401 лучших цитата — Вера Полозкова

Подборка из 401 цитата Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Катя вспоминает, как это тесно, смешно и дико, когда ты кем-то любим. Вот же время было, теперь, гляди-ка, ты одинока, как Белый Бим. Одинока так, что и выпить не с кем, уж ладно поговорить о будущем и былом. Одинока страшным, обидным, детским – отцовским гневом, пустым углом.

   Катя вспоминает, как это тесно, смешно и дико, когда ты кем-то любим. Вот же время было, теперь, гляди-ка, ты одинока, как Белый Бим. Одинока так, что и выпить не с кем, уж ладно поговорить о будущем и былом. Одинока страшным, обидным, детским – отцовским гневом, пустым углом.
2. «

   Все слова твои будут задаром розданы, А они потом отнесут их на барахолку. Опять написала, глупенькая, две простыни, Когда могла обойтись и хокку.

   Все слова твои будут задаром розданы, А они потом отнесут их на барахолку. Опять написала, глупенькая, две простыни, Когда могла обойтись и хокку.
3. «

   Маленький Мук, глаза у тебя – пейот. Солнечный психоделик, слоист, игольчат. Смотришь и знаешь – этот меня прикончит. Этот меня, скорее всего, добьет.

   Маленький Мук, глаза у тебя – пейот. Солнечный психоделик, слоист, игольчат. Смотришь и знаешь – этот меня прикончит. Этот меня, скорее всего, добьет.
4. «

   Я не то чтоб себя жалею, как малолетки, Пузырем надувая жвачку своей печали. Но мы стали куда циничнее, чем вначале - Чем те детки, что насыпали в ладонь таблетки И тихонько молились: «Только бы откачали».

   Я не то чтоб себя жалею, как малолетки, Пузырем надувая жвачку своей печали. Но мы стали куда циничнее, чем вначале - Чем те детки, что насыпали в ладонь таблетки И тихонько молились: «Только бы откачали».
5. «

   Он дерзок. Он торжествует. Он пурпуром догорает. Пусть Бога не существует, — Но Он меня покарает.

   Он дерзок. Он торжествует. Он пурпуром догорает. Пусть Бога не существует, — Но Он меня покарает.
6. «

   А ей говорили — дура, следующего так просто не отпускай. Ты наори на него и за волосы потаскай. А то ведь видишь — какая теперь тоска,

   А ей говорили — дура, следующего так просто не отпускай. Ты наори на него и за волосы потаскай. А то ведь видишь — какая теперь тоска,
7. «

   Дети очень спасают от ада: и сами по себе и потому, что у тебя нет времени на уныние.

   Дети очень спасают от ада: и сами по себе и потому, что у тебя нет времени на уныние.
8. «

   Мир — это диск, как некогда Терри Пратчетт Верно подметил; в трещинах и пиратский.

   Мир — это диск, как некогда Терри Пратчетт Верно подметил; в трещинах и пиратский.
9. «

   Жальче всего людей, одержимых неотступным желанием всех чему-нибудь научить. Это самый прискорбный пример моральных инвалидов: как правило, кроме того, чтобы вещать и делать снисходительное менторское лицо, они вообще ничего не умеют.

   Жальче всего людей, одержимых неотступным желанием всех чему-нибудь научить. Это самый прискорбный пример моральных инвалидов: как правило, кроме того, чтобы вещать и делать снисходительное менторское лицо, они вообще ничего не умеют.
10. «

    Хочется каждую минуту знать, что тебе хватит сил на всю ту огромную важную жизнь, которую ты себе надумал.

    Хочется каждую минуту знать, что тебе хватит сил на всю ту огромную важную жизнь, которую ты себе надумал.
11. «

    Никого не люблю — тех немногих только, На которых обречена.

    Никого не люблю — тех немногих только, На которых обречена.
12. «

    Миф о собственной исключительности, возникший Из-за сложной организации нервной деятельности. Добрый Отче, сделал бы сразу рикшей Или человеком, который меняет пепельницы.

    Миф о собственной исключительности, возникший Из-за сложной организации нервной деятельности. Добрый Отче, сделал бы сразу рикшей Или человеком, который меняет пепельницы.
13. «

    вроде бы никто из них не лентяй, ни один из них не бездельник - но они ничего не делают, кроме денег

    вроде бы никто из них не лентяй, ни один из них не бездельник - но они ничего не делают, кроме денег
14. «

    Если пить — то сейчас, если думать — то крайне редко, Избегая счастливых, мамы и темноты. Для чего мне все эти люди, детка, Если ни один всё равно не ты.

    Если пить — то сейчас, если думать — то крайне редко, Избегая счастливых, мамы и темноты. Для чего мне все эти люди, детка, Если ни один всё равно не ты.
15. «

    Только не суди никого, не лги и всегда отдавай долги.

    Только не суди никого, не лги и всегда отдавай долги.
16. «

    Что меня беспокоит? На-ка вот: Я хочу, чтоб на Рождество Сделал Бог меня одинаковой, Чтоб не чувствовать ничего.

