134 цитаты от Вероники Ивановы

Подборка из 134 цитаты Вероники Ивановы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Ты не похож на равнодушного мерзавца. — Разумеется! Я - очень душевный мерзавец.

   — Ты не похож на равнодушного мерзавца. — Разумеется! Я - очень душевный мерзавец.

   — Миррима · книга
2. «

   Затаённое дыхание прошедших лет доносится с каждой полки. Участники. Дети и родители целых эпох. Книги. Каждая из них хранит Знание. Да, не всегда нужное. Не всегда истинно верное. Очень часто — вредное. Но ведь текст тем и хорош, что каждый читатель видит в нём что-то своё... Пусть поймёт превратно или вообще не поймёт, но... В это можно не верить. Над этим можно смеяться. Это можно презирать. Смейтесь! Но я знаю совершенно точно: ни одно прочитанное слово никогда не исчезает из памяти. Рано или поздно оно прорастает откровением или легкой улыбкой: вы даже не вспомните, где прочли всплывшую в океане памяти фразу, но она окажется именно той, которая так необходима в этот момент... Необходима не для того, чтобы понять основы мироздания, а чтобы добавить восприятию мира чуть-чуть остроты...

   Затаённое дыхание прошедших лет доносится с каждой полки. Участники. Дети и родители целых эпох. Книги. Каждая из них хранит Знание. Да, не всегда нужное. Не всегда истинно верное. Очень часто — вредное. Но ведь текст тем и хорош, что каждый читатель видит в нём что-то своё... Пусть поймёт превратно или вообще не поймёт, но... В это можно не верить. Над этим можно смеяться. Это можно презирать. Смейтесь! Но я знаю совершенно точно: ни одно прочитанное слово никогда не исчезает из памяти. Рано или поздно оно прорастает откровением или легкой улыбкой: вы даже не вспомните, где прочли всплывшую в океане памяти фразу, но она окажется именно той, которая так необходима в этот момент... Необходима не для того, чтобы понять основы мироздания, а чтобы добавить восприятию мира чуть-чуть остроты...

   — На полпути к себе · книга
3. «

   Ошейник — всего лишь символ. Настоящее рабство рождается и гнездится в недрах черепа, там, где многие предполагают местонахождение ума.

   Ошейник — всего лишь символ. Настоящее рабство рождается и гнездится в недрах черепа, там, где многие предполагают местонахождение ума.

   — Джерон · книга
4. «

   Сотни раз я задумывался, зачем я живу, и ни разу даже не приблизился к ответу. Спросить бы у кого, более сведущего в этом деле, но никак не подберу кандидатуру... Впрочем, прожитые дни не помогают стать мудрее — только добавляют ворчливости в голос и скрипа в суставы. Из памяти стираются даже самые счастливые моменты, а если что и остается, то недоумеваешь: когда же такое было? И было ли вообще? Быть может, это просто игра уставшего от пресной жизни воображения?

   Сотни раз я задумывался, зачем я живу, и ни разу даже не приблизился к ответу. Спросить бы у кого, более сведущего в этом деле, но никак не подберу кандидатуру... Впрочем, прожитые дни не помогают стать мудрее — только добавляют ворчливости в голос и скрипа в суставы. Из памяти стираются даже самые счастливые моменты, а если что и остается, то недоумеваешь: когда же такое было? И было ли вообще? Быть может, это просто игра уставшего от пресной жизни воображения?

   — И маятник качнулся... · книга
5. «

   Мучительно ждать, если ты знаешь, что нужно делать дальше.

   Мучительно ждать, если ты знаешь, что нужно делать дальше.

   — И маятник качнулся... · книга
6. «

   ... Отношения «учитель — ученик» <...> во многом подобны рабству. Умственному и нередко даже физическому. Плохой наставник получает неописуемое наслаждение, владея умами своих учеников, внушая им выстраданные самим, а не настоящие истины, заставляя действовать по своему образу и подобию...

