поскольку нет в тебе ничего моего, кроме одиночества.

   Не могу назвать тебя мое счастье, поскольку нет в тебе ничего моего, кроме одиночества.
8. «

   Взросление — это именно то, как мы пытаемся отгоревать, что мы больше не всемогущи.

   Взросление — это именно то, как мы пытаемся отгоревать, что мы больше не всемогущи.
9. «

   Столько Бога вокруг, что хочется три страницы, А не получается и абзаца..

   Столько Бога вокруг, что хочется три страницы, А не получается и абзаца..
10. «

    Это честно – пусть Он мне бьёт по губам указкой, тупой железкой, она стрекочет тебе стрекозкой. Подсекает тебя то лаской, блестящей леской, а то сугубой такой серьезкой, Тончайшей вязкой, своей рукой. Ты молись, чтобы ей не ведать вот этой адской, пустынной, резкой, аж стариковской, Аж королевской – смертельной ненависти такой.

    Это честно – пусть Он мне бьёт по губам указкой, тупой железкой, она стрекочет тебе стрекозкой. Подсекает тебя то лаской, блестящей леской, а то сугубой такой серьезкой, Тончайшей вязкой, своей рукой. Ты молись, чтобы ей не ведать вот этой адской, пустынной, резкой, аж стариковской, Аж королевской – смертельной ненависти такой.
11. «

    Вместо того, чтоб пот промокать рубахой, Врать, лебезить, заискивать и смущаться, Я предлагаю всем отправляться [в рифму] И никогда оттуда не возвращаться.

    Вместо того, чтоб пот промокать рубахой, Врать, лебезить, заискивать и смущаться, Я предлагаю всем отправляться [в рифму] И никогда оттуда не возвращаться.
12. «

    Я не то чтоб себя жалею, как малолетки, Пузырем надувая жвачку своей печали. Но мы стали куда циничнее, чем вначале - Чем те детки, что насыпали в ладонь таблетки И тихонько молились: «Только бы откачали».

    Я не то чтоб себя жалею, как малолетки, Пузырем надувая жвачку своей печали. Но мы стали куда циничнее, чем вначале - Чем те детки, что насыпали в ладонь таблетки И тихонько молились: «Только бы откачали».
13. «

    Она отравляет ритмами изнутри. Сутулится, супит брови, когда грустит. Но если ты вдруг полюбишь её – умри. Она тебе точно этого не простит.

    Она отравляет ритмами изнутри. Сутулится, супит брови, когда грустит. Но если ты вдруг полюбишь её – умри. Она тебе точно этого не простит.
14. «

    приди к воде и сядь на берегу вода, скажи, я больше не могу. я не умею воскрешать словами. я ничего не вешу против зла. любовь моя и главных не спасла, и дальних не укрыла рукавами.

    приди к воде и сядь на берегу вода, скажи, я больше не могу. я не умею воскрешать словами. я ничего не вешу против зла. любовь моя и главных не спасла, и дальних не укрыла рукавами.
15. «

    То была ведь огнеупорная, как графит, А теперь врубили внутри огромный такой софит, И нутро просвечивает нелепо, и кровь кипит...

    То была ведь огнеупорная, как графит, А теперь врубили внутри огромный такой софит, И нутро просвечивает нелепо, и кровь кипит...
16. «

    Разве я враг тебе, чтоб молчать со мной, как динамик в пустом аэропорту. Целовать на прощанье так, что упрямый привкус свинца во рту. Под рубашкой деревенеть рукой, за которую я берусь, где-то у плеча. Смотреть мне в глаза, как в дыру от пули, отверстие для ключа. Мой свет, с каких пор у тебя повадочки палача.

    Разве я враг тебе, чтоб молчать со мной, как динамик в пустом аэропорту. Целовать на прощанье так, что упрямый привкус свинца во рту. Под рубашкой деревенеть рукой, за которую я берусь, где-то у плеча. Смотреть мне в глаза, как в дыру от пули, отверстие для ключа. Мой свет, с каких пор у тебя повадочки палача.
17. «

    ... Всё, что ещё неведомо – сядь, отведай. Всё, что с земли не видно – исследуй над. Это твоя последняя юность в конкретно этой Непростой системе координат.

    ... Всё, что ещё неведомо – сядь, отведай. Всё, что с земли не видно – исследуй над. Это твоя последняя юность в конкретно этой Непростой системе координат.
18. «

    Как они одеты, мама! Как им все вещи великоваты! Самые скелеты у них тончайшей ручной работы. Терракотовые солдаты, мама, воинственные пустоты. Белокурые роботы, мама, голые мегаватты. Как заставишь себя любить настоящих, что ты!? Когда рядом такие вкусные суррогаты.

    Как они одеты, мама! Как им все вещи великоваты! Самые скелеты у них тончайшей ручной работы. Терракотовые солдаты, мама, воинственные пустоты. Белокурые роботы, мама, голые мегаватты. Как заставишь себя любить настоящих, что ты!? Когда рядом такие вкусные суррогаты.
19. «

    Беда никогда не приходит одна. Обычно она дерзей. Беда приносит с собой вина, Приводит с собой друзей.

    Беда никогда не приходит одна. Обычно она дерзей. Беда приносит с собой вина, Приводит с собой друзей.
20. «

    Жаль, в моих смс-архивах программы нету, Что стирала бы слой отмерший в режиме «авто». Я читаю «ну я же рядом с тобой» — а это Уже неправда.

    Жаль, в моих смс-архивах программы нету, Что стирала бы слой отмерший в режиме «авто». Я читаю «ну я же рядом с тобой» — а это Уже неправда.