    Что меня беспокоит? На-ка вот: Я хочу, чтоб на Рождество Сделал Бог меня одинаковой, Чтоб не чувствовать ничего.
17. «

    И он делается незыблемым, как штатив, И сосредоточенным, как удав, Когда приезжает, её никак не предупредив, Уезжает, её ни разу не повидав. Она чувствует, что он в городе — встроен чип. Смотрит в рот телефону — ну, кто из нас смельчак. И все дни до его отъезда она молчит. И все дни до его отъезда они молчат. Она думает — вдруг их где-то пересечет. Примеряет ухмылку, реплику и наряд. И он тоже, не отдавая себе отчёт. А из поезда пишет: «В купе все лампочки не горят». И она отвечает: «Чёрт».

    И он делается незыблемым, как штатив, И сосредоточенным, как удав, Когда приезжает, её никак не предупредив, Уезжает, её ни разу не повидав. Она чувствует, что он в городе — встроен чип. Смотрит в рот телефону — ну, кто из нас смельчак. И все дни до его отъезда она молчит. И все дни до его отъезда они молчат. Она думает — вдруг их где-то пересечет. Примеряет ухмылку, реплику и наряд. И он тоже, не отдавая себе отчёт. А из поезда пишет: «В купе все лампочки не горят». И она отвечает: «Чёрт».
18. «

    Бернард пишет Эстер: «У меня есть семья и дом. Я веду, и я сроду не был никем ведом. По утрам я гуляю с Джесс, по ночам я пью ром со льдом. Но когда я вижу тебя – я даже дышу с трудом». Бернард пишет Эстер: «У меня возле дома пруд, Дети ходят туда купаться, но чаще врут, Что купаться; я видел всё — Сингапур, Бейрут, От исландских фьордов до сомалийских руд, Но умру, если у меня тебя отберут». Бернард пишет: «Доход, финансы и аудит, Джип с водителем, из колонок поет Эдит, Скидка тридцать процентов в любимом баре, Но наливают всегда в кредит, А ты смотришь – и словно Бог мне в глаза глядит». Бернард пишет «Мне сорок восемь, как прочим светским плешивым львам, Я вспоминаю, кто я, по визе, паспорту и правам, Ядерный могильник, водой затопленный котлован, Подчиненных, как кегли, считаю по головам – Но вот если слова – это тоже деньги, То ты мне не по словам». «Моя девочка, ты красивая, как банши. Ты пришла мне сказать: умрёшь, но пока дыши, Только не пиши мне, Эстер, пожалуйста, не пиши. Никакой души ведь не хватит, Усталой моей души».

    Бернард пишет Эстер: «У меня есть семья и дом. Я веду, и я сроду не был никем ведом. По утрам я гуляю с Джесс, по ночам я пью ром со льдом. Но когда я вижу тебя – я даже дышу с трудом». Бернард пишет Эстер: «У меня возле дома пруд, Дети ходят туда купаться, но чаще врут, Что купаться; я видел всё — Сингапур, Бейрут, От исландских фьордов до сомалийских руд, Но умру, если у меня тебя отберут». Бернард пишет: «Доход, финансы и аудит, Джип с водителем, из колонок поет Эдит, Скидка тридцать процентов в любимом баре, Но наливают всегда в кредит, А ты смотришь – и словно Бог мне в глаза глядит». Бернард пишет «Мне сорок восемь, как прочим светским плешивым львам, Я вспоминаю, кто я, по визе, паспорту и правам, Ядерный могильник, водой затопленный котлован, Подчиненных, как кегли, считаю по головам – Но вот если слова – это тоже деньги, То ты мне не по словам». «Моя девочка, ты красивая, как банши. Ты пришла мне сказать: умрёшь, но пока дыши, Только не пиши мне, Эстер, пожалуйста, не пиши. Никакой души ведь не хватит, Усталой моей души».
19. «

    Ведь смысл не в том, чтоб найти плечо, хоть чьё-то, как мы у Бога клянчим.... В том, что каждый из нас запальчив, и автономен, и только сам – но священный огонь ходит между этих вот самых пальцев, едва проводишь ему по шее и волосам.

    Ведь смысл не в том, чтоб найти плечо, хоть чьё-то, как мы у Бога клянчим.... В том, что каждый из нас запальчив, и автономен, и только сам – но священный огонь ходит между этих вот самых пальцев, едва проводишь ему по шее и волосам.
20. «

    Стиснув до белизны кулаки, Я не чувствую боли. Я играю лишь главные роли — Пусть они не всегда велики, Но зато в них всегда больше соли, Больше желчи в них или тоски, Прямоты или истинной воли — Они страшно подчас нелегки, Но за них и награды поболе.

    Стиснув до белизны кулаки, Я не чувствую боли. Я играю лишь главные роли — Пусть они не всегда велики, Но зато в них всегда больше соли, Больше желчи в них или тоски, Прямоты или истинной воли — Они страшно подчас нелегки, Но за них и награды поболе.