   ... Отношения «учитель — ученик» <...> во многом подобны рабству. Умственному и нередко даже физическому. Плохой наставник получает неописуемое наслаждение, владея умами своих учеников, внушая им выстраданные самим, а не настоящие истины, заставляя действовать по своему образу и подобию...

   — Джерон · книга
7. «

   Я знаю, что мне нужно: уютный дом, покой, полное отсутствие магии во всех её проявлениях и человек, который будет любить меня таким, какой я есть. Да-да, именно «любить меня», потому что я пока любить не умею, и мне совершенно необходим терпеливый и талантливый учитель.

   Я знаю, что мне нужно: уютный дом, покой, полное отсутствие магии во всех её проявлениях и человек, который будет любить меня таким, какой я есть. Да-да, именно «любить меня», потому что я пока любить не умею, и мне совершенно необходим терпеливый и талантливый учитель.

   — Джерон · книга
8. «

   Чем серьёзнее лицо, тем опаснее стремление усовершенствовать мир. Мудрец никогда не берётся изменять то, что не нуждается в изменении. Просто, не так ли? Скажете: непонятно? Пожалуй. Но вокруг нас существует столько всего замечательного! То, что нельзя объяснить, обычно называют чудом, и покажите мне человека, который променяет яркую радугу чудес на скучный порядок аптекарской лавки! Дураков нет. То есть, глупые люди встречаются, но глупость и ограниченность — совсем разные понятия.

   Чем серьёзнее лицо, тем опаснее стремление усовершенствовать мир. Мудрец никогда не берётся изменять то, что не нуждается в изменении. Просто, не так ли? Скажете: непонятно? Пожалуй. Но вокруг нас существует столько всего замечательного! То, что нельзя объяснить, обычно называют чудом, и покажите мне человека, который променяет яркую радугу чудес на скучный порядок аптекарской лавки! Дураков нет. То есть, глупые люди встречаются, но глупость и ограниченность — совсем разные понятия.

   — Джерон · книга
9. «

   — Не следует подслушивать чужие разговоры. — Я не подслушивал... — смущается мальчик. — Тогда не обращайте внимания на слова, предназначенные не вам, и они не ранят ваше сердце.

   — Не следует подслушивать чужие разговоры. — Я не подслушивал... — смущается мальчик. — Тогда не обращайте внимания на слова, предназначенные не вам, и они не ранят ваше сердце.

   — Джерон · книга
10. «

    Вслед за непониманием возникает страх, а вместе со страхом всегда приходит злоба.

    Вслед за непониманием возникает страх, а вместе со страхом всегда приходит злоба.

    — И маятник качнулся... · книга
11. «

    Трудно пережить первую потерю, вторую, третью. Но когда они складываются в цепь и повисают на тебе, перестаешь считать звенья и начинаешь ощущать только тяжесть. А со временем привыкаешь к весу цепи, и она уже не давит, пригибая к земле. Тогда остается сделать последний шаг: понять, что потери и обретения – это части тебя самого, и не нужно бояться или призывать их. Придут. Незваными. А ты будь готов их встретить, протяни им руку. Не гони. Если захотят, покинут тебя сами, незаметно и легко…

    Трудно пережить первую потерю, вторую, третью. Но когда они складываются в цепь и повисают на тебе, перестаешь считать звенья и начинаешь ощущать только тяжесть. А со временем привыкаешь к весу цепи, и она уже не давит, пригибая к земле. Тогда остается сделать последний шаг: понять, что потери и обретения – это части тебя самого, и не нужно бояться или призывать их. Придут. Незваными. А ты будь готов их встретить, протяни им руку. Не гони. Если захотят, покинут тебя сами, незаметно и легко…

    — Джерон · книга
12. «

    Мимо меня по тропинке жизни снова пролегли чужие следы, которые вполне могли бы слиться в моими. Но я не позволил.

    Мимо меня по тропинке жизни снова пролегли чужие следы, которые вполне могли бы слиться в моими. Но я не позволил.

