62 цитаты Виктора Кунина для поста и дневника

Виктор Кунин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 62 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Нет ничего выше как быть писателем в настоящем смысле. Особенно для России.

   Нет ничего выше как быть писателем в настоящем смысле. Особенно для России.

   — Василий Жуковский · книга
2. «

   Так уж складывалось в жизни многих мыслителей и поэтов, что последние их произведения, отмеченные ощущением скорого ухода, даже, казалось бы посвященные совершенно «посторонним» темам, отличались поразительной глубиной и воспринимались потомками как пророчества.

   Так уж складывалось в жизни многих мыслителей и поэтов, что последние их произведения, отмеченные ощущением скорого ухода, даже, казалось бы посвященные совершенно «посторонним» темам, отличались поразительной глубиной и воспринимались потомками как пророчества.

   — Последний год жизни Пушкина · книга
3. «

   Прошел веселый жизни праздник, Как мой задумчивый проказник, Как Баратынский, я твержу: «Нельзя ль найти подруги нежной? Нельзя ль найти любви надежной?» И ничего не нахожу.

   Прошел веселый жизни праздник, Как мой задумчивый проказник, Как Баратынский, я твержу: «Нельзя ль найти подруги нежной? Нельзя ль найти любви надежной?» И ничего не нахожу.

   — Пушкин · книга
4. «

   О возраст ранний и живой, Как быстро легкой чередой Тогда сменялись впечатленья: Восторги — тихою тоской, Печаль — порывом упоенья!

   О возраст ранний и живой, Как быстро легкой чередой Тогда сменялись впечатленья: Восторги — тихою тоской, Печаль — порывом упоенья!

   — Александр Пушкин · книга
5. «

   Пушкина жестоко жмет цензура. Он просил себе другого цензора. Ему назначили Гаевского. Пушкин раскаивается, но поздно. Гаевский до того напуган гауптвахтой, на которой просидел восемь дней, что теперь сомневается, можно ли пропустить в печать известия вроде того, что такой-то король скончался.

   Пушкина жестоко жмет цензура. Он просил себе другого цензора. Ему назначили Гаевского. Пушкин раскаивается, но поздно. Гаевский до того напуган гауптвахтой, на которой просидел восемь дней, что теперь сомневается, можно ли пропустить в печать известия вроде того, что такой-то король скончался.

   — Никитенко · книга
6. «

   Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была, И наша вечная хвала Вам кажется докучной одой.

   Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была, И наша вечная хвала Вам кажется докучной одой.

   — Пушкин · книга
7. «

   Вот уже шестнадцать лет, как я печатаю, и критики заметили в моих стихах 5 грамматических ошибок (и справедливо). Я всегда был им искренно благодарен и всегда поправлял замеченное место.

   Вот уже шестнадцать лет, как я печатаю, и критики заметили в моих стихах 5 грамматических ошибок (и справедливо). Я всегда был им искренно благодарен и всегда поправлял замеченное место.

   — Александр Пушкин · книга
8. «

   Ее простые речи и советы И полные любови укоризны Усталое мне сердце ободряли Отрадой тихой...

   Ее простые речи и советы И полные любови укоризны Усталое мне сердце ободряли Отрадой тихой...

   — Пушкин · книга
9. «

   Я ударил об наковальню русского языка, и вышел стих — и все начали писать хорошо.

   Я ударил об наковальню русского языка, и вышел стих — и все начали писать хорошо.

   — Александр Пушкин · книга
10. «

    Время изменяет человека как в физическом, так и в духовном отношении. Муж, со вздохом иль улыбкою отвергает мечты, волновавшие юношу. Глупец один не изменяется, ибо время не приносит ему развития, а опыты для него не существуют.

    Время изменяет человека как в физическом, так и в духовном отношении. Муж, со вздохом иль улыбкою отвергает мечты, волновавшие юношу. Глупец один не изменяется, ибо время не приносит ему развития, а опыты для него не существуют.

    — Александр Пушкин · книга
11. «

    Смешон, участия кто требует у света! Холодная толпа взирает на поэта, Как на заезжего фигляра: если он Глубоко выразит сердечный, тяжкий стон, И выстраданный стих, пронзительно-унылый, Ударит по сердцам с неведомою силой, - Она в ладони бьет и хвалит, иль порой Неблагосклонною кивает головой.

    Смешон, участия кто требует у света! Холодная толпа взирает на поэта, Как на заезжего фигляра: если он Глубоко выразит сердечный, тяжкий стон, И выстраданный стих, пронзительно-унылый, Ударит по сердцам с неведомою силой, - Она в ладони бьет и хвалит, иль порой Неблагосклонною кивает головой.

    — Александр Пушкин · книга
12. «

    Пусть судит обо мне, как хочет, целый свет, Сердись, кричи, бранись, — а я таки поэт.

    Пусть судит обо мне, как хочет, целый свет, Сердись, кричи, бранись, — а я таки поэт.

    — Вильгельм Кюхельбекер · книга
13. «

    Не всем быть можно в ровной доле, И жребий с жребием не схож.

    Не всем быть можно в ровной доле, И жребий с жребием не схож.

    — Пушкин · книга
14. «

    Без политической свободы жить очень можно; без семейственной неприкосновенности невозможно.

    Без политической свободы жить очень можно; без семейственной неприкосновенности невозможно.

    — Александр Пушкин · книга
15. «

    Понятна мне времен превратность, Не прекословлю, право, ей: У нас нова рожденьем знатность, И чем новее, тем знатней.

    Понятна мне времен превратность, Не прекословлю, право, ей: У нас нова рожденьем знатность, И чем новее, тем знатней.

    — Александр Пушкин · книга
16. «

    Ты не можешь себе вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать.

    Ты не можешь себе вообразить, как весело удрать от невесты, да и засесть стихи писать.

    — Пушкин · книга
17. «

    О, где б судьба ни назначала Мне безымянный уголок, Где б ни был я, куда б ни мчала Она смиренный мой челнок, Где поздний мир мне б ни сулила, Где б ни ждала меня могила, Везде, везде в душе моей Благословлю моих друзей.

    О, где б судьба ни назначала Мне безымянный уголок, Где б ни был я, куда б ни мчала Она смиренный мой челнок, Где поздний мир мне б ни сулила, Где б ни ждала меня могила, Везде, везде в душе моей Благословлю моих друзей.

    — Пушкин · книга
18. «

    В Москве новостям и сплетням нет конца. Она только этим и существует, не знаю, куда бы я бежала из нее и верно не полюбопытствовала, как Лотова жена.

    В Москве новостям и сплетням нет конца. Она только этим и существует, не знаю, куда бы я бежала из нее и верно не полюбопытствовала, как Лотова жена.

    — Екатерина Николаевна Ушакова · книга
19. «

    Благословен же будь отныне Судьбою вверенный мне дар. Доселе в жизненной пустыне, Во мне питая сердца жар, Мне навлекал одно гоненье, Иль лицемерную хулу, Иль клевету, иль заточенье И редко хладную хвалу.

    Благословен же будь отныне Судьбою вверенный мне дар. Доселе в жизненной пустыне, Во мне питая сердца жар, Мне навлекал одно гоненье, Иль лицемерную хулу, Иль клевету, иль заточенье И редко хладную хвалу.

    — Александр Пушкин · книга
20. «

    Ах! ведает мой добрый гений, Что предпочел бы я скорей Бессмертию души моей Бессмертие моих творений.

    Ах! ведает мой добрый гений, Что предпочел бы я скорей Бессмертию души моей Бессмертие моих творений.

    — Александр Пушкин · книга