50 цитат Виктора Кунина про любовь, время и выбор

Виктор Кунин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 50 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Услышишь суд глупца и смех толпы холодной: Но ты останься тверд, спокоен и угрюм.

   Услышишь суд глупца и смех толпы холодной: Но ты останься тверд, спокоен и угрюм.

   — Александр Пушкин · книга
2. «

   В уединении мой своенравный гений Познал и тихий труд, и жажду размышлений.

   В уединении мой своенравный гений Познал и тихий труд, и жажду размышлений.

   — Александр Пушкин · книга
3. «

   Государственный человек, будучи возвышен над прочими, обращает на себя взоры своих сограждан; его слова и поступки служат для них правилом. Если нравы его беспорочны, то он может образовать народную нравственность более собственным примером, нежели властию. Но если порочные склонности овладели его сердцем, то он ослабит гражданские добродетели и без умысла сделается врагом общества.

   Государственный человек, будучи возвышен над прочими, обращает на себя взоры своих сограждан; его слова и поступки служат для них правилом. Если нравы его беспорочны, то он может образовать народную нравственность более собственным примером, нежели властию. Но если порочные склонности овладели его сердцем, то он ослабит гражданские добродетели и без умысла сделается врагом общества.

   — Куницын А. П. · книга
4. «

   Она мила — скажу меж нами - Придворных витязей гроза, И можно с южными звездами Сравнить, особенно стихами, Ее черкесские глаза.

   Она мила — скажу меж нами - Придворных витязей гроза, И можно с южными звездами Сравнить, особенно стихами, Ее черкесские глаза.

   — Пушкин · книга
5. «

   Еще люблю подчас жизнь старую свою С ее ущербами и грустным поворотом.

   Еще люблю подчас жизнь старую свою С ее ущербами и грустным поворотом.

   — Вяземский Петр Андреевич · книга
6. «

   Цели нет передо мною: Сердце пусто, празден ум, И томит меня тоскою Однозвучный жизни шум.

   Цели нет передо мною: Сердце пусто, празден ум, И томит меня тоскою Однозвучный жизни шум.

   — Александр Пушкин · книга
7. «

   Ни музы, ни труды, ни радости досуга - Ничто не заменит единственного друга.

   Ни музы, ни труды, ни радости досуга - Ничто не заменит единственного друга.

   — Пушкин · книга
8. «

   Позволь душе моей открыться пред тобою И в дружбе сладостной отраду почерпнуть, Скучая жизнию, томимый суетою, Я жажду близ тебя, друг нежный, отдохнуть.

   Позволь душе моей открыться пред тобою И в дружбе сладостной отраду почерпнуть, Скучая жизнию, томимый суетою, Я жажду близ тебя, друг нежный, отдохнуть.

   — Пушкин · книга
9. «

   Твоя красавица не дура; Я вижу всё и не сержусь: Она прелестная Лаура, Да я в Петрарки не гожусь.

   Твоя красавица не дура; Я вижу всё и не сержусь: Она прелестная Лаура, Да я в Петрарки не гожусь.

   — Пушкин · книга
10. «

    Смирились вы, моей весны Высокопарные мечтанья, И в поэтический бокал Воды я много подмешал.

    Смирились вы, моей весны Высокопарные мечтанья, И в поэтический бокал Воды я много подмешал.

    — Александр Пушкин · книга
11. «

    Вы сами знаете давно, Что вас любить немудрено, Что нежным взором вы Армида, Что легким станом вы Сильфида, Что ваши алые уста, Как гармоническая роза... И наши рифмы, наша проза Пред вами шум и суета.

    Вы сами знаете давно, Что вас любить немудрено, Что нежным взором вы Армида, Что легким станом вы Сильфида, Что ваши алые уста, Как гармоническая роза... И наши рифмы, наша проза Пред вами шум и суета.

    — Пушкин · книга
12. «

    Не говори любовь пройдет - О том забыть твой друг желает, В ее он вечность уповает. Ей в жертву сердце отдает.

    Не говори любовь пройдет - О том забыть твой друг желает, В ее он вечность уповает. Ей в жертву сердце отдает.

    — Дельвиг Антон Антонович · книга
13. «

    Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была, И наша вечная хвала Вам кажется докучной одой.

    Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была, И наша вечная хвала Вам кажется докучной одой.

    — Пушкин · книга
14. «

    Мне 27 лет, дорогой друг. Пора жить, т. е. познать счастье. Ты говоришь мне, что оно не может быть вечным: хороша новость! Не личное мое счастье заботит меня, могу ли я возле нее не быть счастливейшим из людей, — но я содрогаюсь при мысли, что не смогу сделать ее столь счастливой, как мне хотелось бы.

    Мне 27 лет, дорогой друг. Пора жить, т. е. познать счастье. Ты говоришь мне, что оно не может быть вечным: хороша новость! Не личное мое счастье заботит меня, могу ли я возле нее не быть счастливейшим из людей, — но я содрогаюсь при мысли, что не смогу сделать ее столь счастливой, как мне хотелось бы.

    — Александр Пушкин · книга
15. «

    Общественная безопасность ничем у нас не обеспечена! Справедливость — в руках самоуправцев. Над честью и спокойствием семейств издеваются негодяи! Никто не уверен ни в своем достатке, ни в свободе, ни в жизни. Судьба каждого висит на волоске, ибо судьбою управляет не закон, а фантазия любого чиновника.

    Общественная безопасность ничем у нас не обеспечена! Справедливость — в руках самоуправцев. Над честью и спокойствием семейств издеваются негодяи! Никто не уверен ни в своем достатке, ни в свободе, ни в жизни. Судьба каждого висит на волоске, ибо судьбою управляет не закон, а фантазия любого чиновника.

    — Александр Пушкин · книга
16. «

    Самое глупое ругательство получает вес от волшебного влияния типографии. Нам всё еще печатный лист кажется святым. Мы всё думаем: как это может быть глупо или несправедливо? ведь это напечатано!

    Самое глупое ругательство получает вес от волшебного влияния типографии. Нам всё еще печатный лист кажется святым. Мы всё думаем: как это может быть глупо или несправедливо? ведь это напечатано!

    — Александр Пушкин · книга
17. «

    То, что происходит в этом подлом мире, мучает меня и наводит ужасную тоску.

    То, что происходит в этом подлом мире, мучает меня и наводит ужасную тоску.

    — А. Н. Гончарова · книга
18. «

    Твердо уверенный, что устарелые формы нашего театра требуют преобразования, я расположил свою трагедию по системе Отца нашего Шекспира.

    Твердо уверенный, что устарелые формы нашего театра требуют преобразования, я расположил свою трагедию по системе Отца нашего Шекспира.

    — Александр Пушкин · книга
19. «

    Благословен же будь отныне Судьбою вверенный мне дар. Доселе в жизненной пустыне, Во мне питая сердца жар, Мне навлекал одно гоненье, Иль лицемерную хулу, Иль клевету, иль заточенье И редко хладную хвалу.

    Благословен же будь отныне Судьбою вверенный мне дар. Доселе в жизненной пустыне, Во мне питая сердца жар, Мне навлекал одно гоненье, Иль лицемерную хулу, Иль клевету, иль заточенье И редко хладную хвалу.

    — Александр Пушкин · книга
20. «

    Страшися участи бессмысленных певцов, Нас убивающих громадою стихов!

    Страшися участи бессмысленных певцов, Нас убивающих громадою стихов!

    — Вильгельм Кюхельбекер · книга