    — Раскрыть ладони · книга
13. «

    Сами подумайте: если за вами приходят два человека, профессионально занимающихся душегубством, да при этом на лицах сих молодчиков ясно читается приговор, волноваться и переживать по этому поводу глупо. И — опасно. Лучше успокоиться и взвесить все «за» и «против», дабы не упустить тот единственный шанс, который поможет выкарабкаться из ловушки.

    Сами подумайте: если за вами приходят два человека, профессионально занимающихся душегубством, да при этом на лицах сих молодчиков ясно читается приговор, волноваться и переживать по этому поводу глупо. И — опасно. Лучше успокоиться и взвесить все «за» и «против», дабы не упустить тот единственный шанс, который поможет выкарабкаться из ловушки.

    — Джерон · книга
14. «

    Я бы сдвинул веки еще плотнее, чтобы не спугнуть хрупкий призрак покоя, примостившийся на подушке рядом с моей головой.

    Я бы сдвинул веки еще плотнее, чтобы не спугнуть хрупкий призрак покоя, примостившийся на подушке рядом с моей головой.

    — И маятник качнулся... · книга
15. «

    Как легко придумать, что делать, но как мучительно и тягостно — продумывать, каким образом воплотить в жизнь свою фантазию!

    Как легко придумать, что делать, но как мучительно и тягостно — продумывать, каким образом воплотить в жизнь свою фантазию!

    — И маятник качнулся... · книга
16. «

    Вот так всегда: совершишь доброе дело, а тебя начинают пытать вопросами: «Да зачем? Да почему?»... Так ведь можно отбить любое желание быть порядочным человеком.

    Вот так всегда: совершишь доброе дело, а тебя начинают пытать вопросами: «Да зачем? Да почему?»... Так ведь можно отбить любое желание быть порядочным человеком.

    — Джерон · книга
17. «

    Никто из нас не может придумать собственный Путь — только выбрать из тех, что дозволены... И чем дольше колеблешься, тем труднее становится жить. А ваш выбор уже назрел, как я полагаю... Так сделайте его и ни о чем не жалейте!

    Никто из нас не может придумать собственный Путь — только выбрать из тех, что дозволены... И чем дольше колеблешься, тем труднее становится жить. А ваш выбор уже назрел, как я полагаю... Так сделайте его и ни о чем не жалейте!

    — Джерон · книга
18. «

    Некоторые подробности лучше узнавать постепенно. Во избежании резкого заворота мозгов.

    Некоторые подробности лучше узнавать постепенно. Во избежании резкого заворота мозгов.

    — Вернуться и вернуть · книга
19. «

    Высшее наслаждение — творить для других. Видеть радость в чужих глазах — пусть адресованную не лично тебе, а тому, что ты сделал, но всё же... Слышать восхищённые возгласы... Самое главное — вовремя остановиться и отпустить то, что сотворил. Если не отпускать, не сможешь покорить новую вершину, потому что груз прежних достижений будет висеть на твоих ногах тяжёлыми цепями...

    Высшее наслаждение — творить для других. Видеть радость в чужих глазах — пусть адресованную не лично тебе, а тому, что ты сделал, но всё же... Слышать восхищённые возгласы... Самое главное — вовремя остановиться и отпустить то, что сотворил. Если не отпускать, не сможешь покорить новую вершину, потому что груз прежних достижений будет висеть на твоих ногах тяжёлыми цепями...

    — Джерон · книга
20. «

    Слова, даже самые мудрые и прекрасные, не всегда могут описать то, что легко и просто выразит взгляд. К сожалению? К счастью? Не знаю. Иногда приятнее спрятаться за пологом изысканных фраз, чем выдать то, что чувствуешь, случайной тенью, промелькнувшей в глазах.

    Слова, даже самые мудрые и прекрасные, не всегда могут описать то, что легко и просто выразит взгляд. К сожалению? К счастью? Не знаю. Иногда приятнее спрятаться за пологом изысканных фраз, чем выдать то, что чувствуешь, случайной тенью, промелькнувшей в глазах.

    — Джерон · книга